Прости за любовь - Таня Винк

– Значит, то была плохая роза, недобрая, хотя… – Дима усмехнулся своему воспоминанию. – И добрые розы колются. Хорошо, в другой раз я принесу ромашки. – Он положил розы на столик у окна.

– Вы собираетесь меня навещать?

– Да, собираюсь.

– Это лишнее!

– Нет, не лишнее.

Он поставил стул рядом с кроватью и сел. В глазах Кати появился испуг. Теперь он видел, что ее глаза серо-голубые.

– Меня зовут Дмитрий Хованский, и меня не надо бояться.

– Послушайте, – Катя таращилась на него во все глаза, – я не понимаю, чего вы это… Ну зачем вам все это надо? Зачем я вам?

– Зачем? – переспросил Дима. – Ну… я хочу тебе помочь.

– Так не бывает.

– Бывает.

Она недоверчиво прищурилась:

– Не верю. Я некрасивая…

– Ты симпатичная. И вот что… – Дима потер пальцами висок. – Ты напоминаешь мне девушку, которую я люблю.

– Так помогайте этой девушке…

– Не могу. Я не знаю, где она, я потерял ее много лет назад. Поэтому хочу помочь тебе.

– Хм…

– Катя, врач сказал, что тебе нужно лечиться. Ты согласишься переехать в частную клинику?

– Частную? Вы что, издеваетесь?! У меня нет таких денег!

– Деньги – не твоя забота, а моя.

– Нет, я не согласна.

– Хорошо, в таком случае я хочу тебе помочь как беженке.

– Отправьте деньги в фонд помощи беженцам.

– Я предпочитаю знать тех, кому помогаю.

Некоторое время Катя смотрела на него молча.

– Слушайте, тут что-то не так. Одно дело дать чужому человеку сто гривен, чтобы с голоду не помер, а вот частная клиника – это совсем другое. Знаете, я не такая больная, которой нужна помощь. Чего это вы такой добренький? В бордель таких, как я, не берут, в любовницы – тоже. На органы меня не разберешь – такие органы даром никому не нужны. Чем я должна отплатить за вашу щедрость, господин хороший? Вы богатый, а все богатые за копейку три шкуры сдерут.

Дима вынул из кошелька деньги, положил на тумбочку и встал.

– Я обязался тебе передать. Пересчитай.

– Что это?

– Твои деньги. Полицейские просили передать. Взяли в твоей комнате, в квартире Федченко.

Катя пересчитала.

– Тут лишние шестьсот гривен.

– Это от Федченко, на химчистку. Все по протоколу?

Он протянул лист растерявшейся Кате:

– Внизу напиши «получила»… И прописью – сколько получила… Та-ак. И распишись вот здесь.

Катя расписалась.

– Твою сумку я оставлю на пропускнике. Прощай.

Она догнала его в коридоре и схватила за рукав.

– Дмитрий, простите меня, ради бога. – Она тяжело дышала. – Не обижайтесь. Честное слово, – она прижала руку к груди, – я просто не понимаю…

– Хорошо, успокойся, – он бросил взгляд на пациентов, с нескрываемым любопытством наблюдавших за ними, – пошли в палату.

Катя забралась под одеяло, отдышалась и уставилась на Диму.

– Буду с тобой искренним, – сказал он, ослабляя галстук. – В восемьдесят восьмом году я встретил девушку. Я полюбил ее и сразу потерял. А тебя увидел и…

Глаза Кати медленно ползли на лоб. Дима вздрогнул и помахал рукой:

– Боже сохрани, только не подумай чего! Я женат, мы ждем ребенка, я просто хочу тебе помочь. Мне это нужно, понимаешь? Очень нужно.

– Хм… А девушка та… куда она делась?

– Не знаю.

– А вы ее искали?

– Да, искал, много лет… И еще надеюсь найти.

– Она красивая?

– Она самая лучшая, у нее самые красивые глаза, фигура, волосы… Когда она улыбается, весь мир улыбается вместе с ней…

Катя склонила голову набок:

– А вы романтик! Ох, если бы мужчина так обо мне говорил! – Она закатила глаза. – А как зовут вашу девушку? Случайно не Оксана?

– Нет, ее зовут Настя. А кто такая Оксана?

– Моя мама. Отца у меня нет.

– Так не бывает.

– Он погиб к автокатастрофе.

– Жаль.

– Ну что? Ты согласна уехать отсюда?

– Даже не знаю… – Катя комкала одеяло. – Вы же так потратитесь. На лекарство столько денег нужно, вы даже не представляете. Я думала, полежу пару дней и снова буду искать работу.

– Ну, тебе решать. Я не могу настаивать. Скажу честно, вид у тебя неважный.

– Вид – это не самое главное, – возразила Катя. – Даже не знаю.

Она замолчала, и между ее широких бровей пролегли две глубокие складки.

– Давай так: если сейчас не хочешь лечиться, выписывайся, и я возьму тебя на работу. Что ты умеешь?

Она пожала плечами:

– Шить, вязать умею, убирать, готовить.

– Негусто…

– Это кому как, – с вызовом бросила она, – я этим на жизнь зарабатываю!

– А какое у тебя образование?

– Филфак университета…

– Ничего себе! А чего это ты в домработницы нанялась?

– Как это чего? Вы что, не на этой земле живете? Тут своих филологов хватает. Я пыталась устроиться репетитором украинского языка, да куда там! Как узнают, что беженка, все! – Она махнула рукой. – А в Бердичеве репетиторы нужны, как на бане гудок! Я снова пойду в домработницы.

– Хм… Тебе же нельзя работать физически.

– И что, что нельзя? Кому это интересно?

– Мне интересно. Вот что, пойдешь на курсы секретарей, мое предприятие оплатит. Потом будешь у меня работать, мне нужен специалист с хорошим знанием украинского языка.

– А где курсы? В Бердичеве?

– Почему в Бердичеве? – растерялся Дима.

– Так я там зарегистрирована, а здесь мне жить не у кого, только если у хозяев. На съемную квартиру у меня денег нет.

– У меня есть родственник, – выпалил Дима, чувствуя, что Катя вот-вот согласится. – Он холостяк, поживешь у него бесплатно.

– Бесплатно я не могу.

– Значит, будешь убирать, у него до этого руки не доходят, зато он отлично готовит.

– А что, ваш родственник уже согласился меня взять? – Она недоверчиво прищурилась.

– Я еще не говорил с ним, но уверен, что охотно согласится, он хороший человек, очень добрый.

– Фантастика какая-то, просто мексиканский сериал! – воскликнула Катя, пожимая плечами. – Ну, раз родственник уже, считай, берет меня, тогда я согласна.