Струны любви - Лаурелин Макджи

– Я спрашивал не об Энди, а о тебе, – заметил Элай.

– Обо мне… – Лейси нахмурилась. – Я особо и не думала, что со мной будет, когда Энди переедет к Блейку. Ну… в квартире станет тихо. И это печально. А еще мне придется одной за нее платить, что при моих доходах не так уж просто. Если и дальше будет так мало концертов, то придется мне опять подрабатывать официанткой.

– Я думал, музыка приносит тебе кучу денег. – Элай явно удивился ее словам, и ей это польстило.

– Пока нет. – Лейси улыбнулась. – Я выступаю на сцене, а еще работаю в студии звукозаписи, но недавно мои часы сократили.

– Тебе надо выпустить новый альбом.

– Да, мне уже выделили время, – кивнула Лейси. Но было совершенно очевидно: без новых песен никакого нового альбома просто быть не могло. Но Лейси не хотела говорить об этом с Элаем. Ведь он относился к ней как к равной, считал ее настоящим поэтом и музыкантом. Это было очень приятно, так что пусть и дальше думает, что ее прямо-таки распирает от вдохновения.

– Отлично! После нового альбома у тебя будет очень много концертов. Черт, ты слишком талантлива, чтобы работать официанткой. – Элай говорил с такой убежденностью, что она сама чуть не прониклась верой в свои силы.

Теперь настал ее черед спрашивать, но Элай, опередив ее, задал очередной вопрос:

– Насчет сестры все понятно, но как насчет любимого мужчины?

– Что?.. Ты хочешь знать, есть ли у меня парень? – Лейси не знала, как лучше ответить.

– Ну… или девушка. – Элай пожал плечами.

Лейси вдруг вспомнила о Фолксе, вернее – о том, как задала ему такой же вопрос. Покачав головой, она ответила:

– У меня никого нет.

– Неужели?! – Элай рассмеялся и легонько подтолкнул ее ногой. – Но ведь должен же кто-то быть у такой красивой девушки, как ты.

«Ага, он все-таки заигрывает со мной! – обрадовалась Лейси. – Ну… по крайней мере, чуть-чуть…»

– Нет, я одна… сейчас. – Ей нравился этот разговор. Даже очень.

– Хм… Удивительно. – Элай улыбнулся, и эта его улыбка, казалось, осветила все лицо.

– Раньше у меня был друг… Мы собирались пожениться, но… – Лейси смолкла, пытаясь вызвать в памяти образ Ланса. Но увидела только его глаза. Удивительно, как быстро мертвые уходят от нас. А ведь сначала ей казалось, что Ланс навсегда останется в ее жизни и всегда будет с ней рядом. Но прошел всего лишь год… и от него остался только едва уловимый запах его подушки, да и тот улетучивался с каждым днем.

– Но что? – Элай взглянул на нее вопросительно.

Лейси медлила с ответом. Стоило ли рассказывать Элаю о Лансе? И хватит ли у нее сил? Вряд ли… Ведь после смерти Ланса она ни с кем не делилась своими переживаниями. Даже с Энди. Можно было сколько угодно твердить себе, что она хранила эти воспоминания для будущих песен, но на самом деле она просто боялась говорить об этом.

И тут Лейси вдруг поняла, что страх куда-то исчез – как будто развеялся от теплого взгляда Элая, смотревшего на нее с искренней и необычайно доброжелательной улыбкой. Рядом с ним, в его номере, она чувствовала себя в полной безопасности. И Лейси, собравшись с духом, проговорила:

– Мой жених умер год назад. Отравился таблетками.

– О боже! – воскликнул Элай. – Случайно?

Лейси оторвала взгляд от узоров на ковре и посмотрела прямо ему в глаза. Элай же смотрел на нее внимательно и с сочувствием, но без той унизительной жалости, которую она часто видела в глазах других людей. Это было неожиданно и очень приятно, и потому она почти спокойно ответила:

– Нет, он сделал это намеренно.

– Какой кошмар… Даже не знаю, что сказать… А как это случилось?

– Если честно, не знаю. Хотя кое о чем догадываюсь. Ланс был спортсменом, занимался бегом и травмировал колено. Ему прописывали что-то от боли. И вот он взял – и проглотил весь пузырек.

– Такая сильная была боль?..

– Да, но болела у него не нога, а душа. Я считала Ланса самым счастливым человеком на свете. Он всегда был веселым и жизнерадостным. И на все смотрел с оптимизмом. Покажи ему таракана – и он тут же придумает какую-нибудь забавную историю. Ланс во всем замечал что-то веселое и приятное. А в итоге… оказался мертвым на полу ванной комнаты. Только тогда я поняла, что его жизнерадостность была маской.

Немного помолчав, Лейси вновь заговорила:

– Нет, не так. Это была вовсе не маска. Просто Ланс пытался видеть вокруг только хорошее. И помогал всем, кому только мог помочь. Во всяком случае, мою жизнь Ланс точно сделал лучше. Теперь я понимаю, что он отдавал людям все… и почти ничего не оставлял для себя. – Увы, она поняла это только после его смерти. Лейси помнила, как лежала рядом с ним и с упоением слушала его чудесные рассказы об их общем будущем. Но поддерживала ли она Ланса в трудные минуты? Страшно признаваться в этом, но такого она не помнила.

Элай пересел к ней поближе и положил руку ей на плечо.

– Надо же… – пробормотал он. – Я… У меня просто нет слов.

Как ни странно, но у нее их тоже не было.

– Тебе и не надо ничего говорить. Ведь это теперь в прошлом.

– Он оставил записку?

Лейси кивнула.

– Да, оставил. Но очень короткую. Написал, что уже давно борется с депрессией и что больше нет сил. – Она грустно улыбнулась и добавила: – А еще написал, что со мной все будет в порядке.

– А это так? – Элай пристально посмотрел ей в глаза.

– Да, сейчас я нормально себя чувствую. Во всяком случае, лучше, чем могла бы. Я пообещала себе, что радость, которую Ланс дарил всем вокруг, не умрет вместе с ним. И теперь пытаюсь поступать так же, как он – стараюсь видеть в жизни только хорошее. Понимаешь, о чем я?.. – Лейси снова улыбнулась.

Элай молча кивнул, и Лейси добавила:

– Очень жаль, что все так получилось. Я до сих пор виню себя за то, что ничего не знала. Боже, ведь мы жили вместе и собирались пожениться… Почему я не видела, что он страдал? Наверное, я была худшей невестой в мире.

– Нет, это не так. – Элай покачал головой и убрал руку с ее плеча. – И если хочешь знать мое мнение… Я думаю, что Ланс поступил как последний эгоист.

Лейси его слова не понравились. И Элай, почувствовав это, поспешно добавил:

– Прости, я знаю, что о мертвых так не говорят. Но разве близкие люди не должны доверять друг другу? Разве не должны делиться всем – и радостью, и горем, и самыми безобразными мыслями? Для меня это и есть настоящая любовь. Прекрасно, что Ланс хотел окружить тебя одними розами, радугами и единорогами, но ведь это – не реальный мир. И это нечестно по отношению к тебе. Он учил тебя витать в облаках, а потом со всей силы ударил о землю. Твой жених наверняка знал, что ты почувствуешь, когда найдешь его мертвым, но все равно пошел на такой шаг… Прости, если я сказал что-то не то…