Цепная реакция - Симона Элькелес

Если он о том, что соски торчат, так тут вообще-то ветер — меня только что чуть не сдуло, — и я банально мерзну. Это же Чикаго, ни одна девушка не устоит перед здешним ветром.

— Бассейн закрыт для гостей, — слышим мы. У ворот стоит какой-то парень, а за ним — кучка сотрудников, мечтающих окунуться и поплавать в свое законное время. Луис тоже тут, разговаривает с хостесс из ресторана.

— Правда закрыт? — Хантер делает вид, что удивлен. Подмигивает мне — подыграй, типа. Должна признать, роли идиотов ему хорошо удаются.

— Если желаете, можете прийти завтра, — говорит охранник. — После десяти открыто только для сотрудников.

— Прошу прощения. — Хантер хватает туфли, берет меня за руку и ведет за ворота.

Мы проходим мимо Луиса.

— Привет, — говорит он.

Замешкавшись, все-таки отвечаю: «Привет».

Еле дождавшись, когда мы уйдем от бассейна, выдергиваю руку из хватки Хантера.

— Напомни, чтобы я больше никогда не играла с тобой в «Скажи или покажи».

Хантер снова ржет.

— Издеваешься? Это же так забавно. Держу пари, можно было бы дать охраннику на лапу и остаться там. Вот увидишь, в следующий раз тебе придется прийти ко мне домой и забраться со мной в джакузи.

— И не надейся.

Вернувшись на волейбольную площадку, я вижу родителей. Они взволнованно расспрашивают о чем-то моих друзей.

— Что стряслось с вами обоими? — раздраженно интересуется отец, едва глянув на льющиеся с нас потоки воды. — Вы мокрые как мыши.

Я не собираюсь признаваться, что играла в «Скажи или покажи». Лучше будет сыграть роль тупого подростка.

— Хантер думал, что плавать в одежде — это весело, — говорю я.

Хантер открывает рот, будто изумлен услышанным, и осуждающе тычет в меня пальцем.

— Она сама заставила меня это сделать.

Мама качает головой.

— Думаю, вечеринка закончена, Никки. Поехали домой.

— Я с вами! — кричит Кендалл, подбегая к нам. Раздосадованный Дерек остается сидеть на скамейке.

Пока мы идем к машине, я смотрю на бассейн. Сотрудники клуба по-прежнему там. И хотя освещение наполовину отключено, я все равно вижу Луиса. Он лежит в шезлонге и все так же болтает с хостесс.

— Мы тут с Луисом Фуэнтесом столкнулись, — говорит папа, когда мы выезжаем со стоянки. — Ты ведь помнишь его, Никки? Брат Алекса. Очень умный парень.

— Знаю, — откликаюсь я. — Мы на химию вместе ходим.

— Подозреваю, он сильно изменился, раз поселился на южной стороне, — обеспокоенно замечает мама. — Не связывайся с ним.

— Да мы едва пару слов друг другу сказали, — успокаиваю я свою суперзаботливую маму, хотя на самом деле мне хочется стонать от бессилия.

От ухаживания парней типа Хантера отмазываться легко, потому что я ничего к ним не чувствую. Но когда мы с Луисом оказываемся в одной комнате, я понимаю, что ему реально интересно, долго ли я смогу воздвигать перед ним защитную стену и как быстро она падет перед его осадой. Его развязность, уверенность в себе, откровенные приставания… Я чувствую, что слабею от такого напора, и приходится постоянно напоминать себе, что этот парень может заставить меня потерять контроль.

Никогда еще мне не было так тяжело оставаться сильной.