Сомнения любви - Мэри Джо Патни

Он усмехнулся:

– И мне тоже.

Тремя часами позже они верхом поднялись на высокий холм, откуда открывался захватывающий вид на окрестности: усадьбу, море и холмы с крутыми склонами. Теперь она знала ответ на тот вопрос, что задала Адаму за завтраком. Адам держался с непринужденной грацией превосходного наездника, и он говорил о хозяйстве так, как мог бы говорить управляющий поместья какого-нибудь герцога.

– Ты загадочный человек, Адам, – сказала она, осторожно подбирая слова. – До сегодняшнего дня я ни разу не слышала, чтобы ты говорил о сельском хозяйстве, а ведь ты – настоящий знаток предмета.

– Я бы и сам ни за что не подумал, что столько знаю о породах скота и особенностях выращивания зерновых культур. Откуда я знаю, какие породы свиней быстрее набирают вес и какие коровы дают лучшее молоко? – Он вздохнул. – Так странно, когда помнишь столько всего о свиньях и коровах, но ничего не можешь вспомнить о себе.

– Все еще изменится.

– Надеюсь на это. – Он тронул поводья, направляя коня вниз по склону. – Ты была абсолютно права в том, что Берк забросил поместье. Здесь на удивление много плодородной земли, что редкость для этой части Англии. Однако необходимы механизмы для обработки земли, и семенной фонд неплохо бы улучшить. При определенных вложениях и хорошем управлении доходы от поместья за пять лет можно удвоить.

– Это было бы здорово. – Ей потребуется хороший управляющий. Адам отлично справился бы с этой работой, но вряд ли он надолго здесь задержится. Она украдкой на него посмотрела, восхищаясь его выправкой. Хотя если память к нему так и не вернется…

Но робкая мечта ее рассеялась, едва она подумала о том, что у него, возможно, есть жена, которая с растущей тревогой ждет возвращения супруга. Если бы Адам действительно приходился мужем Марии, она не сидела бы сложа руки, а стала бы его искать, если бы он не вернулся домой в обещанное время. Что, если его жена так и поступила и со дня на день прибудет в Хартли-Мэнор и потребует вернуть ей мужа?

Мария зябко поежилась, сказав себе, что у нее чересчур разыгралось воображение. Она обрадовалась, когда Адам указал на шпиль церкви, едва различимый на вершине холма:

– Это и есть деревня? Мы можем туда проехать?

Мария прикусила губу. Она предпочла бы не знакомить Адама с соседями, представляя в качестве своего мужа. Но рано или поздно это должно было произойти.

– Почему бы нет, если ты чувствуешь в себе достаточно сил?.. Ты уверен, что не хочешь вернуться домой и отдохнуть?

Он одарил ее белозубой и, возможно, неискренней улыбкой.

– Я уверен.

Скорее всего он решил дать своему телу максимальную нагрузку, чтобы проверить, насколько хорошо восстановились силы. Типично мужская позиция.

– Хорошо. В деревню так в деревню. Впереди развилка. Если свернуть вправо, мы выедем прямо на главную улицу.

Через несколько минут они добрались до развилки и свернули на дорогу, которая так глубоко осела за много десятилетий интенсивного использования, что превратилась почти в туннель.

– Когда идут дожди, вода бежит тут потоком, – сказал Адам.

Мария окинула взглядом крутые скаты по обеим сторонам и подумала, что не хотела бы оказаться здесь во время ливня. Едва ли ей удалось бы вскарабкаться наверх по отвесной глиняной стене.

– Полагаю, ты прав. Я сама здесь впервые. Обычно я добираюсь до деревни другим маршрутом.

Уже у самой деревни они услышали отчаянный собачий лай. Нахмурившись, Адам пустил коня рысью. Мария сделала то же самое. За поворотом они увидели, как трое мальчишек бросают камни в щенка месяцев шести. Пытаясь сбежать от своих мучителей, собака бросилась навстречу Марии и Адаму, но из-за подбитой ноги быстро бежать не могла. И вправо, и влево ей путь был закрыт: преодолеть крутой подъем было не в ее силах. Мария в ужасе смотрела, как камень, брошенный самым старшим из мальчишек, угодил собаке в бок. Щенок взвизгнул, и мальчишки взревели от восторга. Адам ударил коня каблуками сапог, и тот рванулся навстречу мальчишкам, за несколько шагов перейдя в галоп.

– Прекратите!

Спрыгнув с коня, Адам крикнул:

– Как смеете вы обижать беззащитное создание! Где ваши родители?

– Это бродячий пес! – завопил старший. – Мой отец велел мне отогнать его от дома.

– И поэтому ты решил поиздеваться над животным?! – воскликнул Адам голосом, от которого мурашки пошли по коже. – Жизнь – бесценный дар, и никому не позволено убивать ради забавы. Ты позоришь имя человека. Тебе бы понравилось, если бы тебя забили камнями ради забавы?

Вид у мальчишек был такой, словно они бы с радостью бросились наутек, но вертикальные стены по обе стороны дороги были для них непреодолимым препятствием на пути к свободе.

– Мы не хотели убивать этого уродца, мы хотели только его отогнать, – попытался оправдаться один из младших детей.

Мария соскочила с лошади и взяла задыхавшегося щенка на руки. Покрытое кровью и грязью, в руках ее дрожало от ужаса большеухое создание с пятнистой коричнево-черно-белой шкурой. Плод любви охотничьего пса и бог знает кого еще.

Вначале щенок пытался вырваться, но Мария держала его крепко, ласково поглаживая и приговаривая:

– Бедный пес. Не волнуйся, сейчас тебя никто не обидит…

Слишком уставший для того, чтобы сопротивляться, пес успокоился.

Щенок на руках у Марии отвлек ее от диалога между Адамом и мальчишками, и большую часть его проповеди она пропустила мимо ушей. Впрочем, что он там им ни наговорил бы, слова его, как ни странно, возымели действие, потому что теперь от бравады малолетних живодеров и следа не осталось. Мальчишки были на грани слез.

– Вы даете честное слово, что никогда больше не обидите того, кто слабее вас?

Они все молча закивали.

– Вы свободны, – сказал Адам. – Смотрите, держите слово.

Мальчишки убежали, а когда они скрылись за поворотом, Мария спросила у Адама:

– Ты веришь в то, что они больше не будут так себя вести?

– Одна моя лекция вряд ли наставит их на путь истинный, но, возможно, теперь они дважды подумают, прежде чем мучить беззащитное существо. – Адам повернулся к Марии и взял щенка у нее из рук. Пес благодарно лизнул Адама в лицо. Адам засмеялся. – У собачки очень отходчивый нрав. Возьмем ее к себе?

Мария всегда любила животных, но кочевая жизнь не позволяла заводить домашних питомцев. Теперь, когда у нее появился настоящий дом, можно было подумать о том, чтобы завести себе постоянного друга.

– Если в деревне никто не заявит на нее прав, мы могли бы ее удочерить. Фермерам с нее мало проку – она едва ли годится на то, чтобы охранять дом или охотиться. Единственное, что у нее получится, так это забавлять хозяев. – Мария погладила щенка по голове. Щенку это явно понравилось. – Как мы ее назовем?