Нескромное предложение - Кэтрин Коултер

— Тут я с вами полностью согласен и придерживаюсь того же мнения.

— Вы все еще тоскуете по ней, Филип?

— Тоскую? Что за ерунда! Да я вообще о ней не думаю и вспоминаю, лишь когда мы случайно сталкиваемся в обществе. Возможно, эти редкие встречи весьма полезны. Предостерегают от поспешных неразумных действий. Кстати, а почему вы решили, что она сумасшедшая?

— Но это же очевидно! С таким мужем, как вы, Филип, можно сэкономить на прислуге огромные деньги!

— Так значит, я неплохой лакей и повар, верно? Честно говоря, я сам радуюсь своим способностям. Особенно умению стряпать съедобную пищу. До сих пор я потерпел лишь одну неудачу!

— Неправда! Пусть хлеб и не поднялся, это еще ничего не значит! Так в чем же тут неудача? Объясните!

— Вы так и не доверились мне. Я сделал все мыслимое и немыслимое. Приводил самые разумные доводы, но все напрасно. Вы по-прежнему дичитесь меня. Все истории, которые я излагал, вас не тронули. Вы считаете меня своим врагом? Иначе отчего вы не хотите позволить мне вам помочь? Из вас уже вышла неплохая лгунья. Еще несколько лет — и вы превзойдете даже меня. Но разве между друзьями возможен обман?

Она сболтнула глупость об Элейн, и смотрите, во что это вылилось! Пришлось выслушать проповедь о доверии к ближнему. Черт возьми, пусть себе болтает!

Сабрина разгладила на коленях зеленое бархатное покрывало и уставилась на кроватный столбик.

Снова замкнулась, ушла в себя. Дьявол! Филип почти наслаждался нахлынувшей волной ярости.

— Поймите, — жестко бросил он, — что слуги, которые следят за порядком в этом доме, могут в любую минуту вернуться. Стало теплее, и снег тает. Если я вовремя доставлю вас в родной дом, никто ничего не узнает, и ваша репутация не пострадает. Кстати, Дьябло — это ваш конь? Дедушка его пристрелил?

Рыжеволосая головка так молниеносно вскинулась, что Филип едва не рассмеялся. Но вместо этого пригвоздил ее к месту строгим взглядом, надеясь привести в чувство.

— Откуда вы знаете о Дьябло? Мне в то время было только десять. Сестра взяла его без моего ведома и заставила прыгнуть через изгородь. Он… он не смог.

Даже сейчас при воспоминании о том ужасном дне у нее перехватило горло.

— Что с ним случилось?

— Он сломал ногу… пришлось его… как вы узнали?

— Вы бредили и выкрикивали его имя.

Опять это искаженное страхом лицо! Ему захотелось хорошенько ее тряхнуть.

— А о чем я еще говорила?

— О Треворе.

— Да, Тревор, — повторила она, отворачиваясь.

Филипу хотелось отшлепать ее, но, к сожалению, она еще слишком слаба, а когда поправится, будет уже поздно. Он медленно поднялся.

— Послушайте меня, Сабрина, что бы ни случилось с вами, я сумею помочь, но для этого должен знать, кто такой Тревор и что он сделал вам.

— Мои беды не имеют к вам никакого отношения, Филип. Я почти здорова. Завтра утром смогу встать с постели. Я буду вам очень обязана, если вы отвезете меня на почту в Боремвуд. Больше я не стану ничем вас обременять. Избавитесь от меня раз и навсегда.

— Честь офицера не позволит мне так поступить, Сабрина. Вы молодая леди, восемнадцати лет от роду. Я не имею права способствовать вашему побегу из дому, посадив на лондонский дилижанс. Вы представить себе не можете, какого рода люди могут встретиться вам в пути. Никогда и ни за что. Забудьте об этом и честно все расскажите.

Он гнется, но не ломается! И явно стремится настоять на своем, положив предел своей снисходительности.

Сабрина, не глядя на Филипа, покачала головой. Он молча встал и спустился на кухню готовить ужин, а девушка тем временем сосредоточенно обдумывала возникший в ее голове план. Несправедливо будет вмешивать этого честного доброго человека в грязные подробности ее побега. Лучше, если он останется в стороне.

Во время ужина Филип был на редкость немногословен, но Сабрина сознавала, что он не отступится. И все замечает: сколько ложек рагу она съела, сколько кусочков хлеба отломила. Он явно тревожится за свою подопечную. На какое-то мгновение она едва не поддалась искушению исповедаться, но тут же представила, какой ужас ожидает ее в Монмут-Эбби, вздумай она там появиться.

— Вы упоминали, что приехали с визитом к другу. — Сабрина, решила прервать затянувшееся молчание.

— Да, именно так и есть.

— Кто же этот друг?

— Вне всякого сомнения, он также и один из ваших хороших знакомых. Сэр Чарлз Аскбридж, — пробурчал Филип, пристально рассматривая свои грязные ботфорты.

Чарли!

Ей потребовалась вся выдержка, чтобы принять равнодушный вид.

— Кажется, это имя мне знакомо, — улыбнулась она. Всякие намеки на скуку и усталость мгновенно испарились, и Филип встрепенулся.

— Как вам хорошо известно, Сабрина, имение Чарлза называется «Морленд». И хотя я безнадежно заблудился в лесу, готов поклясться, что Морленд не слишком далеко отсюда.

Морленд и в самом деле находился милях в семи от охотничьего домика. Чарлз с самого детства любил охотиться в лесу. И он знал Филипа! Как близок был Филип к своей цели! Еще немного, и их дороги разминулись бы. Он проехал бы мимо, а она так и осталась бы лежать на снегу.

Сабрина пожала плечами.

— Вероятно, вы симпатизируете Чарлзу. Его любят все. Кстати, какого вы мнения о его младшей сестре Маргарет? Она не намного вас старше.

Маргарет было двадцать, и она уже успела выйти замуж.

Сабрина покачала головой и с деланным недоумением уставилась на Филипа. Он явно сердит, но не дает волю гневу. Такая сдержанность произвела на нее немалое впечатление.

— Вы ехали один. Немного необычно для виконта, не находите?

— Я оставил весь штат слуг в Лидсе и отправился в путь, мужественно готовясь к приключениям, а вместо этого посмотрите, во что впутался! Хотите услышать остальные подробности моего путешествия? Ну разумеется! Вы, конечно, знаете, что сейчас принято давать рождественские балы и вечера в сельских поместьях и приглашать на праздники гостей. И не смотрите на меня так удивленно. Нужно отдать вам должное, вы превосходная актриса, и я уже успел вас хорошо узнать! Но так или иначе, Чарлз пригласил меня в Морленд и объяснил, как туда добраться. Я послал вперед своего камердинера и, исполненный романтического желания слиться с природой, отправился в путь. Какое невезение! Так что, Сабрина, в настоящее время Чарлз со своим семейством, возможно, нас разыскивает. — И добавил так серьезно, что Сабрина едва не призналась во всем: — Еще день-другой, и нас найдут.

Сабрина втайне признавала его правоту, но промолчала. У нее созрел уже план бегства. Она зевнула и потянулась.

— Ваш восхитительный обед лучше любого снотворного. Думаю, мне стоит лечь пораньше.