Новые надежды - Мэгги Кокс

― Ты даже не представляешь, что эти слова значат для меня. А сейчас я хочу тебе кое- что показать.

Ей хотелось поскорее сменить тему. Кейт еще не привыкла откровенничать с Люкой.

Она перегнулась через него, чтобы открыть прикроватную тумбу, и почувствовала, как по телу пробежала дрожь от прикосновения к Люке. Она достала свою сумку, а из нее — большой конверт. Протянув его Люке, она с улыбкой наблюдала за его реакцией.

― Это первая фотография нашего ребеночка. Мне дали ее в больнице, когда я делала ультразвук.

Люка уставился на фотографию, словно в ней была вся вселенная. Его губы слегка дернулись, и Кейт знала, насколько он тронут. Она и сама испытала то же самое, когда увидела черно-белые контуры маленького человечка на экране. Он активно шевелил ручками и ножками, и даже было видно, как малыш берет кулачок в рот. В тот момент Кейт не могла поверить, что всего несколько недель назад этого чуда не было, а теперь он живет и растет внутри ее. И всего через несколько месяцев он появится на свет, так сильно изменив ее жизнь.

― Они спросили меня, хочу ли я знать, какого пола ребенок. Но я сказала, что нет. Ты не против подождать, чтобы был сюрприз?

Наконец-то, оторвав взгляд от фотографии, Люка взглянул на Кейт:

― Я не против, нет. Это сделает день, в который малыш родится, еще более счастливым. Для меня это такое чудо — видеть, как... — Он помотал головой. — Ты знаешь, я думал, этого никогда не произойдет. Мне не верится, что он существует на самом деле, что вот здесь, — он положил руку ей на живот, — растет и развивается новая жизнь... Бог смилостивился надо мной, ведь так?

― Да, Люка, — Кейт широко улыбалась, — да, и мне есть, за что его благодарить... Ты можешь оставить фотографию себе, положить в бумажник, если хочешь.

― Спасибо. Это огромный подарок для меня.

― Ты больше не злишься на меня за то, что я исчезла в то утро?

― Нет, — усмехнулся он, а затем нахмурился. — Но тебе придется компенсировать мне ущерб. И я сам выберу как.

― Да?

Люка дразнил ее, и ей это нравилось. По телу Кейт прошла волна жара — она знала, чем закончится их вечер... И это предвкушение трансформировалось в сладостное томление.

Люка начал расстегивать ее платье, пуговку за пуговкой.

― Я хочу видеть свою женщину и мать своего ребенка обнаженной.

От волнения Кейт едва могла пошевелиться. Таким нежным она его еще не видела. Каждое его движение было эротичным, и ее желание становилось все сильнее и сильнее. У нее кружилась голова от любви и возбуждения — и она уже ничего не могла поделать с дрожью, охватившей ее тело.

Сняв с Кейт платье, Люка положил руки на ее обнаженные плечи и несколько раз коснулся губами горячего рта, дразня своими поцелуями. Он знал, что делает с ней, знал — ее терпение уже на грани, и это доставляло ему невероятное удовольствие.

Медленно, словно рисуя картину, Люка провел пальцем от ее шеи к налитым грудям. Беременность делала ее тело более округлым и соблазнительным. Умелым движением он расстегнул ее розовый шелковый бюстгальтер, и Кейт затаила дыхание. Оказавшись на свободе, ее чувствительные соски тут же затвердели. Она прикусила губу и закрыла глаза, когда Люка поочередно взял их в свой рот. Кейт ощутила, как его горячий язык ласкает ее грудь, и наслаждение с головой накрыло ее, пробираясь в самую глубь ее эротического восприятия.

Она провела рукой по его волосам и по спине. Неужели все это происходит наяву? Или это плод ее воображения, и она просто придумала себе сказку со счастливым концом?

Жадно ища губы Люки, Кейт оставляла горячие следы поцелуев по всему его телу. И, припав к его рту, наслаждалась страстными и полными любви поцелуями. Она хотела его всего, хотела его внутри себя... Хотела, чтобы ничего не было между ними, кожа к коже, сердце к сердцу, душа к душе... Его рубашка, в мгновение ока, оказалась на полу, а с оставшейся одеждой Люка помог ей справиться. Эротическая игра, которую он начал, сделала свое дело, и он был возбужден до предела. Его обнаженное тело коснулось ее, и в полном повиновении Кейт раздвинула бедра. Руки Люки постоянно гладили ее тело, пока она не обмякла в его объятиях, позволяя ему взять свое. Кейт выгнулась под его напором и, положив руки на его упругие ягодицы, стала двигаться в такт с сильным, мускулистым телом Люки.

— Я постараюсь быть нежнее, — улыбнулся он. — Не хочу сделать тебе плохо, моя дорогая. Если вдруг почувствуешь что-то не то, скажи мне, я тут же остановлюсь.

Остановиться? Кейт была благодарна ему за заботу, но она хотела, чтобы он знал: ничто на свете не заставит ее остановить его. Она провела рукой по его губам, которые, как Кейт казалось, являлись верхом совершенства.

— Тебе не надо беспокоиться, Люка, — нежно произнесла она. — Я сделана не из фарфора, и твой ребенок тоже. Это вполне естественно и правильно то, что мы с тобой сейчас делаем. Просто люби меня, люби сейчас... пожалуйста. И не думай ни о чем другом...

Услышав ее просьбу, Люка словно очутился на небесах. Все призраки прошлого, все его сомнения исчезли. Все, что его преследовало с тех пор, как София умерла. Когда-то он думал, что больше не будет никого любить, — и как же он ошибался! Судьба — а Люка верил, только судьба была способна на такое, — привела эту прекрасную женщину к нему, и он будет всю жизнь благодарен вселенной. Малыш на фото уже вызывал у него гордость. Беременность Кейт только усилила те чувства, которые она в нем будоражила.

Люка был осторожен и бесконечно нежен с ней. Ее волосы разметались по подушке, лицо светилось. Он смотрел на нее, и все его тело наполнялось неутолимым желанием. Но, несмотря на то, что Катерина заверила его, что это безопасно, он все же старался сдерживать свои напор и страсть.

Пытаясь контролировать себя, он остановился и накрыл ладонью ее нежную грудь. Ее кожа была как бархат, набухшие соски сводили его с ума. Люка провел языком по ним и потом снова вошел в нее. Аромат, исходящий от кожи Кейт, пьянил его, как самое изысканное вино. Люка уже не мог сдерживать себя, все его тело дрожало от страсти.

— Расслабься, любовь моя, не жди, — прошептала Кейт.

Ее бедра встречали каждое его движение. Кейт обхватила ногами его талию, и...

Интенсивность любовного огня, сжигающего его изнутри, достигла предела. И когда он сдался ее чувственности, в тот же момент почувствовал, как ее мышцы ритмично охватывают его, и отпускают, и снова охватывают... Она издала сладкий стон и закрыла глаза, наслаждаясь последними мощными толчками его бедер.

Он еще никогда не испытывал оргазма одновременно со своей партнершей, и эти ощущения были за пределами понимания, просто невероятны. Он был переполнен любовью к этой женщине, которая сейчас трепетала в его объятиях. И мысль о том, что их связывает еще и ребенок, переполняла чашу счастья, о существовании которой Люка не подозревал до недавнего времени.