Погоня - Эль Кеннеди

Без всякого сексуального подтекста он кладет руку мне на колено.

– Так как тебе Брайар? Лучше, чем Браун?

– Занятия пока не начались, так что трудно сказать. Хотя кампус великолепен.

– Живешь в общаге?

– Нет, соседствую с друзьями Дина. Вообще-то, один из них – Хантер Дэвенпорт, твой бывший товарищ по команде Розлона.

– Гонишь! Ты сожительствуешь с Дэвенпортом?

– Платонически.

– Такого не бывает.

Собираюсь уже начать спор, но чувствую, как в атмосфере комнаты что-то меняется. Появился Джейк Коннелли, его вид внушает уважение. Джейк входит с бутылкой «Сэма Адамса» в руках и останавливается перед креслом, стоящим напротив нашего дивана. Парень, до сих пор занимавший это место, мгновенно вскакивает. Коннелли спокойно усаживается вместо него. Потягивая пиво, он стреляет темно-зелеными глазами в сторону Бренны.

Бренна ненадолго отвлекается от Маккарти, окидывает взглядом темные джинсы Джейка, черную рубашку спортивного бренда Under Armour и кепку с логотипом Red Socks.

– Коннелли, – сухо произносит она, – хорошая игра.

Он задумчиво смотрит на нее. Бренна говорила без сарказма, но от него не укрылось, с каким трудом ей далась эта похвала.

– Спасибо, – лаконично отвечает он и делает глоток пива.

Пытаясь привлечь внимание Бренны, Маккарти шепчет ей что-то на ухо, но девушка не сводит глаз с Джейка. А он – с нее.

– Откуда я тебя знаю? – размышляет он вслух.

– Хм-м-м. Ну, может, до тебя долетали какие-то оскорбления с трибун во время игры? Так вот, обычно это я сижу там и крою тебя матом, – услужливо подсказывает она.

– Понял, – весело отвечает парень. – Ты из фанаток, мечтающих переспать с игроками из Брайара.

– Ха! Это они со мной мечтают переспать.

– Ты постоянно трешься возле команды. Я тебя видел.

– Приходится. – Бренна с вызовом вскидывает подбородок. – Мой отец – тренер.

Джейк сохраняет совершенно невозмутимое выражение лица.

А что же Маккарти? Смертельно шокирован. Он резко выпрямляется, от чего Бренна чуть ли не падает ничком на ковровое покрытие пола. Но парень действительно оказался джентльменом: Маккарти, предотвратив падение, подхватывает девушку и усаживает в кресло, прежде чем вскочить на ноги.

– Почему ничего не сказал? – накидывается он на Уэстона с видом человека, которого предали. – Почему не предупредил меня?

– Да какая разница, брат. Главное, что человек хороший.

– Я рассказал ей о своем разбитом колене! Тренер не собирался упоминать о нем в отчете о травмах на следующей неделе. Что, если она донесет отцу?

– И что? – равнодушно спрашивает Уэстон.

– И то, что потом не успею я опомниться, как один из его громил даст мне по больному колену: «Упс! Я нечаянно!» – и все, на этом сезон для меня окончен.

– Мой отец ведет честную политику, – возражает Бренна, закатывая глаза. – И в команде нет Тони Хардинг^[25].

Уэстон фыркает. Коннелли ухмыляется, черт бы его побрал, это лишь добавляет ему привлекательности.

– И знаешь, что еще? – продолжает она. – Здесь не ЦРУ, и у меня есть дела поважнее, чем шпионить для отца за кучкой университетских хоккеистов.

– Да? – Маккарти начинает успокаиваться.

– Да. – Она поднимается на ноги. – Я пришла сюда, чтобы расслабиться с подругой, немного выпить и, возможно, поразвлечься с симпатичным парнем.

– Мы все еще можем поразвлечься, – с надеждой отвечает он.

– Прости, старина. Корабль уплыл, когда ты начал шарахаться от меня как от чумной, – смеется Бренна.

Пара его товарищей по команде покатывается со смеху, в то время как Маккарти не до веселья.

– Не слушай ее, брат, – к моему удивлению, вмешивается Коннелли. – Она с тобой спать и не собиралась.

– Не собиралась, говоришь? – Бренна вскидывает брови. – Ты не настолько хорошо меня знаешь, чтобы делать такие выводы.

– Ты никогда не станешь спать с игроком команды Гарварда. – Он смотрит на нее в упор, облизывая языком уголок губы. Это выглядит крайне сексуально.

Несколько мгновений Бренна отвечает ему таким же взглядом, затем сдается:

– Ты прав. Ни за что на свете. – Она поворачивается ко мне: – Пора идти, сумасшедшая. Вызову такси.

Пожалуй, это хорошая идея. Я наклоняюсь, чтобы поцеловать Уэстона в щеку.

– Было приятно наверстать упущенное, – говорю ему, – и спасибо за приглашение.

– Всегда пожалуйста. Надеюсь, мы еще потусим вместе, раз ты теперь в Бостоне.

– По-любому. – Я встаю и бросаю взгляд на Джейка. – Доброй ночи.

Он лишь кивает.

– Через четыре минуты подъедет, – сообщает Бренна с телефоном в руке.

Маккарти все еще стоит рядом с ней, даже не пытаясь скрыть огорчение.

– Ты могла бы остаться… – начинает он и умолкает в ожидании ответа.

В глубине души я считаю, что она была готова с ним переспать, наплевав на его принадлежность к Гарварду. К сожалению, Маккарти действительно все испортил бурной реакцией на ее родство с тренером команды соперников. Сжалившись над парнем, Бренна обнимает его за шею и проводит губами по покрытой щетиной щеке.

– Может быть, в другой жизни, Маккарти.

– Ловлю на слове, – с печальной улыбкой он напоследок добродушно шлепает ее по заду.

Направляясь к двери, Бренна бросает выразительный взгляд в сторону Джейка Коннелли. Он провожает ее взглядом зеленых глаз полных веселого блеска.

Тремя минутами позже мы с ней оказываемся на заднем сиденье такси.

– Было не так уж ужасно, – неохотно признается Бренна.

– Вот видишь! Я же говорила, будет весело, – поддразниваю я.

Нахмурившись, она предупреждающим жестом поднимает палец в воздух.

– Несмотря на сказанное, я обязательно передам папе информацию о колене Маккарти.

– Меньшего и не ожидала, – ухмыляюсь я.

* * *

Узнав, что у нас дома вечеринка, Бренна решила переночевать у меня. Она призналась, что «сова», с трудом засыпает раньше трех или четырех часов утра. Я же люблю продолжать веселиться после основной вечеринки так же сильно, как свои сапоги от Prada, так что с радостью взяла ее с собой.

Увы, к нашему появлению все уже разошлись, но соседи еще бодрствовали. Холлис и Фитц сидят на диване и режутся в игру-стрелялку. Хантер в спортивных штанах и поношенной футболке с обрезанными рукавами развалился в кресле. Единственными признаками тусовки являются дюжины пустых пивных банок и слабый запах, который, кажется, тянется от Майка.