Должница - Надежда Волгина

- Что с ним? – перебила она торопливую речь Дианы.

- Не знаю даже, но он так дышит…

- Как, Ди?! – практически выкрикнула Юля.

Она полностью утратила контроль над собой – забыла, что в соседней комнате спит Кирилл. Паника затопила с головой, а перед мысленным взором всплывали картинки одна страшнее другой.

- Плохо дышит, с трудом, - голосом, в котором угадывались слезы, ответила Диана.

- Господи!.. – взмолилась Юля, посылая мысленную просьбу всевышнему, чтобы не наказывал ее сына за ее грехи. – Я сейчас приеду. Вызывай скорую…

Дальше она вообще плохо соображала, что делала. Откуда-то появился Кирилл, что-то спрашивал. Она даже отвечала, но совершенно не понимала что. Мыслями она уже была рядом с сыном и страдала больше всего, что в жизни не может очутиться там мгновенно.

Немного пришла в себя в такси, осознав, что Кирилл поехал с ней. Но этот факт ее сейчас мало заботил. Если именно сейчас ему судьба узнать про сына, то так тому и быть.

Паника немного отступила, самую малость, когда она увидела Дениску. Он и правда плохо дышал и покашливал, но улыбался ей настолько счастливо, что Юля сразу же поверила – с ее ребенком ничего не случится.

А вскоре и скорая помощь подоспела, и спокойные вопросы врача, как и ее уверенность тоже настроили Юлю на оптимистичный лад. Что бы ни случилось с ее сынишкой – теперь с ним точно все будет хорошо. И больше она никогда его не бросит, ни ради кого или чего.

Кирилл теперь знал, что у нее есть сын, но как он к этому относится, Юля понятия не имела. Несколько раз бросала взгляды на его задумчивое и спокойное лицо, но каждый раз не понимала, о чем он думает.

В больницу она поехала вместе с Дениской – в машине скорой помощи. Всю дорогу прижимала сынишку к себе в попытке согреть и защитить от тряски. Чувствовала его теплое и сбивчивое дыхание на своей шее и продолжала молиться господу, чтобы сохранил его от всех бед.

Кирилл и Дианой подъехали следом – раньше, чем их принял дежурный врач, спустившийся сонный в приемный покой.

Говорить с Кириллом Юля пока была не готова, да и некогда было. Почти сразу же врач пригласил их в кабинет, где принялся осматривать и прослушивать Дениску.

- Что с ним такое? – спросила Юля, когда первичный осмотр подошел к концу.

Денискино дыхание к тому времени почти нормализовалось.

- Кратковременная и частичная асфиксия. Не похоже, что токсического характера. Скорее, нервная. Случалось с ним уже такое?

- Нет. Раньше не было, - проговорила Юля, понимая, что во всем виновата она одна, что расстройство из-за расставания с ней спровоцировали у Дениски приступ. – Это опасно?

- Как вам сказать?.. Есть вероятность, что асфиксия приведет к пневмонии. Именно этим она и опасна. Но будем надеяться, что этого не случится. А за ребенком нужно понаблюдать.

- Вы нас госпитализируете?

- Не вижу в этом необходимости, если честно. Все необходимое вы сможете сделать и в домашних условиях. Я вам выпишу лекарство, но сразу предупреждаю, что достать его тяжело. Однако, лучше постараться это сделать – с ним вам точно нечего будет бояться.

Еще через десять минут они с Дениской выходили из кабинета врача. Малыш безостановочно зевал, но, кажется, чувствовал себя хорошо. И как бы парадоксально это ни звучало, Юля тоже испытывала облегчение, что теперь может с чистой совестью больше никому не врать.

- Ты мой хороший! Ну и напугал же ты нас с мамкой!.. – тут же подлетела к ним Диана и принялась тискать сонного Дениску.

- Вас отпускают домой? – ровно поинтересовался Кирилл.

- Да, - коротко бросила Юля, понимая, что разговор по душам приближается стремительно, и надеясь, что не заведет его Кирилл прямо в больнице.

- Поехали тогда, - бросил он быстрый взгляд на отбивающегося от Дианы малыша.

- Ну так, я вас отвезу, - тут же отозвалась Диана. – Ну и ночка выдалась, спать хочу дико. А кто виноват? – вновь обняла Дениску.

В машине они не разговаривали, каждый думал о своем. Дениска уснул у нее на руках, а Юля, как ни странно, думала о том, что завтра нужно вызвать участкового педиатра, и скорее всего ей придется брать больничный. В любом случае, в сад она Дениску не поведет и побудет с ним несколько дней дома. А вот про Кирилла ей думать не хотелось.

- Давай, понесу, - предложил он помощь, когда Юля с Дениской на руках вышла из машины и попрощалась с Дианой.

- Спасибо! Я сама…

- Дай сюда, кому говорят, - решительно, но мягко отобрал у нее Кирилл ребенка, и тот даже не проснулся.

Юле только и оставалось, что ревниво наблюдать, как ее сын доверчиво прильнул к груди мужчины, который его не хотел.

- Куда его? – шепотом спросил Кирилл в темной прихожей.

- В его комнату. Туда… - спохватилась Юля и указала направление.

Кроватки не было – ту еще только предстояло забрать и собрать снова, потому она попросила положить Дениску на диван. Сегодня малыш поспит тут, обложенный подушками, а завтра она вернет его комнате прежний вид, хочет того Кирилл или нет. И ему придется смириться с присутствием ребенка, если хочет и дальше оставаться у нее. А не захочет, так любая гостиница к его услугам. О том, что будет делать, когда Кирилл поставит ее перед необходимостью освободить квартиру, Юля пока старалась не думать. В любом случае, хотелось верить, что он не зверь, и не потребует ее сделать это немедленно.

- Жду тебя в гостиной, - бросил Кирилл и оставил их с сыном одних.

Дрожащими от волнения и пережитого стресса руками Юля раздевал Дениску, содрогаясь от мысли о предстоящем разговоре. Медлить до бесконечности тоже не могла – ей пришлось-таки покинуть комнату, чтобы вернуться к Кириллу. И она понятия не имела, как и что будет говорить. Даже примерно не догадывалась, какие вопросы он станет ей задавать. Но в любом случае, больше дала себе слово не врать – ложь и так чуть не сыграла с ней злую шутку. Хорошо, что все обошлось, ну или почти все и почти обошлось.

Кирилл

Он понял, кого ему напоминает ребенок, когда положил его на диван спящего. Мальчик был поразительно похож на его отца, и это наталкивало на определенные мысли, к которым Кирилл не знал, как относится.

В гостиную ушел, чтобы подумать наедине. Ну а с Юлей ему предстоял серьезный разговор.

Этот ребенок мог быть только его сыном, и чем больше Кирилл об этом думал, тем сильнее уверялся в довольно шокирующей мысли. Юля родила от него ребенка, нарушив условия соглашения. И все это время Кирилл не знал, что у него есть сын.

Сколько лет мальчику? По его подсчетам получалось, что чуть больше двух лет. Два года она молчала, ничего ему не сообщая про сына. А когда он приехал, Юля и вовсе решила спрятать ребенка. И он понимал ее, хоть и не оправдывал. Она боялась лишиться всего и боялась справедливо. По-хорошему, за нарушение поставленных им условий, он так и должен поступить. Так почему же сама мысль наказать ее подобным образом претит ему?