Разрешите влюбиться - Елена Сокол

Впился взглядом в ее руки и понял, что дрожу. Всем телом. Но не от холода. От усталости и захлестнувших меня неясных эмоций. Вот, кажется, только что обхватывал пальцами упругие икры и тонкие коленки этой перепуганной, но острой на язык зануды Ежовой, только что касался ее кожи на запястьях, чувствовал исходящий от нее запах дикой вишни, вдыхал его глубоко и тихо, а теперь этого ничего нет. Совсем.

И меня разом будто все силы покинули.

— А?

— Ты же выиграл у Кирилла, — напомнила Лида, ласково юля вокруг меня и, точно кошка, тыкаясь лбом в грудь.

Запах Лидкиных духов по сравнению с тонким ароматом, который до сих держался на моей коже после общения с зашуганной ботаничкой, казался теперь тяжелым, приторным, почти смертельно удушающим.

— О, давай-ка сюда! — Остановил паренька с подносом и взял стакан пива. — Спасибо. — Улыбнулся. — Держи. — Вложил в руку Лиды стакан, тем самым создав между нами хлипкий барьер. — Давай веселиться, к черту всё!

— Ром, — кажется, она не забыла, о чем только что спрашивала.

А мне ужасно не хотелось, чтобы кто-то опять лез мне в душу.

— Мм? — Обнял ее за талию, чтобы скорей заткнулась.

— А ты зачем Страшилу себе на плечи посадил? Никого получше рядом не нашлось? — Не унималась она.

— А что не так с ней? — Спросил хриплым нетвердым голосом.

И коснулся руками своих плеч. Там, где совсем недавно было тело Ёжки, сейчас не осталось ничего, кроме холодного сентябрьского воздуха.

— Хотел подшутить над ней, да? — Лиду даже пиво не интересовало. Она крутила головой, отбрасывая назад длинные темные волосы в попытке привлечь этими движениями мое внимание. — Или что? Я не уверена, что ты просто так решил испортить себе репутацию, взяв ее в помощницы.

— Репутацию? — Впился в нее глазами.

Лида позировала передо мной. Как модель выгибала спину и выставляла вперед плечи. Даже хихикала так, будто репетировала этот смех не единожды до этого у себя дома перед зеркалом.

— Ну, зачем-то ты ведь ее посадил к себе на плечи, Ром? Все подумают, что тебе реально нравится эта кикимора замухрыжная.

И рассмеялась, закатывая глаза, будто эта ее реплика была самой смешной шуткой десятилетия.

— А почему Ежова не может мне нравиться? — Спросил серьезно.

И склонил к ней голову.

Флирт рассеялся вокруг Лиды, как облако после дождя. Она отстранилась от меня, словно от чумного:

— Ну, и шуточки у тебя.

— Никаких шуток. — Выпрямился.

По ее лицу прокатилась волна возмущения. Девчонка не в силах была скрывать своих эмоций. Широкая улыбка превратилась в кривую ухмылку:

— Я всё поняла. Ладно. Блин, таскаюсь за тобой, как дура. — Выбросила вперед свободную руку и толкнула меня в плечо. — Решил выставить меня посмешищем, да?

Она хватала ртом воздух, будто хотела что-то добавить, но не знала, что именно, и какое слово может оказаться достаточно действенным, чтобы пронять меня по-настоящему.

— Думал, мы все с тобой выяснили. — Подошел к ней вплотную и двумя пальцами приподнял подбородок. Подтянул ее лицо к своему и твердо произнес: — Если ты решила устроить мне сцену, Лида, то ты точно не по адресу.

Отпустил, улыбнулся, пожал плечами. Затем развернулся и ленивой походкой направился к друзьям.

— Ро-о-ом, — жалобно мяукнула, догоняя меня. — Ну, ты чего? Обиделся на меня, что ли? Я же просто спросила. Ну… Просто скажи, что она тебе никто, и я все забуду. — Дернула меня за пояс джинсов. — Ро-о-ом!

— Никто. — Улыбнулся, обернувшись. — И ты никто. И вообще все — мне никто. Я один, понимаешь?

— Нет. — Прильнула к моей груди. — Ты не один. Про меня забыл?

— Лида… — с сожалением.

Развел руками.

Она ничего не понимала. Женщины никогда не понимают. Слышат только то, что хотят слышать. Додумывают постоянно то, чего нет и быть не может. Наделяют мужчин определенными чертами, которые сами себе выдумали, а потом проклинают нас за то, что мы им не соответствуем.

Но чаще им просто приходится мириться с положением вещей, чтобы иметь возможность быть рядом. Готовы закрывать глаза на то, что не нужны мужчине. Позволять раз за разом растаптывать свои чувства в обмен на иллюзию нахождения в отношениях. Они не любят себя. Но отчаянно желают, чтобы любили их.

Простодушные.

— Почему ты меня отталкиваешь? — Она, вероятно, порядочно напилась, поэтому и забыла про гордость.

— Почему же? Не отталкиваю. Хочешь, пойдем ко мне в комнату? — Предложил, подхватывая ее под руку.

— Знаю, чем все это закончится. — Обиженно.

— А разве ты не этого хочешь? — Провел ладонью по ее спине вниз и сжал ягодицу.

Отчаянно извиваясь, Лида оттолкнула меня:

— Все ты прекрасно понимаешь! Поговори со мной, Ром! Просто поговори. Ну, почему ты всегда такой?

— Какой, Лид, какой? — Засмеялся, прекрасно понимая, что причиняю ей боль. Зато я всегда был с ней честен. Ничего не обещал, не ссал в уши про вечную любовь. — За разговорами иди к своему психотерапевту, ладно? А если я и могу помочь, то только кое-в-чем другом.

Потянулся к ее губам, но тут же получил неприятную оплеуху.

Щеку зажгло.

Девчонка, кажется, и сама испугалась: вытаращила глаза, но, заметив, что я улыбаюсь, разозлилась:

— Да пошел ты! Отдыхай с кем хочешь! — Толкнула, освобождаясь из объятий, и поправила юбку. — Козел! — Отбросила в сторону стаканчик. — С тобой даже поговорить нельзя серьезно!

— Где я, а где серьезно. — Ухмыльнулся. — Не смеши, детка.

— Придурок! — Отшатнулась, видя, что протягиваю к ней руки. — Лапы свои убери! Иди, Ежиху тискай теперь! И вообще, кого хочешь, тискай, понял? — Всхлипнула, неловко переступая на шпильках по мягкому газону.

— Спасибо, что дала вольную. — Махнул ей рукой, развернулся и пошел к ребятам. — Удачи, Лид!

— Мерзавец!

— Соскучишься, приходи. — Смеясь.

— Козел! Козлина! Козлище!

Честно? Мне было все равно. Я даже не слышал, что она кричала мне вслед. И уж точно не принимал на свой счет.

Подошел к ребятам, поболтал, принял от них поздравления с победой. Велел музыкантам зажигать по полной и даже сам немного подергался под их музыку. Уже начал искать глазами Кирилла, чтобы поговорить о том, что он мне теперь должен после своего проигрыша, как заметил подъехавший к дому Мерседес.

— Вот теперь самое веселье начинается, — рассмеялся, потянувшись к столику с выпивкой.

Глотнул пива первый раз за вечер, чокнулся с Денисом и принялся ждать начала шоу, все сильнее и сильнее сжимая челюсти от нетерпения.