Намерение - Ангелина Алябьева

— Долина Кьянти, — просто ответил Ральф, заглушая двигатель. Бегло кинул взгляд на вибрирующие два мобильных телефона. Один — секретный и исключительно для юридических дел, контроля адвокатского кабинета, с установленным механизмом, который нельзя прослушать. Другой — более дешевый сенсорный мобильный, разрывающийся сейчас от звонков любимого тестя. Досчитав мысленно до пяти, выключил рабочий и провел пальцем по экрану второго. — Слушаю, синьор Сальери…Ваша дочь в полной безопасности. Что? Нет, мы хотели бы побыть немного наедине. Без охраны. Без лишних глаз. Почему? Она — моя жена, и я ее привезу тогда, когда посчитаю нужным. О, хорошо! Я понял вас, но она так же хочет остаться. Со мной.

— Зачем ты врешь моему отцу? — недовольно воскликнула Морганит, стоило ему сбросить звонок. — Верни меня назад домой. У меня нет настроения. Что на этот раз за игра?

Вместо слов Ральф дотянулся до заднего сиденья, подхватывая бутылку дорогого итальянского вина. Заранее откупоренного услужливым сомелье, предложенным ему в комплекте с традиционными закусками. Мини — бутерброды с семгой, рулетики из ветчины, тарталетки с различными начинками и эклеры. Вытащил и коробочку с заготовленными хрустальными бокалами. Пить? Нет, он и без алкоголя чувствовал себя вырвавшимся с цепи необузданным зверем. Готовым наброситься на собственную жену, постоянно поправляющую падающие ей на лоб пряди волос. Нервничая. Кусая губы.

— Сегодня на небе нет тумана, — вдруг начал Ральф, заметив, как замерла собирающаяся что — то сказать Морганит. Его большая ошибка, и все же иногда можно допускать. Потом непременно проведет работу над ней, исправляя. Не сейчас. — Оно такое…чистое. Темно — голубое. Тысячу звезд рассыпалось по нему, заполняя пустоту. Тонкая почти незаметная полоска луны, которая проскальзывает на цветы. Ветер колыхает их вместе с травой, правда, на несколько минут затихает. Ночная долина Кьянти — гордость всей Тосканы.

— Почему ты замолчал? — перевел взгляд на нее. Не смог больше отвести. Хрупкая и ранимая, жадно слушающая его. Впитывая каждое слово. Описание. Пытаясь представить и нарисовать в воображении. Просто понять того, чего лишена. В грудной клетке сдавило при мысли, что у нее есть все, но нет обычного человеческого восприятия. Зрения.

Они заключили договор. В их отношениях не будет жалости. Трепета. Нежности. Именно последнее причиняло ему сейчас боль. Запретная нежность. Ненужная ни ей, ни ему, тем не менее пробивающаяся наружу. Обретающая силу. Глубоко вздохнул, не выдержав, и дотронувшись до вновь небрежно лежащего локона жены на веке. Заправил за ушко.

— Наверное, это нелогичный вопрос, но…Почему тебе не противен я? — неожиданно поинтересовался Ральф. — Ты не знаешь, как я выгляжу. Вдруг я — настоящее чудовище, поэтому твой отец так разозлился, узнав, кого выбрала его дочь?

— Минуточку! — выставила наигранно вперед указательный палец Морганит. — Я не выбирала тебя. Ты просто ворвался в мою жизнь, а я уже…не смогла тебя выгнать. Было слишком поздно. Тебе удалось получить согласие отца и…

— Может, его я тоже околдовал? — усмехнулся Ральф, впервые за столько лет искренне рассмеявшись, увидев, как его жена прячет пунцовое лицо в ладонях. Слышал. Прислонившись к дверному косяку, внимательно следил за развернувшейся в спальне сценой. Приближался к опасной грани, но не сворачивал назад. — Как ты сказала? Я испортил тебя? Превратил в очень плохую и пошлую девочку?

— Прекрати надо мной издеваться! — внезапно с некой долей ярости воскликнула Морганит и снова ошарашенно приоткрыла рот, когда он вложил в ее пальцы тонкую ножку наполненного до краев вином бокала. Поднесла к носу, принюхавшись, после чего скорчила рожицу. Затрясло вновь от безудержного смеха, и Ральф поклялся бы еще вчера, что это не он, запрокинув голову, хохочет, как безумный. Как человек, имеющий способность выдавать настоящие чувства. Без фальши и игры. Похоже, и она это заметила.

— Ты смеешься, — пробормотала Морганит, и пушистые ресницы дрогнули, опускаясь. — Наверное, твое лицо изменяется, когда ты улыбаешься. Оно не выглядит уже суровым, да?

— Откуда тебе известно, какое у меня лицо? — неподдельно изумился Ральф. Девушка глубоко вздохнула, прежде чем признаться. Без прежней дерзости или наигранности.

— Няня мне описала твою внешность. Моя фантазия тоже помогла и…Я не знаю, как это объяснить, но всякий раз, целуя тебя, мне кажется, что если я хоть раз смогла увидеть, то узнала бы без представлений.

— Потому что ты чувствуешь меня, бабочка, — кажется, в сотый раз произнес он, прикасаясь кончиками пальцев к ее щеке. Приложил ладонь, впитывая ее тепло всей проклятой душой. — Попробуй на вкус. Это самое лучшее вино. Сделай глоток, Морганит.

Настойчиво надавил на ее имя, обхватывая тонкие пальцы девушки. Приблизил бокал к приоткрытым губам. Нерешительно пригубила. Поморщилась. Еще один глоток. Следил, как светло — красная капля скатилась по ее подбородку. Послушно выпила, усмехнувшись.

— Я тоже хочу тебя напоить. В честь моего дня рождения. Боже мой, что ты творишь?

Не давая ей опомниться, Ральф окунул ее указательный палец в остатки вина на дне бокала. Медленно поднес, облизывая нежную кожу, смоченную терпким вкусом вина. Посасывал ее пальчик, наслаждаясь пронзившими ощущениями. Не признавал алкоголь и не перечил принципам. Не пить. Не терять рассудок. Только крышу сносило неимоверно от дикого возбуждения. Пьянел без всякого спиртного. От нее. Ее вкуса. Близости.

— Ральф, в тот день ты тоже меня привез сюда? — прерывисто вздохнула Морганит, и он отрывисто кивнул. На мгновенье забыл, что она не различит его жест согласия. Забыл, что женщина, так рьяно разделяющая с ним его порочные желания и не боящаяся ни капли, слепа. Опять принимает неправильное решение. Следует тщательно обдумать и прийти к тому, что это ему не нужно. Не волнует, черт побери, но мозг судорожно прокручивал названия лучших медицинских центров Америки. Куда его ведет? Не часть плана.

— Да, — проговорил Ральф, возвращая бокал и бутылку вина обратно. На заднее сиденье. — Кажется, находясь здесь, можно на время забыть обо всем. Наслаждаться тишиной. Ты предпочитаешь, чтобы я все — таки отвез тебя в ресторан? Поедем — куда скажешь! Не скрывай, бабочка! Ты же об этом мечтала. Тебе не хватало общения со мной. Выговориться вдоволь. Исполню твое желание — только по особенному случаю. Сегодня.

— Почему у тебя столько масок? Ты то близкий человек, то далекий незнакомец, — странно тихо спросила Морганит. Не ответил бы, ибо ему самому неизвестно, что произошло за какие — то чертовы несколько часов. А, может, его безумие набирало оборот еще раньше? Нежеланные и абсолютно чуждые для него эмоции.

— Ты скажи, почему ты пытаешься изменить меня, — неожиданно рыкнул Ральф, обхватывая тонкие плечи жены. Притягивая ее настолько близко, что кончики их носов соприкоснулись. Горячее дыхание смешивалось. Переходя на шепот. — Какое у тебя право постоянно занимать мои мысли? Кто тебе разрешил сводить меня с ума?

— Только ты, Ральф. Называя меня своей женой, — не испугалась его вспышки. Реакции, Показалось, что весь мир перевернулся от столь откровенного шепота. Несмело, будто в первый раз, коснулась его губ. Невесомо. Слишком быстро. Отстраняя от него голову, пока пораженный услышанным Ральф возвращался в реальность. Бьющую наотмашь.