Гувернантка - Наталия Николаева

– Извините мисс Анна, – сказала она, осторожно заглянув в приоткрытую дверь, – миссис Марта прислала меня помочь вам собраться на бал.

– Я и сама прекрасно справлюсь. Но если хочешь, побудь со мной. Ты, наверное, устала, целый день на ногах?

Донна опустила на стул.

– Да действительно устала. Сплошная беготня, – вздохнув, сказала она.

Я налила Донне чай, и она уютно устроила в кресле. Через минуту было слышно мирное посапывание. Девушка мгновенно задремала.

– Бедняжка, – сказала я, укрывая Донну теплым одеялом. Она даже не шелохнулась. Я принялась одеваться. Тщательно поправив все нижние юбки, я расправила складки. Платье выглядело прекрасно. Шелк, блестящим потоком спускался до самого пола, ярко сверкая красными сполохами. Со стороны казалось, что платье очень тяжелое, настолько солидно выглядела материя, но, одев его, я почти не ощутила веса. Корсет плотно стягивал талию, практически не давая вздохнуть. Декольте прикрывал прозрачный шифон красного цвета. Взглянув в зеркало, я затаила дыхание. Неужели это я? Так я простояла довольно долго. Хочется запомнить этот момент на всю жизнь. Такой красивой я не была никогда в жизни. Как там написал Гете? Я читала его трагедию «Фауст» в библиотеке леди Генриэтты совсем недавно. «Остановись мгновенье, ты прекрасно». Как же хочется, что бы этот миг продолжался вечно. Чуть не забыла, надо надеть подарок матушки Марии. Я осторожно, стараясь не разбудить Донну, достала из шкафа коробочку с брошью. Вернувшись к зеркалу, прикрепила бабочку к платью с левой стороны, чуть повыше сердца. Ее крылья блеснули алыми отблесками, когда луч солнца попал на брошь. Красные зайчики весело запрыгали по стенам комнаты. Вот я и готова, пора идти.

– Донна, пора вставать, а то тебя хватятся, – осторожно потрясла я девушку за плечо.

Та вскочила, быстро приглаживая волосы.

– Извините мисс Анна, я кажется, заснула.

– Ничего страшного, Донна. Ты устала сегодня. Помоги мне затянуть корсет потуже и пора идти.

Девушка потянула за шнурки корсета, затягивая их. У меня перехватило дыхание.

– Ну вот, мисс Анна, в самый раз, – пропыхтела Донна, – сейчас я шнурки завяжу, и все в порядке.

Она отошла в сторону, глядя на меня.

– Какая, же вы красавица, – восхищенно проговорила девушка.

– Спасибо, Донна.

Мы вышли в коридор. Садящееся солнце освещало верхушки деревьев в парке за окном. В поместье стоял легкий гул от голосов гостей. По коридорам быстрыми шагами во все стороны сновали слуги, накрывающие столы для торжественного ужина. Несколько лакеев несли в бальный зал большие подсвечники для дополнительного освещения. Мы с Донной дошли до входа в крыло прислуги.

– Я побегу, мисс Анна, а вам удачи на балу, – с этими словами Донна юркнула в дверь.

Я подошла к комнате леди Генриэтты и тихонько постучала.

– Входите, открыто, – раздался громкий голос герцогини из-за двери.

Картина, открывшаяся моему взору, просто завораживала. Леди Генриэтта стояла посредине комнаты, критично осматривая наряд в огромное зеркало. Сьюзан порхает вокруг нее, словно бабочка, поправляя небольшой шлейф шелкового платья цвета золота. Леди Генриэтта повернулась ко мне. До чего же она красива. Волосы уложены в высокую прическу. На тонкой, лебединой шее красовалось колье с драгоценными камнями. Платье, по последней моде, глубокое декольте, широкие рукава и пышные юбки. Корсет расшит золотыми нитками.

– Аннушка, ты готова? – повернулась ко мне герцогиня, – дай посмотрю на тебя.

Герцогиня подошла ближе и нахмурилась, прищурив глаза. Я стояла, что называется, ни живая, ни мертвая. Так хотелось с честью выдержать первый экзамен. Герцогиня оглядела меня с ног до головы. Наконец, она усмехнулась и, взяв меня за руку, подвела к зеркалу.

– Какая же ты красавица! – улыбаясь, сказала герцогиня. – Прямо как я в молодости. Я тоже часто укладывала так же волосы, и очень любила красный цвет. Сейчас выбираю более спокойные тона. Глаз не оторвать от тебя, – обняла меня герцогиня. – Сейчас Сьюзан поправит мой шлейф, и будем спускаться вниз.

Я никогда раньше не была в будуаре герцогини. Теперь я могла рассмотреть его. Это большая комната с мебелью цвета слоновой кости. Скорее всего, покойный герцог, привез мебель из какого-то заморского путешествия. Кровать, комод, шкаф – все светлого тона. Огромное зеркало занимало почти всю стену. На полу, по обе стороны окна, расположились большие вазы, в которых стояли букеты из живых роз. А сколько всяких бутылочек, баночек, скляночек стоит перед зеркалом…

– У тебя очень красивая брошь, – заметила герцогиня, взглянув на меня.

– Это подарок матушки Марии, – непроизвольно, погладив украшение, ответила я, – в день моего отъезда она преподнесла маленький футляр в подарок. Раскрыв его, я увидела вот это сокровище.

– Это действительно сокровище, – подойдя ближе и проведя рукой по бабочке, сказала герцогиня, – храни его. Я помню, как матушка Мария носила это украшение. Она очень дорожила этой вещью. Теперь оно у тебя.

– Я буду беречь бабочку, – инстинктивно, прижимая брошь к себе, проговорила я, – может, не следовало ее одевать, тут будет столько народу.

– Не бойся, никуда она не улетит, – улыбнулась герцогиня, – такую красоту следует показывать, не лежать же ее все время в футляре. Пойдем, моя красавица.

Мы спустились в гостиную, украшенную живыми цветами. Стол уже был накрыт и ждал гостей. Слуги в праздничных ливреях вносили свечи в подсвечниках. Гости начинали сходиться. Леди Генриэтта подошла к немолодой паре поздороваться. Мужчина нежно поглаживал руку женщины. Было видно, что они счастливы в браке. Сказав слова приветствия, леди Генриэтта поспешила подойти к барону Сент-Олбенс. Он одет в классический фрак. Другой на его фигуре смотрелся бы, по меньшей мере, смешно. Мужчина – круглый, как шарик.

– А где же ваши дамы? – вопросительно подняла брови герцогиня.

– Ах, дорогая, вы же их знаете, – тяжело вздохнул барон, – они то завитки поправляют, то носики пудрят.

– И всегда выглядят великолепно, – засмеялась герцогиня.

– Вы бы знали, как их сборы меня раздражают. Но только им не говорите, – шепнул барон, наклонившись к леди Генриэтте, – иначе мне не видать добра, сразу поднимут флаг войны, – засмеялся барон.

– А вот и ваши милые дамы, – кивнула в сторону входящих герцогиня.

– Здравствуйте, леди Генриэтта, – сказала баронесса. Она такая же кругленькая, как и ее муж, но живые глаза придают легкость всей ее тучной фигуре. – Выглядите великолепно.

– Также как и вы, – ответила герцогиня. – Эмилия, вы просто душенька! – сказала она, подошедшей девушке.

– Спасибо, – пробурчала Эмилия.

Я стояла рядом с герцогиней и наблюдала за происходящим. Одни – разговаривали, другие – шутили, все были веселы, одна только Эмилия недовольно морщила нос. Что снова не так?