Спаси меня от холода ночи - Кира Мон

Заставляю себя ослабить хватку на коробке и перейти к соседнему столу, где надо выковырнуть свечной воск из чугунного подсвечника.

– Кстати, с сегодняшнего числа Меган будет помогать каждый вечер с девяти до одиннадцати, – кричит мне Нилл. Он держит в руках бутылку виски «Джеймсон» и широко улыбается. – Оказалось, что найти сотрудника не так уж проблематично.

Я удивленно вскидываю голову.

– Спасибо!

– Не за что.

Знал бы Дин. Я мысленно ухмыляюсь. Бегая по «Брейди» и заменяя догоревшие свечи, я стараюсь и дальше думать о Дине, а не о его друге. Да что такое, ради всего святого, с Ниллом? Какой тумблер щелкает где-то внутри, стоит мне только оказаться рядом с ним? Я работаю в пабе, блин, я привыкла, что парни флиртуют иногда в милой, а иногда – и, к сожалению, чаще – в неприятной манере. Как правило, меня такое не трогает. Это как в случае с улыбкой Дина, с которой он отклоняет предложения женщин в баре выпить с ними. Дурацкие фразочки для подкатов, как и слащавые комплименты, забываются еще до того, как заканчивается смена.

Тогда почему же у Нилла получается подобраться так близко ко мне?

– Сиенна. Добрый вечер. – Тео в компании с Рори опускается за столик, с которого я только что смахнула на пол вычищенный воск. – Ты уже работаешь или мне заказать нам первые напитки в баре?

– Нет, я сейчас все сделаю. «Гиннесс», как всегда?

Тео кивает. Он кажется немного усталым, и я задаюсь вопросом, не из-за того ли, что в последнее время его мучают боли в спине. По крайней мере, так он объяснил свое отсутствие пару дней назад. «Старикам нужно больше спать», – заявил он, когда я с ним об этом заговорила, а Рори согласно закивал.

В первый час у Нилла больше работы с людьми у стойки, чем у меня с еще практически не занятыми столиками. Однако, как это бывает в любой нормальный вечер пятницы, «Брейди» стремительно заполняется народом. Меган, как и обещано, появляется в девять с небольшим. А примерно в половине десятого у меня все равно включается «режим выживания», и я избегаю любой длительной болтовни с гостями. Из-за того что Меган разгружает меня почти на треть столиков, впервые за много недель некоторым клиентам не приходится слишком долго дожидаться своей выпивки, и я про себя уже раз сто поблагодарила Нилла. А где-то с половины одиннадцатого снова становится легче. Первые посетители покидают паб, народу приходит уже куда меньше, а большинство после второго или третьего пива становятся уже не такими нетерпеливыми.

Я несколько раз бегаю за тряпкой, чтобы вытереть пролитые напитки, обсуждаю с Нелли, какой салат – с красным луком или без – мне заказали, и в результате выслушиваю от идиота, который хотел салат без лука, что на самом деле он просил суп дня.

Не считая этого, ничего особенного не происходит. В какой-то момент Эбигейл пересаживается на табурет у барной стойки, а ее подруга Эмили пользуется представившейся возможностью, чтобы рассказать остальным девушкам за столом, почему Эбби в полной мере оправдывает свою репутацию шлюхи в Каслданнсе.

Очевидно, понятие дружбы сильно упало в цене.

Незадолго до полуночи я собираю пустые бокалы с четвертого столика и вдруг слышу, что Колм в очередной раз устроил разборки. Когда-нибудь я точно начну подмешивать успокоительное в его первое пиво. Сегодня он сцепился с приземистым качком, у которого голова переходит сразу в плечи. Пару раз я его у нас уже замечала, но имени не знаю. Видимо, он живет не в непосредственной близости отсюда. У Колма ссоры обычно обостряются только с нездешними. Жителям Каслданнса достаточно хорошо известна его вспыльчивость, чтобы не вступать в дискуссии максимум после трех кружек пива.

Как все началось, я не заметила, но, когда с полным подносом обхожу стойку, из их ртов уже сыплются первые оскорбления. Фергас поднялся со своего места и горой продвигается с конца барной стойки к спорщикам, а я тороплюсь снять с подноса все стаканы, чтобы поскорее снова исчезнуть.

– Хочшь меня спрвцировать?! Ты эт хочшь, да? – заплетающимся языком возмущается Колм, соскакивает с табурета и слегка покачивается, пытаясь грозно встать перед соперником. Господи, Колм, ты ведь не переживешь стычку, если этот тип решит, что с тобой в принципе стоит связываться. – Знаешь, как называют этих, вроде тебя, ты…

Фергас вырастает перед носом у Колма, и у меня вырывается вздох облегчения. Мужик с короткой шеей к тому времени тоже спрыгнул со своего стула, и становится ясно, что приземистым он выглядит исключительно сидя. А через мгновение происходит сразу несколько событий.

Колм высовывает свою глупую голову из-за Фергаса, чтобы продолжить орать, Фергас, в свою очередь, не видит, что бодибилдер замахнулся, и рука Нилла резко вытягивается над стойкой и блокирует удар, который превратил бы нос Колма в кашу. На протяжении нескольких секунд Нилл удерживает запястье взбесившегося качка. На его предплечье вырисовываются напряженные мышцы, и рука немного дрожит. Несмотря на это, типу не удается вырвать кулак из крепкого захвата. В итоге Нилл сам его отпускает.

– В этом баре не дерутся.

Я цепенею, когда отрываю взгляд от противника Колма и перевожу его на лицо Нилла. Губы у него изогнулись в линию, которую с огромной натяжкой еще можно интерпретировать как улыбку, зато глаза холодны как лед.

– Говнюк! Сраная забегаловка!

Отрывистым движением качок смахивает со стойки блюдце с арахисом, орешки разлетаются на несколько метров вокруг, несколько человек автоматически отшатываются в сторону, и в итоге один из наших постоянных клиентов по имени Клиффорд врезается в первый столик. Почти полные стаканы покачиваются, но не у всех посетителей получается хладнокровно среагировать и не дать им упасть.

Поверх бормотания тех, кто находится у бара, доносится чертыханье людей, которые теперь сидят в лужах пива. В этот момент Нилл просто отодвигает меня в сторону, обходит стойку и грубо хватает дебошира за руку. Мужчина не так высок, как Нилл, но чуть шире в плечах. Поэтому предпринимает попытку изобразить что-то наподобие боевой позиции, однако Нилл толкает его и прижимает спиной к барной стойке, лишая всякого шанса использовать физическую силу. Он крепко стискивает скандалиста за подбородок, пальцами впиваясь в мясистые щеки.

– Ну, давай, – цедит он, – если ты так настаиваешь, я готов в любое время.

Наконец мускулистый тип видит что-то во взгляде Нилла, и это приводит к тому, что он моментально перестает сопротивляться. За считаные секунды мой новый босс выпроваживает парня за занавеску, где ему придется еще расплатиться по счету, затем дверь тяжело захлопывается, а Нилл с расслабленной невозмутимостью возвращается в «Брейди», как будто и не было никакого инцидента.

Несомненно, всем присутствующим понравилось такое появление. Не только Фергас и Колм, которые так и застыли на месте, выпучив глаза, как два статиста в театральной пьесе, но и большая часть бара начинает аплодировать. Кто-то даже пару раз пронзительно свистит. В общем, все, похоже, считают, что Нилл минуту назад с блеском выполнил что-то вроде своей произвольной программы в «Брейди».