Готов на пять! - Катерина Ши

- Ты променяла Мишеньку на учителя?  - даже взвизгнула она.

- А время приема, к сожалению, окончено! - оборвал неприятную даму и поднялся со своего места. Если она сама из палаты не выйдет, я ее отсюда вытащу: могу вперед ногами или головой, но не факт, что ни обо что не задену. Исключительно чисто случайно, а не специально.

Мама Ярославы поднялась, бросила короткое «позвоню» и вышла, даже забыв о правилах приличия. Или она их и до этого не знала? Ох, тяжело мне будет, очень тяжело. Но, с другой стороны, что она мне сделает? Если Ярослава с матерью тоже общается, мало того, что крайне редко, так еще и довольно плохо. Внуками женщина не заинтересована, зато очень печется о мнении о своей семье других.

- Извини, - пробормотала Ярослава, - мне за нее всегда стыдно…

- Да брось, - отмахнулся, - ей же за себя не стыдно совсем! Лучше расскажи, что врачи говорят.

По прогнозу быть маме моей ученицы под наблюдением минимум до пятницы, а там будет видно. Если все будет хорошо, то Ярославу выпишут в понедельник или среду.

- Я по детям очень скучаю, - призналась она, когда рассказал ей очень подробно и про Ромку, и про Аришу.

- Знаю, - поцеловал в лоб, - но они в надежных руках. А ты постарайся за эти дни выспаться, подлечиться, чтобы потом всегда быть с нами!

Да, в общем-то, пусть так оно и будет!

После больницы побежал на тренировку, где сам заниматься не стал, хватило часа с новым клиентом, который впервые пришел в тренажерный зал, и ему требовалась своя собственная система упреждений без особой нагрузки на спину.

А когда вернулся домой, точнее, в квартиру к Ярославе, то еще около часа играл с Ромкой, который успел соскучиться, почитал на ночь ему сказку, ну и поговорил с Ариной. Постарался доступным для нее языком объяснить то, что ее мама их с братом сильно любит, но бывают такие ситуации, когда взрослые болеют точно так же, как и дети. Ничего не поделаешь. И вот для того, чтобы не болеть, мы и сами будем пить лекарства, разумеется, и маму домой ждать, ведь она не насовсем ушла, и ей тоже грустно без маленьких и самых любимых деток.

- А когда мама придет, бабушка Даша и дедушка Сергей больше не придут? - а мне и отвечать не пришлось, потому что отец с возмущенным видом заглянул в наш укромный уголок в нише.

- Как это не приду? Еще как приду, и не один раз!

- И я! - послышался голос мамы. А Аришка, она прижалась ко мне и тихонько расплакалась, то ли от радости, то ли он облегчения. Но эти слезы ей были нужны, может, теперь ее настроение вновь будет хорошим?

Наверное, это был еще один момент, когда внутри меня опять что-то перевернулось, что-то надтреснуло, потому что сам в ответ довольно сильно обнял Аришу и даже как-то тяжело вздохнул.

Уснули все довольно быстро, только ночью вскочил, чувствуя, что вот-вот у меня случится разрыв сердца, а по факту ко мне под бок со своей кроватки пришел Ромка. Кроме этого мальчик притащил с собой подушку, которая и упала мне на голову. Пришлось подвинуться, позволяя малышу устроиться у стенки, и, затаив дыхание, дождаться, когда он уснет. Вот только после этого перевел дыхание и смог удобнее улечься, прикрывая глаза.

Конечно, спать с маленьким человечком под боком оказалось тем еще испытанием. Я всю ночь просыпался, думая над тем – задавил ли Ромку или нет. Но вышло так, что Рома давил меня, точнее, выживал с дивана, поэтому не удивительно, что утром я свалился со спального места и разбудил остальных. Ох, и смеялась надо мной мама, а Арина хихикала, поглядывая на ничего не понимающего брата! Ух, хорошо, что такой казус произошел за десять минут до подъема, а то многие бы не выспались.

В школе, как и планировал, утром проверил все тетради и подготовил доску. На втором уроке мы с детьми написали проверочную работу, которую весь день и проверял. Где прямо на уроке, пока ученики выполняли самостоятельно какое-то небольшое и несложное задание, где-то на перемене. В целом получилось даже неплохо. Были слабые работы, но и сами детки часто на уроке отвлекались, заданную работу дома не выполняли, да и тяжело им пока что давалась учеба. Я на таких учеников хоть и больше внимания обращал, но у многих еще адаптация даже не прошла, вот и штормило их из стороны в стороны.

Арина работу написала на твердую четверку, то, что она недопоняла, мы обязательно разберем дома, но я точно знал, что этот материал девочка знает. Возможно, разволновалась, может, отвлеклась. В общем-то все равно молодец!

***

До конца недели я метался между школой, больницей, кружком Арины и второй работой. Если бы не мои родители – пипец бы мне пришел быстро! Количество сна итак сократилось, а обязанностей с каждым днем прибавлялось все больше. При этом как-то неожиданно на меня решили спихнуть все – и это я сейчас про школу. Активизировались все: завучи, учителя, методисты.

Мало того, что мы с мальчиками учились играть в футбол и почти каждый день оставались на сорок минут после уроков, потому что урочного времени было совсем недостаточно, так на меня еще решили повесить полноценную секцию по футболу, а если не секцию, то любой другой кружок, не особо интересуясь моим мнением, на который точно будут ходить дети.

Я от неожиданности и ультиматума даже дар речи на некоторое время потерял. Пришлось идти к директору, потому что с ее заместителем и завучем мы договориться не смогли. Правильней сказать, меня попытались поставить на место, а я с этого места соскочил, отстаивая свою позицию.

- Смилуйтесь, Антонина Ильинична! - взмолился, заходя в кабинет директора, - давайте без кружка! Детей, насколько смогу, подготовлю к футболу, но на этом все!

Я понимаю, что каждый «уважающий» себя педагог должен взвалить на свои хрупкие плечи еще кучу всего, чтобы хоть как-то выжить в этом суровом мире. Я знаю, сколько зарабатывают они в провинции, знаю, что приходится брать на себя и кружки, и дополнительные занятия, и участвовать во всевозможных конкурсах, чтобы потом перевести это все в баллы и заработать хоть что-то. За красный диплом учителю доплачивают около ста шестидесяти рублей, а вот за проверку тетрадей – все двести. Три раза ха-ха, особенно, если ты на эти тетради тратишь по два или три часа в день, а порой и намного больше. Это сейчас у меня ничего сложного – первый класс, правь крючки да исправляй примеры, а потом пойдут полноценные работы, которые нужно и проверить, и ошибки на полях выставить и потом проверить, как проведена работа по устранению этих ошибок.

Сейчас у меня зарплата начисляется только по количеству часов, она небольшая, но я и подрабатываю после школы, а если пахать исключительно тут, то, извините, можно ставить раскладушку и спать прямо в классе.

- Хорошо! - согласилась директор, - но в конкурсе участие примите!

- Боже мой, в каком? - я готов был схватиться за голову.

- В педагогическом мастерстве! -огорошила меня женщина.

- Серьезно? - бровь сама полезла вверх, хоть свою мимику я старался держать в узде, но сейчас явно был не тот случай. Ну где я, и где педагогическое мастерство?