Вернуть Веру - Юлия Резник

Не надо было оставаться. Потому что неловкость никуда не делась. И даже когда Катя ушла, замешательство все равно осталось, окутав нас с Олегом душным покрывалом.

- Я чай поставлю… В холодильнике мышь повесилась, но я заказал пиццу.

И я пила тот чай, улыбалась Машке, которая сокрушалась, что я не взяла с собой Настьку, не то бы им было веселей, и утирала салфеткой выступающую на лбу испарину. Кондер у Вавилова, оказывается, барахлил.

- Ничего. Мы на следующей неделе куда-нибудь выберемся. Все вместе, - с намеком глядя мне в глаза, пообещал Олег.

- Знаешь, а ведь мои родители тоже хотят с тобой познакомиться. И уже несколько раз приглашали к себе. Мы могли бы поехать. У них полно места. А еще собственный парк, пруд с утками и бассейн – Маше понравится.

Вавилов отложил ложку, которой размешивал сахар, прямо на стеклянную поверхность стола, оставляя на ней пару чайных капель.

- Серьезно?

- Угу.

- Мне понравится! – радостно закивала головой Машка.

- А тебе? – я взволнованно облизала губы.

- Что мне?

- Тебе нравится мое предложение? Тесно нам не будет. Там отдельный гостевой дом, а Маша может либо с Настькой переночевать, либо в комнате для гостей…

- С Настькой!

Похоже, Маше идея поездки с каждой минутой нравилась все сильней, а вот ее отец не выглядел таким уж довольным. Я бы даже сказала, напротив.

- Что-то не так?

- Да нет. Просто пытаюсь переварить, что ты – девочка из высшего общества, – он как-то растерянно провел по короткому ежику на голове – истинно мужской прическе. Не то, что барбершопное безобразие на голове Гуляева. – Все время об этом забываю.

«И слава богу!» – захотелось мне заорать. Уже только ради этих слов мне стоило пережить сегодняшний облом. Ради этих прекрасных… невероятных слов. Как же сладко они звучат!

- Это неважно.

- Хм… Тут как посмотреть. Я, наверное, мало соответствую их представлениям о твоем идеальном мужчине.

- Это еще почему? – возмутилась Машка, для которой отец, ясное дело, был лучшим мужиком на земле. Олег похлопал дочку по плечу, но ничего не стал ей объяснять. А мне и не надо было. Я и так поняла, к чему он клонит.

- Берд это все, Олег. Я уже давно большая девочка и все решаю сама. Да и для них главное, чтобы я была счастлива. Так что не трусь, не то я подумаю, что кое-кто набивает себе цену.

Вавилов усмехнулся. Погладил меня пальцами по щеке и вроде бы внутренне  расслабился. Мы посидели еще немного. Принесли пиццу, но тут уж я не стала задерживаться, сославшись, что уже поздно, а я еще планировала поработать. Олег встал меня провожать. И мы долго-долго тискались, как подростки, в узком коридорчике у входной двери.

В ту ночь я спала как убитая. Вымоталась, а ко всему еще и дождь спустился. На работу приехала ближе к десяти и трудилась без продыху. Гуляев мне на глаза не попадался. А после работы я планировала проехаться с Настькой по магазинам. Вымахала она за лето – будь здоров. Весь гардероб нужно было сменить, ну и, как обычно, закупиться канцеляркой. Хлопоты, знакомые всем родителям в преддверии первого сентября.

Когда я подъехала к торговому центру, куда водитель родителей должен был закинуть Настьку, та уже встретилась со Стеллой и с энтузиазмом корчила рожи ее детишкам.