В то давно минувшее лето... - Сандра Мартон

– Я могу дать тебе список поставщиков провизии из Сан-Франциско, которые смогут сделать это не хуже, – ответила она холодно. Но на самом деле внутри росло странное ощущение, какое-то предчувствие…

– Итак, – подытожил он, – по порядку. Во-первых, – начал он, загибая пальцы, – нам не нужно играть в романтические игры – это сэкономит время. Во-вторых, ты разбираешься в моей работе. В-третьих, мне пора жениться. В-четвертых…

– Хватит! – Лицо Уитни перекосилось. – Прекрати, Алекс. Это слишком далеко зашло. Я неновый автомобиль, который ты собираешься купить. Я не дом и даже не многоэтажная вилла…

– Нет, – голос его стал низким, что-то в нем заставило ее замолчать. – Нет. – Тень улыбки коснулась его губ. – Вот почему я и хочу приступить к четвертому пункту.

За мгновенье до того, как он сделал первое движение, она поняла, что за этим последует. Гнев, который только что захлестывал ее, исчез, оставив ощущение предчувствия чего-то.

– Не надо, – попыталась она, но было слишком поздно. Руки Алекса обвились вокруг нее, и он прижал ее к себе. – Не надо, – прошептала она, но его рот уже опустился на ее губы, и поцелуй заставил ее сердце откликнуться пульсирующей волной жара, разлившегося по телу.

Поцелуй, казалось, длился вечно. Когда наконец он отпустил ее, глаза его грозно сверкнули.

– Можешь презирать меня, если тебе это нравится, – сказал он тихо. – Но это ничего не значит, когда я держу тебя в объятиях.

Она прерывисто вздохнула. Бессмысленно отрицать, что с ней происходит, когда он прикасается к ней.

– Нет. Но… нельзя же строить брак на… на…

– Сексе? – Алекс засмеялся тихим смехом. – Поверь мне, браки строятся и на меньшем.

– Нет, – возразила она поспешно. – Нет, я не могу.

Он взял ее лицо в ладони, приблизил к себе и поцеловал вновь так медленно и основательно, что у нее перехватило дыхание.

– Я хочу свой дом, в котором кто-то будет знать, что нужно, чтобы я был счастлив, – сказал он тихо. – И детей, с которыми я мог бы разделить это счастье. Разве тебе не хочется того же?

– Нет. То есть, я хотела сказать, да. Но… но люди не женятся просто затем, чтобы…

Брови Алекса поползли вверх.

– Нет? Тогда зачем же?

Уитни пристально посмотрела на него. Казалось, ответ застрял у нее в горле.

– Из-за… любви. Он засмеялся.

– А что говорит новейшая статистика? Каждый второй брак кончается разводом? Черт побери, среди моих знакомых это почти пять из семи. Как же может такое случиться, если люди женятся по любви?

– Алекс, это же неразумно. Мы не можем…

– Любовь – это понятие, выдуманное поэтами и дураками. – Он посуровел. – А я ни то и ни другое.

Острая боль ножом вонзилась в ее сердце. – Тогда во что же ты веришь?

– В факты. А здравая оценка их говорит мне, что брак между нами имеет все шансы быть удачным.

– Нет, – она покачала головой. – Нет, это невозможно.

– Это было бы невозможно, если бы кто-то из нас был небезразличен другому, тогда жизнь, которую мы будем строить вместе, станет сплошной ложью. – Он помолчал. – Но ведь это не наш случай, не так ли?

Слезы подступили к ее глазам, но она согласно кивнула головой.

Алекс перевел дыхание.

– Тогда решено.

– Я… я не вижу, что из этого получится. Я просто…

– Не видишь? – Он привлек ее к себе. – Позволь мне показать, – прошептал он.

Он приник к ней в долгом томном поцелуе, потом его губы скользнули по закрытым векам.

– Нам будет хорошо вместе, – шепнул он нежно, и она ощутила его дыхание, когда он провел языком по ее коже. – Ты же знаешь об этом.

Он целовал ее сновали снова и шептал самые нежные слова, но не любви, а желания, и она поняла, что сердце ее вот-вот разорвется.

Она любит его. О Господи, она любит его! И всегда любила, даже в самые тяжелые дни в прошлом.

Это открытие потрясло ее. Она любит Алекса – и вот теперь он предлагает ей то, о чем она так часто мечтала в то давно минувшее лето.

Но увы – увы! – это было совсем не то. Она мечтала о любви, а он ее не предлагал. Вместо этого он рассуждает о сексуальном влечении, об общих интересах – но разве можно построить жизнь только на этом?

– Уитни? – Его ладони повернули ее лицо к себе. Она медленно открыла глаза и встретилась с его напряженным взглядом. – Ты согласишься? Ты выйдешь за меня замуж?

«Нет, – подумала она. – Нет, ни за что не выйду».

– Да, – прошептала она, – да, Алекс. Выйду. Мотивы были другие, но какое это имело значение?

Призывные звуки «Лоэнгрина», льющиеся из сада, вернули ее к действительности. «Нет, – повторяла она, – я не выдержу всего этого». Алекс сказал, что их брак состоится, потому что он будет строиться на откровенности и правде.

Но ведь в основе его будет ложь. Она любит его, хотя он об этом не знает и не узнает никогда.

– Уитни? – Она взглянула на распахнувшуюся дверь. Ее отец улыбался и протягивал к ней руку. – Пора, моя дорогая. Наши гости горят желанием увидеть прекрасную невесту.

Она вздохнула, чтобы успокоиться.

– Папа…

Улыбка Дж. Т. несколько поблекла.

– И Барон проявляет нетерпение.

«Алекс, – подумала она, – Алекс ждет меня».

Медленно, как во сне, Уитни взяла отца под руку и позволила проводить ее из комнаты вниз по лестнице.

Церемония была милосердно краткой. Голос священника был монотонным, Уитни пыталась давать соответствующие ответы в надлежащее время, и наконец Алекс неожиданно повернулся к ней и заключил ее в свои объятия.

Она посмотрела на него широко раскрытыми перепуганными глазами.

– Жена моя, – произнес он, когда целовал ее.

Это был самый нежный из всех поцелуев – едва ощутимое касание его губ. Но он отличался от поцелуев, которыми он награждал ее прежде, и Уитни не хотелось, чтобы он кончался.

Она прильнула к нему, трепеща. И тогда неожиданно загремела музыка, раздались аплодисменты, и отец тронул ее за плечо.

– Уитни, моя дорогая. Все наши гости хотят поздравить тебя.

Следующий час прошел в суматохе. Свадьба была скромная – даже если бы хватило времени, чтобы все распланировать, Уитни не согласилась бы на многочисленный официальный прием, который хотел устроить Дж. Т. И все-таки гостей было много; конечно, в первую очередь деловые знакомые отца, и люди, работавшие на него много лет, и даже, к ее немалому удивлению, несколько человек из команды Алекса, которые прилетели на острова с женами.