Принц на мотоцикле - Никола Марш

Улыбка сошла с лица Наташи, но тут же вернулась.

— Что ты! Его очень впечатлил наш отель. Уверена, он будет его рекомендовать всем своим друзьям и знакомым.

Как бы не так, подумала она про себя.

— Я всегда знал, что моя дочь — золото. Ты — мое самое лучшее вложение в дело. Мы спасены!

Его глаза затуманились. И Наташа поняла, что в это мгновение он вспомнил о матери. Надо было сменить тему:

— Папа, пожалуйста, не надо. И потом, тебе надо передохнуть с дороги. Заказать ужин?

Отец улыбнулся.

— Я немного устал. Увидимся утром?

— Ага.

Чмокнув его в лоб, Наташа вышла из комнаты, где она провела свои лучшие годы вместе с родными. Только вот с некоторых пор она сильно сомневалась, а будет ли она когда-нибудь счастлива теперь.

Только Наташа закончила подводить итоги дня, как в вестибюль отеля вошла Джина. Наташа даже не успела спрятаться.

Вот это удар ниже пояса! Ей такие напоминания о прошлом совершенно не нужны.

— Тебя еще здесь не хватало! — зло пробормотала Наташа.

Словно не заметив ее мрачного выражения лица, Джина ослепительно улыбнулась:

— Тебя-то я и ищу. Есть минутка?

Наташа картинно посмотрела на часы, хотя знала, что ее никто не ждет, кроме отца.

— Одна минутка найдется.

Обе женщины направились в уютный уголок с мягкими креслами.

Джина, как всегда, была одета с иголочки. Платье от лучшего дизайнера, идеальная прическа. Наташа почувствовала себя рядом с ней бедной сироткой.

— Если ты пришла сюда разговаривать о Данте, то напрасно, — очередная грубость с ее стороны, но так-то лучше. Все равно с семьей Андретти покончено навсегда.

Джина вздохнула и покачала головой.

— Данте не рассказывал тебе о нашей матери?

Наташа удивилась: что за странная тема разговора? Каждый раз Джина чем-нибудь ее да удивляла.

— Немного.

— Мать капризна, своенравна и всегда права.

— Ну… — запнулась Наташа, припоминая, что примерно в таких же выражениях когда-то Данте описывал Джину.

— Жизнь Данте была расписана с самого рождения. А мне повезло родиться девочкой, и поэтому я смогла сбежать.

Что-то уж больно издалека она завела речь. Надо ее поторопить.

— Не понимаю, зачем ты мне все это рассказываешь?

Глаза Джины недобро блеснули.

— Данте уехал и даже не попрощался со мной. Просто исчез. Еще он не берет трубку и не отвечает. Обычно я не вмешиваюсь в его дела, но сейчас… Он ведет себя как влюбленный глупец. Мать стоит на ушах, каждый день звонит мне и пытается узнать, что случилось с Данте в Мельбурне. Поэтому я и пришла к тебе. Мне надо знать, как прошла ваша последняя встреча с Данте. На чем вы расстались? Иначе мать сведет меня с ума своими расспросами. Или — что хуже — приедет сюда сама.

Джина замолчала.

Зачем она мне все это рассказала? — с удивлением подумала Наташа. Какое ей дело до того, что Данте в кого-то влюблен. Вот счастливица, эта неизвестная девушка. Хотелось бы оказаться на ее месте! Впрочем, пора уже поставить все точки над «i» и распрощаться с Джиной.

— Слушай, я счастлива за Данте, но не имею представления, почему твоя мать налетает на тебя, а ты на меня. Тут какая-то путаница!

Брови Джины подлетели к потолку.

— Так ты счастлива, что он страдает из-за тебя? И не собираешься что-нибудь предпринимать. Пусть бедняга страдает? Не думала, что ты такая жестокая!

Наташа рухнула в кресло как подкошенная.

— Ты хочешь сказать…

— Да ладно, больше ни к чему со мной играть в прятки. Мы оба знаем, что он по уши влюблен в тебя, но почему-то ты здесь, а он — там. Вот я и думала, что ты сможешь прояснить ситуацию. Может, ты поедешь к нему?

Нет, надо поскорее избавиться от этой назойливой особы, подумала с тоской Наташа. Все эти россказни о том, что Данте в нее влюблен, ей уже порядком надоели.

— Мы с Данте расстались не лучшими друзьями, когда я пришла к нему, как ты и советовала, — сказала она. — Поэтому могу тебя заверить: я последняя женщина, в которую он может быть влюблен. Так что это совершенно точно ошибка. Я не имею никакого отношения к плохому настроению Данте. Мне жаль, но вам самим надо в этом разбираться.

— Никакой ошибки, — решительно заявила Джина. — Данте любит тебя. И ты немедленно должна навестить его в Калиде. И все прояснить. Выходи за него замуж. Данте — хороший парень, и он заслуживает счастья.

Наташа ошарашенно взглянула на Джину. Как только язык у нее повернулся сказать такое?

— Не могу. Мы с твоим братом решили все раз и навсегда. Я ему не нужна. Все. Конец истории.

— Это ты так думаешь, — сказала Джина и нетерпеливо всплеснула руками. — Я ошибалась насчет тебя. Ты не просто хорошая подружка для моего брата. Ты единственная женщина, которая ему нужна.

Наташа покрутила головой, будто желая избавиться от наваждения. Похоже, Джина пытается свести ее с ума.

— Ладно, я буду на связи. До встречи, — неожиданно проговорила Джина и с быстротой молнии удалилась из отеля, не сказав больше ни слова.

Кажется, все же придется взять небольшой отпуск, с тяжелым вздохом решила Наташа. И выберет она, конечно, совершенно другую страну, подальше отсюда. Какое-нибудь глухое местечко. Лучше всего маленький островок в океане…

Нет, нет и нет!

Джина все же успела передать ей долю безумия. Никакой Калиды, ни сейчас и никогда.

Она не собиралась в который раз причинять себе боль. Какой бы наивной она ни была в прошлом, мазохизм ей все же несвойственен.

Теперь, когда отец вернулся, она может немного отдохнуть и подумать над своей жизнью. Пора наконец прекратить по-девичьи грезить о принцах с синими глазами.

— Ты избегаешь меня.

Данте сидел за рабочим столом, стараясь не смотреть в лицо своей сестры, хотя оно и было на экране монитора.

Сестра выглядела решительной, как никогда, глаза ее сверкали гневом, и она грозилась прилететь первым же рейсом в Калиду.

— Я не избегаю тебя. Я просто очень занят, и прости, что не попрощался с тобой в Мельбурне.

— Лжец, — сказала она, с презрением глядя на него. — Ты никогда не умел врать.

— Думаю, это хорошая черта, — он откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди, не желая перед ней оправдываться ни в чем.

Со своей сестрой он всегда разговаривал в таком тоне: покровительственном и снисходительном, временами излишне твердом.

Временами ему казалось, что он не слишком хорошо справляется с ролью старшего брата и в чем-то даже виноват перед Джиной. Может быть, если бы он лучше присматривал за ней, она бы не наделала столько глупостей в своей жизни.