Стань моей свободой - Ольга Славина

— И снова работа, — услышав голос, я поднимаю глаза на стоящего в дверях Яна. — Я начинаю в себе сомневаться.

— Давно пора, — буркнув, я возвращаю взгляд в монитор. Ненадолго. — Слушай, у тебя совсем дел нет?

— Все мои дела здесь. — Ян с удобством устраивается в кресле напротив.

— То есть ты не отстанешь? — я со вздохом откидываюсь на спинку стула.

Поспать бы. Так, чтобы восемь часов, без будильников и происшествий, но… Дети сегодня до шести, потом надо будет заехать к отцу в больницу, поговорить с врачом, а вечером, с вероятностью миллион процентов, приедет Андрей. С которым тоже надо бы объясниться. А ещё Алёна, которая обещала рассчитать всё до завтрашнего утра.

— Не разочаровывай меня, моя Алис-са. — И снова Ян всего лишь смотрит, а я всего лишь не отвожу взгляд, чувствуя как желание появляется где-то в районе ключиц, расплавленным металлом сползая ниже, и ниже, и ниже.

Звонок разрывает тягучую атмосферу между нами, и только тогда я понимаю, что добела сжимаю в пальцах ручку.

— Привет.

— Скажи, что ты меня прощаешь, — вздыхает в трубку Андрей, — иначе мне придётся скупить всё суфле в городе.

— Обойдёмся без крайностей, — улыбаюсь я, отчётливо понимая, что делаю это специально, — но ты можешь мне помочь.

— Чем же я могу быть полезен моей Полуночной госпоже? — мгновенно меняет он тон.

— Посмотришь мою машину?

— В каком смысле? — становится серьёзным Андрей. — Ты всё-таки поехала на ней и попала в аварию?

— И зачем тогда мне ты? — хмыкаю я. — Всё гораздо проще, за тебя в моей жизни даже провидение, так что она сегодня просто не завелась, а я помню, что ты разбираешься во всех этих внутренностях. — И добавляю, переведя взгляд на саркастически смотрящего на меня Яна: — Если посмотришь, я буду очень тебе благодарна.

— Насколько очень? — Я знаю, что провоцирую Яна. Он тоже это знает, но всё равно ведётся.

— Ты же останешься сегодня?

— Ты уверена? — Пока я уверена только в том, что злость Яна открывает во мне второе дыхание. — На тебя навалилось всё и сразу…

— Поэтому мне нужен именно ты, — перебиваю я и не вру. — Единственный человек, на которого я могу опереться.

— Ты не перестаёшь меня удивлять, — после недолгого молчания отзывается Андрей, а я разрываю зрительный контакт. — До вечера?

— Увидимся.

— А как же «я уважаю чувства человека, который меня любит»? — напоминает Ян наш недавний разговор, стоит мне сбросить вызов. — Прошло всего два дня, и ты уже готова использовать его только для того, чтобы меня выбесить?

— А знаешь что? — Я подаюсь вперёд, поставив локти на стол. — Я передумала. Я справлюсь, как-нибудь найду в себе силы промолчать об ошибках молодости и выйду замуж за достойного человека. Чтобы через пятьдесят лет на очередном семейном празднике сидеть с ним рядом и радоваться, что самый главный в жизни выбор я сделала правильно.

— А ты не боишься, — Ян встаёт, чтобы опереться ладонями о мой стол и понижает голос, — что, проведя рядом с ним пятьдесят скучных до тошноты лет, на том самом празднике будешь скрывать ото всех горечь? И жалеть о бездарно загубленной жизни.

— Жизни с тобой? — я копирую его позу, оказываясь слишком близко. — Объясни мне, что именно в твоей голове решило, будто ты — идеальный? И с чего ты решил, что я думаю также?

Нам снова мешают. И снова Карежин. С другой стороны, сколько можно обсуждать одно и то же!

— Алиса Константиновна, девушки из «Эсколь» собираются, а у детей перекус. — Ян даже взгляда не меняет, в то время как я отстраняюсь и обхожу собственный стол.

— Что с кейтерингом?

— Как обычно, заедут завтра за текстилем и посудой. — Женя делает шаг внутрь кабинета.

— Отлично, передай от меня спасибо девочкам и Гоше, а к Марие Николаевне я сейчас сама спущусь. — Карежин уходит, а я поворачиваюсь прямо в руки Яна.

— То есть я неидеальный, — насмешничает он, не собираясь меня отпускать.

И это очень, очень плохо, потому что идиотская химия никуда не девается. Правда, и злость тоже на месте.

— Идеальный?! — Я прищуриваюсь. — Ты наглый, самоуверенный, эгоистичный баран, который…

А ещё Ян не выносит критики. Потому что поцелуй, которым он меня затыкает… но в этот раз я хотя бы соображаю. И со всей силы, приправленной девятисантиметровой шпилькой, наступаю ему на ногу. Вряд ли ему так больно, как мне хочется, но эффект неожиданности срабатывает, заставив его ослабить хватку.