Одержимость Беса - Ксения Богда

Поменять бы ее, да толковая девка и вроде пока не протягивает ко мне щупальца. После моего объяснения, что секретарша мне не для отношений.

– Что за срочность?

Тесть выглядит неважно. Темная щетина и круги под глазами. Я догадываюсь, о чем примерно пойдет речь, но все равно жду, когда он просветит меня.

– У меня проблемы, – он берет со стола ручку и задумчиво вертит ее в руках.– У меня одну крупную контору забирают.

Немного расслабляюсь. Знал бы ты, кто ее забирает.

– Как понять забирают? – попытка выразить заинтересованность, как мне кажется, терпит неудачу.

Но Иванов в таком раздрае, что не замечает моего похеризма.

– Ну вот так. Нашли какой-то договор на займ, о котором я не помню даже. Он лохматых лет, и там проценты такие накапали, что теперь я должен в три раза больше, чем стоит эта фирма.

На этом моменте я немного подвисаю, потому что схема, описанная Ивановым, явно не моих рук дело.

– А что за контора? – на всякий случай спрашиваю и готовлюсь держать жопу прижатой к креслу.

– «СМ-логистик».

Ну нихера ж себе!..

– Кто пытается отжать?

Сдавленно спрашиваю я, потому что сам имею виды на эту контору. Если все правильно сделать, она нехило будет поднимать бабла.

– Если б я знал, Гордей, – обреченно опускает голову Иванов.

– Ладно, – делаю несколько глубокий вдохов.

В кабинете повисает тяжелая тишина, нарушаемая только тиканьем часов. В голове начинают быстро вращаться шестеренки, и через минуту созревает, на мой взгляд, идеальный план.

– Я тебе помогу, но взамен ты продашь свою фирму Саше.

Иванов вопросительно выгибает бровь.

– Почему Саше, а не тебе?

Его голос звучит напряженно, и я стискиваю пальцы на подлокотниках кресла.Очень надеюсь, что мой голос будет звучать убедительно.

– А ты бы переписал фирму на меня? – с легкой усмешкой спрашиваю я.

– Нет конечно. Смысл-то не меняется, что так, что так фирма бы ушла в посторонние руки.

Шарит, зараза. Только вот упускает из виду, чем грозит та самая продажа его дочурке. Так уверен во мне или в нашем браке?

Но факт, что кто-то еще копает теперь под Иванова, меня напрягает. И мне надо во что бы то ни стало выяснить, кто эта скотина.

– Есть мысли, откуда ветер дует?

Внимательно слежу за реакцией, потому что если он меня нае***ет, то я его в асфальт закатаю и хер забью на моральные принципы, о которых мне задолбал твердить Ден.

Саша

Чтобы хоть как-то отвлечься от утреннего представления, погружаюсь в учебу. На переменах пытаюсь изо всех сил избегать Лесю и даже нахожу общий язык с Ирой. Она, оказывается, недавно переехала в наш город с матерью. Мать, как я поняла, нашла себе нового мужа и решила перетащить дочку в новую семью.

– В общем, я не очень в восторге от этой затеи, – бубнит девушка, попивая полуостывший кофе и провожая взглядом выходящих из столовой студентов.

– Почему ты думаешь, что этот, – делаю неопределенный жесть рукой, – Стас…ну, не пара твоей матери?

Ира делает глубокий вдох и резко выдыхает, становясь меньше.

– Понимаешь, папа оставил маме очень хорошую сумму денег для безбедной жизни. А на роже этого Стасика написано, что он альфонс. А я беспокоюсь за маму.

Я делаю глоток и морщусь. Гадость редкостная, но за неимением другого приходится давиться этим.

– Ну а подловить его на лжи? – делаю еще одну попытку помочь.

Не замечаю, как проникаюсь проблемой девушки и искренне пытаюсь вместе с ней найти выход.

– Как? – со страданием на лице произносит девушка.– Я уже все перерыла на него. Чисто, как слеза младенца.

Чуть ли не теряю челюсть от такого громкого заявления. Какое-то время тупо хлопаю глазами, не представляя, как может молодая девушка что-то где-то перерыть.

– Как понять, ты все перерыла?

Ира неуверенно переминается на стуле, во взгляде сомнение, но она все же отвечает:

– У меня крестный в органах работает. Ну и есть у него возможность найти полное досье на человека. Вот он и проверил этого Стасика. Ну все равно у меня плохое предчувствие насчет него.

– Ого, – выдыхаю я, – хорошие связи у тебя.

Девушка усмехается, и до нас доносится звонок.

– Вот блин! – подскакиваю и хватаю сумку.– Сейчас Петрович нам головы откусит. Жутко пунктуальный дядька.

После пар уже привычно бреду на парковку и не нахожу машину водителя Гордея. Зато нахожу самого Гордея.

Застываю словно статуя, не веря глазам. Какого хрена он здесь делает? Разворачиваюсь на пятках и уже хочу свалить. Я лучше на такси поеду, чем в одной машине с этим идиотом!

Достаю телефон и едва не роняю его от резкого рывка. Со всей силы впечатываюсь в мощную грудь, и из легких вышибает воздух. Это как со всего разгона врезаться в гору. Горе ничерта не будет, а у тебя куча всяких последствий.

– Далеко собралась, кукла? – вкрадчивый шепот посылает по позвоночнику мурашки, и я закусываю губу.

Вот как он это делает? От одного его голоса, проникающего под кожу, хочется зарыться в жесткие волосы и отдаться ему на милость.

Закрываю глаза и считаю до пяти в надежде, что мне это поможет.

– Домой, – коротко и резко бросаю в лицо Бесу и пытаюсь вырваться запястье.

С таким же успехом можно освобождаться от металлических наручников.

– А ты думаешь, я тут как украшение стою, что ли? – шипит мне на ухо, чем вызывает дрожь во всем теле.– В машину садись.

Не вижу его глаз, которые он спрятал за солнечными очками, но отчетливо ощущаю, как на коже вот-вот появится зияющая дыра от его прожигающего взгляда.

– Спасибо, я на такси.

Соображаю ли я, к чему приведет меня эта выходка? Примерно представляю, но и так просто сдаваться после всех слов, сказанных утром, не собираюсь.

– В машину.

Гордей еще больнее стискивает запястье, и я вскрикиваю. Проходящие мимо студенты начинают с интересом коситься в нашу сторону.

Муж снимает очки, и вдевает их за ворот рубашки. В глазах – тысяча чертей и обещание стереть меня в порошок, как только мы останемся наедине.

– Я сказал, – чуть ли не по слогам произносит, глядя прямо в глаза, – в машину свою задницу посадила, блядь!

Тяжело сглатываю и вырываю руку. На негнущихся ногах бреду к задней двери и плюхаюсь на сиденье. Муж садится за руль, и мы выезжаем с территории.

Неожиданно к