Опасный горец - Донна Грант

Лукан ждал Кару в крепостном дворе. Солнце светило ярко на безоблачном небе, с моря дул бодрящий ветерок. Именно в такие дни он выезжал из замка на своем любимом жеребце и носился по округе, да так, что только пыль летела из-под копыт.

Каким наивным был тогда Лукан, мечтая об очередной девице, с которой он позабавится, и о том, как подшутит над Куином. Дни казались бесконечными, будущее простиралось перед ним и казалось далеким, подобно звездам в ночном небе.

Он уловил легкий аромат вереска и, повернувшись, увидел Кару, глядящую на него задумчивым взглядом, словно она прочла его мысли. Она застенчиво улыбнулась и спустилась к нему по ступенькам замка.

— Ты о чем-то глубоко задумался.

Лукан пожал плечами:

— Просто вспоминал свою молодость, когда все было так легко и просто.

— У тебя была хорошая жизнь?

— О да. Очень.

— Могу представить, сколько хлопот было у вашей матери с тремя мальчишками.

Он посмотрел на зубчатую крепостную стену, где мама обычно стояла, дожидаясь возвращения мужа или сыновей.

— Она была удивительной женщиной.

Лукан заморгал и протянул ей меч рукоятью вперед.

— Готова начать наши уроки?

Оружие было небольшим по размеру, клинок на несколько дюймов короче мужского, но уравновешенный и с удобной рукояткой, отлично ложащейся в руку. Вероятнее всего, он был сделан для юноши, но теперь он сослужит Каре хорошую службу. Она не смогла бы размахивать мужским мечом, но научиться управляться с тем, что нашел Лукан, ей вполне по силам.

— Ты должна держать свое оружие крепко, но при этом не надо слишком сжимать руку, — сказал он и продемонстрировал, как все это следует делать. Когда она взяла меч правильно, продолжил: — А теперь взмахни им вокруг себя, узнай его вес; теперь помаши им в воздухе. Ты должна доверять своему мечу, позволить ему стать продолжением твоей руки.

Она быстро училась и с готовностью выполняла все его указания. При этом он видел ее колебания, потому что она не была уверена в своих способностях.

— Хорошо, — кивнул Лукан. — Чувствуешь разницу в мече под разными углами?

Она кивнула, глядя на клинок:

— Думаю, да. Сила удара гораздо больше во время маха сверху вниз.

— Совершенно верно. Если ты имеешь преимущество над противником в росте, удар сверху вниз рассечет его надвое. Плохо только то, что когда ты поднимаешь меч над головой, то оставляешь себя уязвимой.

— Я понимаю желание вооружить меня против обычных смертных, но против других Воителей, таких как ты, и вирранов Дейрдры скорее всего это бесполезно.

— Вовсе нет, — возразил Лукан. — Любимчиков Дейрдры можно убить. Они маленькие, как дети, и быстрее, но их легко перехитрить.

— Это я могу.

Он усмехнулся ее словам.

— Ты будешь сражаться не против горцев с мечами. Ты будешь драться с маленькими мерзкими тварями с вонючим дыханием и пронзительными воплями, от которых могут полопаться перепонки в ушах. Держи их своим мечом на расстоянии, не подпускай близко, Давай я покажу тебе.

Лукан встал позади нее и обхватил ее руки своими. Его грудь так хорошо слилась с ее спиной, а пульсирующий жезл прижался к мягкой попке. Ему захотелось скользнуть в нежной ласке вверх по рукам, и взять груди в ладони, когда он прислонился к ней и шелест ее дыхания наполнил воздух.

Он усилием воли притушил вожделение, которое разгорелось как пожар при соприкосновении их тел, и попытался сосредоточиться на своей задаче. Все, что угодно, лишь бы не поддаться безумному порыву повалить ее на землю и задрать юбки. Желание бурлило в нем, стекаясь к паху, где плоть болезненно затвердела. Когда она чуть переменила положение и потерлась о его возбуждение, он не сумел сдержать мучительного стона.

— Извини, — пробормотала она. — Сама не знаю, что делаю.

— Все в порядке, — выдавил он сквозь сжатые зубы. Единственное, чего он хотел, это повернуть ее к себе и заключить в объятия, почувствовать ее грудь на своей груди, услышать тихие стоны удовольствия, когда он скользнет языком ей в рот и попробует ее еще раз. Он мог бы целую вечность исследовать ее тело и дарить ей наслаждение, о котором он может только мечтать, и делать это снова и снова.

— Лукан?

Ее голос вырвал его из грез. Он тряхнул головой, стараясь прийти в себя, но вожделение никак не ослабевало.

— Все в порядке, Кара.

Она оглянулась на него, и ее рот оказался на расстоянии вздоха от его рта. Глаза слегка расширены, губы приоткрыты. Было бы так легко, так просто чуть-чуть наклониться и прижаться к ней ртом.

— Они будут нападать сзади, — послышался голос Фэллона.

Лукан метнул взгляд на ступеньки замка и обнаружил наблюдающего за ним брата. В глазах Фэллона не было упрёка, но для Лукана не являлось секретом, что брат думает в этот момент о его неуправляемой страсти к Каре. Он не знал, то ли отругать Фэллона за это вмешательство, то ли поблагодарить.

Фэллон спустился по ступенькам к ним.

— Любимчики Дейрдры любят подкрадываться к своей жертве исподтишка.

Кара облизнула губы и перевела взгляд с Лукана на Фэллона.

— Так что же мне делать?

Фэллон поднял руки и скрючил пальцы.

— Вирраны пускают в ход свои когти. Руки у них длинные, но не настолько, чтобы дотянуться до тебя, если ты будешь удерживать их на расстоянии меча.

— Когти на ногах у них такие же длинные, как и на руках, — добавил Лукан. — Они прыгают на свою жертву, отталкиваясь ногами, а потом разрывают ее зубами и когтями.

— Брр. — Кару передернуло.

— Фокус в том, чтобы встать спиной в угол, чтобы они не имели возможности подкрасться к тебе незаметно.

Фэллон кивнул.

— Но будь осторожна — они могут лазить даже по стенам.

Кара не совсем понимала, зачем братья так горячо настаивают, чтобы она научилась управляться с мечом. Судя по тому, что они ей рассказывают, у нее нет ни малейшего шанса против «любимчиков» Дейрдры.

— Расслабься, — проговорил Лукан возле ее уха. Трепет пробежал по позвоночнику от его теплого дыхания у нее на коже. Она обнаружила, что не в состоянии думать, когда его твердое, горячее тело почти прижимается к ней. Это заставило ее вспомнить поцелуй и то, как его руки ласкали ее, и те восхитительные ощущения, которые охватывают ее всякий раз, когда он оказывался рядом.