Найденные любовью - Кара Фьер

— Габриэлла, — в кухню вбежала покрасневшая Вики. — Наши люди засекли Северо.

Я вскочила со стула, уронив кружку с чаем. Стекло разлетелось в дребезги о кафельный пол, но мне было все равно. По крови разлился адреналин, а сердце гулко забилось от надежды, которая осмелилась во мне поселиться.

— Где? — прошептала я хрипло.

— У нас под носом. Этот ублюдок прямо у нас под носом. — прошептала она.

Мы вернулись в гостиную, где все оживленно что-то обсуждали. Кроме Фабио. Он встретился со мной взглядом, полным боли. Он не забыл, что я сказала недавно. Я сглотнула и направилась к нему, чтобы тоже взглянуть на экран, куда все смотрели.

— Что значит, он у нас под носом? — спросила я, подходя ближе и встав позади Фабио.

На экране были записи видеокамер. Помещение напоминало холл какого-то отеля. Северо подошел к стойке ресепшена и что-то сказал девушке-администратору, она кивнула и стала искать информацию в компьютере. После выдала ключи и проводила приветливой улыбкой.

— Он в отеле. В Нью-Йорке.

Я резко обернулась к Сантино.

— Это глупо. — заметила я.

— Мы не можем быть уверенны.

Лука достал телефон и вскоре уже с кем-то разговаривал.

— Это может быть ловушка. — задумчиво сказал Фабио, и я согласно кивнула. — Но опять же, если хочешь спрятаться, спрячься у врага под носом, не так ли? — пробормотал он.

Я сглотнула. На экране Северо вошел в лифт.

— Под носом — это одно дело. А селиться в отеле — другое. Он же знает, что за ним ведётся слежка по всем нашим территориям. — сказала Виктория.

— Здесь есть что-то странное. Он не стал бы так подставлять себя. — Сантино нажал на повтор записи.

Все тоже самое: человек просто бронирует номер и направляется к лифту, чтобы попасть в этот номер.

— Кому принадлежит этот отель, Сантино? — Фабио безотрывно наблюдал за происходящим на экране. В руке он держал ручку, которой выстукивал размеренный ритм о стол.

За окном разразился гром, и я вздрогнула. Погода совсем разбушевалась и теперь по всему дому можно было услышать звук барабанящего дождя о крышу.

— Почему ты спрашиваешь? — нахмурился Сантино.

К нам подошла Стелла и тоже взглянула на экран.

— Это Северо?

— Да. — выдохнула я.

— У него даже вид гадкого ублюдка. — пробормотала она.

Я кивнула на ее замечание, потому что это правда. Северо выглядел как самый настоящий ублюдок и гад, и не только выглядел. Это тот самый случай, когда внешность не обманчива, а наоборот — сразу видно все по ухмылке и глазам.

— Сантино. — напирал Фабио. Его голос был тверд и холоден, он явно о чем-то думал.

— Отель принадлежит Дэм… — глаза Сантино округлились. — Вот черт! Черт возьми! — воскликнул он громко и этим испугал Стеллу, которая стукнула его по плечу.

— Именно так, Сантино. Именно так. — пробормотал Фабио, откидываясь на спинку кресла.

Я открыла рот от удивления, когда до меня дошли слова Фабио. Этот отель принадлежал Дэмиано, а значит…

— Вы думаете в этом отеле могут быть тоннели? — с неверием спросила я. — Но это же твоя территория, Фабио.

Он кивнул.

— Это моя территория — да. Но у нас в последнее время развелось много предателей, Габриэлла. И то, что Дэмиано не относился к тебе плохо, совершенно не значит, что он не предатель. Его сотрудничество с Картелем за моей спиной мне все еще не понятно.

— Я уверенна, у него есть причина.

Я даже догадывалась, что это причина в девушке, о которой он мне иногда рассказывал, но я не хочу говорить об этом. Это только даст Фабио преимущество, если он узнает слабое место Дэмиано. Я его люблю больше жизни, но не могу позволить Дэмиано умереть от его рук.

— И у меня тоже есть причина его убить.

Раздраженный тон Фабио говорил о том, что ему порядком надоело слушать мои выступления против смерти Дэмиано.

— Ты убьешь его? — в ужасе прошептала Стелла.

— Дорогая, не забивай свою прекрасную головку такими мерзостями. — Сантино притянул жену к себе и поцеловал ее в волосы. — Дэмиано такой же, как и свой отец — кусок дерьма и заслуживает смерти.

Я промолчала. Промолчала, потому что должна сейчас сдерживаться и не срываться на всех как полоумная, защищая человека, который причастен к моему похищении. Надежда, что Фабио передумает после того, как я поговорю с ним не оставляла меня.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, успокаиваясь.

— Что мы будем делать? — спросила я.

— Поедем туда. — Фабио стукнул ручкой последний раз и положил ее на стол. — Это ловушка с вероятностью сто процентов, поэтому все дамы остаются дома.

— Ни за что! — прорычала Вики.

— Он прав. — сказал Лука, сбрасывая вызов.

Он выглядел мрачно и мое сердце готово было вырваться из груди. Кожу на пальцах покалывало, а этого не случалось уже очень давно.

Нет, пожалуйста. Только не сейчас. Я же избавилась от этих приступов.

Я снова закрыла глаза, выравнивая дыхания. Сердцебиение немного замедлилось.

— Коул сейчас в том отеле и отдал приказ закрыть все выходы и входы и никого не выпускать. Наши люди обыскали всю территорию вдоль и поперек, но Северо так и не нашли.

— Что значит не нашли? — прошептала я, начиная паниковать.

Неужели Фабио оказался прав? Если в отеле действительно оказались подземные тоннели, то Северо может быть уже где угодно. И надежда поймать его становится катастрофически мала.

— Он нас заманивает туда. И прекрасно понимает, что мы не сможем не прийти, потому что это единственная наша зацепка.

— Значит, мы идем. — я не собиралась сидеть здесь сложа руки и сходить с ума, гадая не прикончили ли их в том злосчастном отеле.

Фабио медленно встал со стула и обернулся ко мне.

— Ты никуда не пойдешь, Габриэлла.

Я нахмурилась.

— Ты не можешь мне запретить.

— Я могу. И делаю это. Запрещаю выходить отсюда любой женщине, пока мы не вернемся.

Я сжала кулаки, гневно глядя на Фабио. Он специально меня злил?

— Это не обсуждается, Виктория. — сказал он и кинул взгляд на разъяренную блондинку сбоку от меня.

Отлично. Хоть кто-то меня понимал.

— Я много лет воюю с собственным отцом, Фабио. Неужели ты думаешь, что не смогу разобраться с каким-то Северо?

— Это не какой-то Северо, Виктория. — раздраженно сказал Лука и схватил девушку за руку, поворачивая ее к себе. — Мы не знаем, что нас там ждет, и твой отец совершенно не