Душа некроманта - Мария Шаронина

— Это решать не вам, — с угрозой произнес муж, становясь за моей спиной и крепко прижимая к себе.

— Твоя тьма сильна, — снисходительно произнесла вила, — но даже она, не сможет защитить ту, которой ты дорожишь.

— Вы подобрали не то слово, госпожа, — усмехнулся в ответ Рейвен, смертоносной глыбой застыв за мной, — я не просто дорожу Яриной, я ее люблю.

Стук…и сердце замерло на миг от признания мага, чтобы в следующую секунду пуститься вскачь.

Любит!

Он меня любит!

— Мой выбор очевиден, госпожа, — язык не повернулся назвать вилу "мамой", — я останусь с тем, кого люблю всей душой.

Объятия мужа стали почти болезненными, но мне было важно, чтобы он тоже знал о моих чувствах.

— Одумайся, Яра, — сверкнула глазами Эдит, высокомерно задрав хорошенький нос, — неужели удел смертной с этим магом, равносилен бессмертию и высшему предназначению?

— Я лучше проживу короткую, но счастливую жизнь с мужем, чем обретя бессмертие, навсегда останусь несчастной, — уверенно произнесла я, чувствуя, что это самый правильный выбор в моей жизни.

— Ты молодец, дитя, — неожиданно, совсем другим ласковым голосом, произнесла вила, тепло улыбнувшись. — Не держи зла на меня, за те слова, что причинили тебе боль. Мне нужно было их произнести и проверить искренность твоих чувств и чистоту души. Ты стала достойной носительницей древней крови!

— Но, вы моя мама? — я запуталась и совсем не понимала, где ложь, а где правда.

— Нет, — тихо произнесла Эдит поясняя, — виллы очень похожи между собой внешне, и если вдруг, ты захочешь в гости, сама в этом убедишься. Твоя мама, Адана Элия умерла при родах, обменяв свою жизнь на твою. Не все, о чем я тебе говорила — не правда. У нас действительно есть непреложный закон, запрещающий близость со смертными, но Элия его нарушила.

Осознанно дав жизнь тебе, она понимала, что ее ждет.

— По словам, вас, итак, осталось мало, но следуя такому закону, вы сами себя обрекаете на вырождение, — покачала головой я, ужасаясь поднебесным нравам.

— Верно, нас мало, — подтвердила Эдит, — но близость запрещена с людьми только из вашего мира, а на мужчин других миров у нас запрета нет.

— Почему ма…Элия вдруг нарушила закон?

— Наверное потому, что полюбила так же сильно, как и ты, — грустно улыбнулась, вила, расправив за спиной большие белые крылья.

— А я так не могу, — тихо прошептала, любуясь неземной красотой.

— Можешь, просто не знаешь, как позвать, — ответила она, услышав. — Мысленно представь свои крылья и произнеси короткое слово "Айрлес!".

— Я хочу попробовать, — повернув голову к крепко держащему меня мужу, встретилась с темной настороженной бездной.

— Да, лучше отойти, — улыбнулась Эдит, — клянусь, это не причинит ей вреда.

Нехотя разорвав оковы рук, Рейвен отступил, готовый в любую секунду отстоять своё светлое чудо.

Он не доверял виле, опасаясь, что это может быть уловкой со стороны поднебесной гостьи. Раз соврала, значит и на другую подлость способна.

Закрыв для надежности глаза, сделала все, как сказала Эдит.

— Айрлес! — уверенно произнесла я, подсознательно приготовившись к боли.

Но ее не было.

Зато за спиной, сияли большие ослепительно белые крылья! И ничуть не хуже, чем у чистокровной вилы!

— Я их почти не чувствую, настолько они легкие! — счастливо улыбнулась, радуясь такому чуду за спиной.

— Они часть тебя и будут служить верой и правдой всю оставшуюся жизнь, — кивнула Эдит. — Но берегись! Человеческий род алчен до целительской силы наших крыльев, именно они позволяют тебе лечить себя и других. Люди верят, что если отрезать их использовать в магическом ритуале, то можно обрести здоровье и долголетие на долгие годы.

— А это так? — впервые за все время нашего разговора, император задал вопрос.

— К сожалению, да — развернувшись лицом к правителю королевства, подтвердила Эдит. — Столько моих сестер погибло, пытаясь помочь людям! Но их жадность, злоба, эгоистичность и черствость души к страданиям другого, несоизмерима.

— Мир меняется, и люди меняются вместе с ним, — дипломатично ответил Роян Адарский.

— Судя по вашему роду и чувствам племянника к одной из нас — это действительно так, — кивнула головой вила, принимая ответ. — Но, имейте в виду: сила Ярины будет расти с каждым днем, а свечение, хоть и будет не таким ярким, как у меня, рано или поздно выдаст ее.

— Я решу эту проблему, — уверенно заявил Рейвен, — и сумею защитить жену от посягательств тех смертников, которые захотят воспользоваться силой Яры.

— Я не совсем беспомощная, как вы, наверное думаете, — с обидой в голосе, выговорила всем присутствующим. — Не забывайте о том, что я наполовину ведьма и сумею сама за себя постоять.

— Дай пресветлый, тебе и не придется! — в непонятном жесте, прислонив руки к груди, ответила Эдит. — Яра, мне пора возвращаться. Надеюсь, не в последний раз видимся, — произнесла она, величественно взмахнув крыльями, — захочешь узнать о своём народе больше, просто мысленно позови и я приду.

— Хорошо, — кивнула я, собираясь уже прощаться, но вдруг вспомнила, что не знаю, как убрать белоснежную красоту за своей спиной. — Постойте! А как обратно?

— Видела свою татуировку в отражении? — спросила Эдит, смотря на меня покровительственно, как родители смотрят на свое несмышленое дитя.

— Да, видела, — кивнула в ответ и интуитивно, сама догадалась что нужно сделать. Мысленно представив свою татуировку, четко произнесла: — Айрлес!

— Быстро учишься, — похвалила меня вила, как только мои крылья исчезли, — из тебя выйдет сильная одаренная. Ты точно хочешь остаться?

Сама потянувшись в объятия мужа, отрицательно покачала головой.

Нет.

Я свой выбор сделала еще месяц назад и отступать не намерена.

— Я услышала тебя, Ярина и принимаю твое решение, — произнесла вила, после чего, коротко попрощавшись со всеми остальными, растворилась в дымке тумана, не оставив после себя и следа.

— Любишь? — приподняв моё лицо наверх, первым не выдержал Рейвен.

— Всем сердцем, — тихо ответила я, положив узкую ладонь на то место, где билось его собственное сердце. — А ты?

— Всей душой, — так же тихо произнес муж, нежно и трепетно целуя меня в ответ. — Никому тебя не отдам!

— Ты меня еще выгонять замучаешься, — поддразнила я, счастливо улыбаясь.

— Поживем — увидим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Эпилог

— Любовь моя, почему в аквариуме плавают живые умертвия озерных рыбок? — муж нашел меня в детской, сидящей в удобном кресле и кормящей нашу черноволосую и синеглазую двухмесячную дочку.

— Спроси у