Ворон и радуга. Книга 1 - Надежда Черпинская

– А если я расскажу… Всем расскажу, какая корысть была у Главы стражей порядка… Что он Вифрийского Ворона ловил не ради безопасности в городе, а ради того, чтобы золото отнять у самой богатой вольницы города, а?

– Ничего ты не получишь. И ничего ты не докажешь. А трепаться станешь, язык укорочу махом. Крыши у тебя, говоришь, нет над головой? Так я тебе её обеспечу. Пожизненно. Но это будет недолго. Я ведь и за соучастие тебя упечь могу в «колодец»… Как Воронову полюбовницу. Как ты к крысам относишься? Там их хватает. Могу, впрочем, к мужикам определить. Они тебя в обиду не дадут, отгонять будут крысят… Всё внимание только тебе будет. Особенно, когда узнают, кто ты такая… И что на твоих руках кровь их братьев. Кстати, а я тебе говорил, что твоего Ворона мы добили самым последним? Долго держался милёнок твой! Кровищей своей весь Эсендар залил, и не только… Рассказать, где мы его догнали и порешили?

– Заткнись, Лахти! Просто дай мне денег, и я уйду!

– Так быстро? Неужели тебе совсем неинтересно послушать о последних минутах жизни твоего Ворона? Сколько в тебе корысти! Одни деньги в голове, а любовь…

– Какая же ты сволочь!

– Такая же, как ты! Поэтому мы вместе. Эй, ты обиделась, что ли? Куда ты, золотце? А двадцать фларенов уже не хочешь? Постараешься хорошенько, ещё пятак сверху накину…

Аллонда обернулась на пороге.

– Чтоб ты сдох!

– И тебе того же!

Громкий хлопок двери вышвырнул Эливерта прочь из этого сна.

***

И снова боль во всём теле. Ноет так мучительно, горит огнём… Сколько же это будет продолжаться! Он почувствовал, как его ладонь сжали чьи-то прохладные пальцы.

– Я не отдам тебя Вечной Деве. Слышишь? Ведь ты сильнее смерти, правда? Ты сильнее…

***

В лесу

Полсердца нету –

Но глянь-ка, дышит,

Удивится она.

Олег Медведев

Золотое сияние. Силуэт, облитый солнечным светом. Снежно-белое неземное видение. И льющийся по плечам водопад волос цвета спелой пшеницы.

В глазах всё плыло. И очертания «золотой» красавицы то проступали явственно, то вновь превращались в пятно света.

– Ты… мне снишься? – с трудом выдавил Эливерт, совершенно запутавшись в бесконечной череде странных видений.

Незнакомка с улыбкой покачала головой.

– С возвращением в мир! – тихо сказала она.

И Ворон сразу узнал этот голос. Голос, пробивавшийся в его сны, требовавший быть сильным и терпеть. Голос, который он поначалу путал с зовом своей таинственной ночной гостьи.

Лучистые глаза цвета первой зелени. Изумительная совершенная красота. Белоснежное платье. Волосы – такие длинные, сияющие, солнечные – истинное сокровище. И оттопыренные острые ушки.

Вот так дела – незнакомка из Свободного Народа! Его изумление не укрылось от прекрасных глаз бессмертной.

– Да, ты в Вольном лесу, – кивнула она. – Я – Миланейя, целительница. Мой отец – Финриз ар Алар. Он – Старший. Слышал о нём? Как дочь правителя Лэрианора, я приглашаю тебя стать нашим гостем.

– Благодарю, миледи Миланейя!

Говорить получалось с трудом. Вместе с сознанием вернулась и мучительная боль во всем теле. И сейчас Эливерту хотелось выть, а не вести учтивые беседы.

– Гости Лэрианора неприкосновенны.

– Тогда благодарю вдвойне!

Стоило ещё кое-что прояснить.

– Как я попал сюда?

– Я думала, ты мне расскажешь… – девушка улыбнулась снова. – Сюда – с моей помощью. Я нашла тебя в овраге на окраине леса. А вот как ты добрался до Лэрианора из Эсендара? Ты ведь оттуда?

– С чего ты так решила? – насторожился Ворон.

– В Вольном лесу, кроме нас, лэгиарнов, и людей хватает, – невозмутимо ответила она. – Людей тебе близких. Ты ведь наверняка про лэрианорскую вольницу знаешь, так? Уже дюжину дней они только и говорят о том, что случилось в Великом Городе.

– А что там случилось? – не поддался он.

Она внимательно посмотрела ему в глаза.

– Не надо! Со мной можно быть честным. Я не предам тебя. Мне ты можешь верить.

От её слов внутри скрутило в узел душу. О, да! Это он уже слышал… Твою ж! Подлые змеи! Все бабы одинаковые…

Воспоминания нахлынули стаей воронья. Всё сразу – от и до. О, Небеса Светлые, только не сейчас!

– Никогда не говори мне этого! – прорычал Ворон.

Она отстранилась, испугавшись его перекошенного лица.

– Что я такого…

– Уйди, будь добра! – простонал он. – Умоляю! Оставь меня… ненадолго!

– Если ты… – она смущённо потупилась. – Знаешь, как говорится, я всё повидала… И не стоит меня стесняться! Я – целитель. Я…

– Мне нужно… Одному… Немного… – он отвернулся к стене, силясь удержать рвущуюся наружу боль.

– Хорошо… – холодно обронила она.

В воздухе разлился тонкий звон колокольчиков.

Он выждал ещё несколько мгновений. А потом изнутри вырвался дикий зверь ярости. Если бы он сейчас мог встать, наверное, порушил бы всё в комнате. Но сил подняться с лежанки, к счастью, не нашлось. И лишь иступленный вопль зазвенел под потолком:

– Тварь! Тварь! Тварь проклятая! Тва-а-а-а-рь!

Он в припадке бешенства ударил в стену кулаком. Завыл мучительно, захлёбываясь от нахлынувших нестерпимых чувств: боли, гнева, обиды, ненависти и вины.

Миланейя вбежала, испуганно подскочила к нему.

– Что? Что такое? Тебе плохо?

– Да уйди же! – простонал он. – Не смотри на меня сейчас!

– Послушай, я с тобой уже две недели тут… Ты думаешь, меня испугать можно? Я слышала весь твой бред, твои крики, твои стоны. Я сама тебя зашивала и перевязывала. Я за тобой убирала, когда ты под себя ходил. Я сидела здесь ночами, чтобы смерть не подкралась к тебе, пока меня рядом не будет. Я знаю, что тебя предали… Но это не я сделала. Тебе придётся мне верить! Если ты хочешь выжить… Ведь ты хочешь жить?

Он судорожно втянул воздух, сдерживая очередной вопль.

– Да! Я хочу. Мне надо выжить.

– Вот и славно!

***

Она невозмутимо дождалась, пока он успокоится окончательно.

– Сколько, ты говоришь, я уже здесь? – к Элу, кажется, постепенно возвращался рассудок.

– Полмесяца.

– Провалиться мне!..

– Ты был в беспамятстве почти всё это