Грязные отношения - Алекса Мун

— Пойдет, — отвечаю напряжённо. — Значит так, до аэропорта едем на моей машине. Там пересядем. Я взял тачку в аренду. Номера уже перевесили. Брал не лично. Мои данные там никак не фигурируют. Да и если найдут того бомжару, на чьи документы сняли тачку, то он вряд ли двух слов вообще сможет связать. Я ему ящик портвейна подогнал. Так что если не сдохнет, то все равно не рассказывать будет нечего. Он не в курсе.

— Портвейн, — усмехается Гера. — Да ты эстет. Незамерзайкой не мог отделаться?

— Я врач, — одариваю друга уничтожающим взглядом. — Клятва там и все дела, не забыл? От незамерзайки он точно бы сдох, а тут есть шанс, что он с корешами своими поделиться.

— А я тоже подготовился, — сообщает Гера. — Я нам спецовки принес, перчатки, спецназовские шапки и лыжные очки.

— А очки зачем? — думаю, что Гера совсем умом тронулся.

— Чтобы по глазам нас не распознал, — гордо поясняет он.

— Ладно, — фыркаю. — Главное, чтобы они нам не помешали видеть нашего…

— Клиента, — находит нужное слово Гера.

Снова фыркаю, но диалог дальше не продолжаю. Нервничаю. А самое идиотское, что мысли постоянно возвращаются к Лу и у меня появляется гадкое чувство, что я что-то забыл.

Однако на первый взгляд все проходит пока гладко. Мы без проблем встречаем этого двухметрового шкафа в камуфляжном спортивном костюме. Туша, конечно, нереальная. Если не удастся с первого раза вогнать ему иглу в шею, то он мне все мозги вышибет с одного удара.

Пока преследуем его такси, молчим. Гера пару раз пытается разрядить обстановку, но я только шикаю на него. Надо придумать хорошее место, чтобы перехватить этого кабана.

— Готов? — спрашиваю Геру и тот кивает.

Раскрыв ноутбук, Гера включает нужную программу и пока настраивается.

— Надо подъехать максимально близко, — говорит он, — пока не могу поймать сигнал. Давай на светофоре. Я выйду и пройду мимо его тачки. Он все равно здесь вторую тачку не поймает. Останавливаться нельзя. Так что пройдет подальше.

— Давай, — выдыхаю.

На первом же светофоре, Гера выходит из салона, и как только он равняется с капотом такси, то его мотор глохнет.

Загорается зелёный, весь хвост из машин гудит заглохшему таксисту, но тот только руками разводит.

Наш клиент сердито выходит и хлопает дверью. Недоволен. Осмотрев дорожные знаки, понимает, что здесь нельзя ловить и уходит дальше. Пока идёт, я обгоняю его и окатываю грязной водой из лужи.

Теперь у клиента полный раздрай, и он отходит к лавочке жилого дома, чтобы присесть и оттереть хотя руки от грязи.

Останавливаюсь, захожу к нему за спину, зажав в руке шприц и в нужное время втыкаю иглу.

— Что…?! — только и успевает произнести «шкаф», зажав шею рукой.

Ту же опускаю на лицо шапку и клиент не успевает меня разглядеть.

— Ты… — выдыхает он. — Тварь… Найду и…

Дозу я подобрал сильную, так что «шкаф» прямо как есть, даже не подгибая колен падает мордой в снег и замирает.

Быстро снимаю шапку, чтобы случайные прохожие не заподозрили меня и с огромным трудом и с помощью Геры успеваю запихнуть тело на заднее сиденье.

— Вроде никого, — оглядывается Гера. С дороги наши действия были не видны. — И камер нет. Тихий спальный райончик. Идеально.

— Да, — рычу, все равно испытываю беспокойство.

Ладони потеют в медицинских перчатках, но снимать их уже нельзя.

Дальше привозим это тулово в забронированный нами подвал заброшенного дома и привязываем его к бетонной колонне.

Пока есть время полностью переодеваемся и обыскиваем тулово. Связанного его трудно обыскивать, но это лучше, чем если он оклемается раньше срока и размозжит нам бошки.

Однако удача пока улыбается нам, и мы находим пакет в нагрудном кармане.

— Посмотрим что там? — Гера сует свой любопытный нос.

— Ага, щас! — рявкаю. — Чтобы нас потом за яйца подвесили за это? Нет уж. Действуем по плану: ты допрашиваешь, я колю. Никаких лишних движений. И голос не забудь менять.

— Е-есть, — пропел Гера как оперная певица. — Нравится?

— Ой, идиот, — выдыхаю. — Да хоть задницей разговаривай, давай просто как можно быстрее все закончим. Не нравится мне это.

Примерно через час, когда у нас уже глаза запотели под лыжными очками, этот упырь просыпается.

Пока он не успел продрать глаза, я ему тут же вкалываю свой фирменный теапентал и привычно засекаю время на часах.

Однако на такую громилу наркоз действует слабо. Он уже принялся угрожать нам и ломать себе лопатки об колонну с целью выбраться. Поэтому скорее повторяю ему дозу.

Когда же клиент полностью расслабляется, Гера открывает свой блокнот с вопросами и методично задаёт их по очереди. А затем так же тщательно выводя каждую буковку записывает.

Ну хотя бы голос он выбрал нормальный и не визжит как подвыпившая дамочка.

Я же предпочитаю молчать. Нет во мне этой клоунской жилки.

Однако многие вопросы остаются без ответов. Причем «шкаф» реально не знает что ответить. Не знаю примет ли Бойцов такую работу и поверит ли что этот бугай и вправду чист.

Но все же мы заканчиваем и собираем все вещи. Тщательно проверяем не осталось ли чего лишнего и убираемся из подвала.

«Шкаф» остаётся на привязи.

Не сомневаюсь, что когда он полностью придет в себя, ему не составит труда выбраться.

Крепче сжимаю добытый пакет, в надежде что это обрадует Бойцова и он сменит гнев на милость.

Но все же противные кошки продолжают скрести где-то в груди, а тревога не проходит.

Глава 24

Вас когда-нибудь накрывала паранойя? Такая липкая… вязкая… она обволакивает ваше тело, заставляя пребывать в постоянном ступоре. Будто бы вам ноги залило бетоном и вы не можете пошевелиться. А в это время разум, начинает медленно сходить с ума, заставляя вздрагивать от любых звуков, шорохов душить ненужными мыслями.

Паранойя с лёгкостью может вас подтолкнуть к паническим атакам. Из жизнерадостного человека сделать «тело», которое видит угрозу даже в надгрызенном яблоке. Это дурацкое яблоко я пытаюсь съесть вот уже полчаса. Оно несколько раз застревало у меня в горле.

А еще я не отвожу взгляда от окна. Там до сих пор стоит та машина. За все время моего наблюдения, никто оттуда не вышел даже покурить. Неужели они действительно за мной? Но я ведь никому ничего плохого не сделала… Зачем я им?

Подхожу еще раз к двери и дергаю ее несколько раз. Закрыто. Для дополнительного успокоения подставляют под ручку стул. В это время раздаётся стук. Три