Рыжее счастье - Леся Андреева

– Почему "у нас"? Потому что я буду встречать Новый Год с тобой, Алиса, и это не обсуждается. Свихнулся, сбрендил? Да, да, да и еще раз да, пчёлка! Весь последний месяц меня просто разрывает на части от эмоций, которые для меня в новинку. Я думаю о тебе каждую долбанную секунду – чем ты занимаешься, тепло ли ты одета, скучаешь ли по мне. Всё это радует и бесит одновременно. А знаешь, почему бесит? Потому что я не могу ничего толком сказать или сделать, ты ведь просто считаешь меня кобелем, не способным удержать своего дружка в штанах. Почему, Алиса? Разве я давал повод? Разве за время нашего общения хоть раз был замешан в какой-то грязной истории? Ответь, Потёмкина.

– Ты ничем мне не обязан, Дим, мы же просто…

– Просто знакомые?!, – Платонов возвращает меня обратно на кровать и вскакивает с места. Я беспокойно наблюдаю за его метаниями из угла в угол, – друзья? Кто я для тебя, Алис?

– А я?! Могу задать такой же вопрос, Платонов! Меня, знаешь ли, тоже раздражает неопределённость. Или ты думаешь мне легко? Я не хочу быть очередным трофеем, Дим, не хочу стать "одной из…"

Мы оба замолкаем, потерявшись в этих вопросах. Дима пару секунд пристально разглядывает тени за окном, а потом со вздохом возвращается на кровать и обнимает меня своими крепкими ручищами.

– Алис, скажи честно – тебе хорошо со мной?, – я робко киваю в ответ и парень продолжает, – тогда давай перестанем мучить друг друга. Мне осточертело наблюдать, как все эти хмыри вьются вокруг тебя. Ты моя, пчёлка, и хватит уже сопротивляться. Я не отпущу тебя, какой бы вредной ты не была.

– Платонов, ты офигел?! Это я то вредная?!, – Дима ловко уворачивается от моих тычков локтем, а затем обрушивается на мои губы с головокружительным поцелуем.

Я слегка отталкиваю Платонова, хоть и делаю это с неохотой. У меня еще столько вопросов, на которые хочется получить ответы. Но в мыслях просто ветер, я бы даже сказала сквозняк. Некто, по имени Дмитрий, не закрыл за собой дверцу, и теперь в моей голове полнейший штиль. Лёгкий ветерок и абсолютно никаких мыслей.

– Откуда взялся этот рыжий?

Мне приходится пересказывать парню весь свой день, ведь просто рассказать про Роберта не выходит. Должна же я была пояснить, для чего вообще пошла в маркет и обязательно нужно было уточнить, как мне нахомила вредная тётка в очереди на кассе. Дима слушал мой рассказ с улыбкой, ровно до того момента, пока в повествовании не появился Роберт.

– Почему не попросила меня помочь?, – Платонов задаёт вопрос так внезапно, что я даже не сразу нахожу, что ему ответить.

– Дим, да мне вроде и не нужна была помощь. Это как-то… само, – я устало потираю глаза, и Дмитрий вдруг встревоженно приподнимает брови.

– Я придурок, пчёлка, даже не спросил о твоём самочувствии. Всё в порядке, Алис?

После десятой клятвы и моих заверений в том, что со мной всё хорошо, Дима наконец перестаёт изводить меня вопросами. Он как бы между делом упоминает о завтрашнем дне и о том, что ребята пригласили нас в клуб после двенадцати.

– Но мы наверное останемся дома, да?, – Дима помогает мне разбирать продукты, а в мою голову приходят абсолютно абсурдные мысли, которые пугают. Но пугают лишь в первые мгновения, а потом мне действительно кажется, что мы с Платоновым неплохая пара, и что очень уж гармонично парень смотрится на моей кухне, с голым торсом и самой шикарной причёской в мире.

Я не сразу замечаю хитрый прищур карих глаз, ведь мои очи сейчас с жадностью разглядывают загорелый пресс суриката и тёмную дорожку волос, которая скрывается под джинсами.