Аннкорт - Галактионова Виолетта

К слову о книге, в которой было такое правило, как: «Не обсуждать другие базы и не пытаться связаться с ними», и это объяснялось тем, что мы живём в своём собственном городе, другие базы могли давно одичать, быть захваченными эльроинами. Несмотря на дикий вид этих людей, они были умными, смышлёными – какими изначально их и создавали. Они могли продумывать план идеального убийства, могли заманить тебя в ловушку и сделать всё, что угодно, чтобы ты попался.

Эти существа хитрые и слишком умные для убийц. Этим они и были опасны.

.

В руке бокал ледяного виски с несколькими маленькими кубиками льда, в наушниках играет давно знакомая мелодия, которую он уже успел заслушать до дыр, окно приоткрыто и из него доносятся звуки оживлённой толпы.

Сегодня у Тагрона небольшой праздник – субботний концерт. Люди на улицах кушали вкусную домашнюю еду, вокруг играла музыка и вечером их ждал мини-спектакль, который дети с большим азартом готовили все две недели. Люди танцевали, пели, веселились и проводили время вместе – что может быть лучше в такое время?

Коди сидел за столом своего кабинета, в такт покачиваясь на скрипучем кресле. Рубашка была расстёгнута на пару пуговиц, а волосы в беспорядке, потому что он то и дело ерошил их. Сегодня он выходил к людям, чтобы поприветствовать их и сообщить пару хороших новостей о проводимых экспериментах и вакцине. Жизнь на Тагроне с каждым днём, неделей, месяцем становилась всё лучше. У них много союзников по всему миру, огромная лаборатория для проведения опытов и лучшие люди, готовые на всё ради жизни. Настроение у Сандерса было, как никогда, прекрасное, однако из его головы всё не выходила девчонка с Аннкорта.

Там, где кипит жизнь и всё хорошо всегда должна быть полная противоположность. Место, где люди несчастны в своей скучающей жизни, где их ограничивают бесполезными правилами и заставляют подчиняться. Таким местом была база Аннкорт. Хейли поведала много интересного о себе и своей жизни на Аннкорте. Жаль только то, что Коди всё это было известно, и никаких полезных сведений от неё он не узнал.

Хейли.

– Хм, – Коди кривит губы, лениво рассматривая содержимое своего стакана. Она показалась ему интересной с самого начала. Когда он на радостях побежал на сигнал сработанной ловушки, но обнаружил там повисшую над землёй девушку. У неё были светлые волосы в растрёпанном пучке и военная экипировка. Снизу валялся пистолет, а в руках у неё был нож, которым она перерезала верёвку. Умно, но не слишком.

Её руки были красные в кровь от верёвки, на что парень сразу обратил внимание, а тело выглядело ослабленным. Коди наблюдал за тем, как она упала с высоты почти двух метров и даже сам поморщился. Однако девушка встала и, ковыляя, пошла дальше. Либо у неё был слишком высокий болевой порог, либо…

Увидев её, он понял, что она человек, а значит второй вариант отпадал. Он внимательно осмотрел её, замечая малейшие признаки заражения, но не нашёл ничего, кроме серебряного браслета на тонком запястье. Когда она обернулась и их взгляды встретились, то он сразу почувствовал тепло, мурашками разливающейся по его телу, почувствовал что-то важное. Это всё лишь на уровне интуиции, но его шестое чувство его ещё не подводило.

Эта девушка нужна ему. Она будет полезной.

Вторая встреча была неожиданной, хоть и ожидаемой. В этот раз Хейли, как она и представилась, была более мила и добра. Не было острого взгляда голубых глаз, и нахмуренных бровей. Её кожа не была такой бледной, и она не хромала. Щёки были с милым розовым румянцем, волосы были распущены и мягко спадали, и сама Хейли выглядела намного лучше. Видимо, она не тратила время зря и восстанавливалась как следует.

Узнав её историю, что-то снова будто щёлкнуло внутри. Снова интуиция? Вполне вероятно.

– О чём задумался? – в кабинет без стука заходит высокий черноволосый парень в таком же костюме, что и Коди. Он свободно плюхается на небольшой диванчик, устало выдыхая. Его глаза лениво осматривают комнату, задерживаясь на стакане, который Коди держал в руках.

– Да так, ерунда. Как обстоят дела с Н-34? – Сандерс нахмурился, махнув рукой, и делая пару глотков из стакана. Пора перестать так много думать о незнакомом человеке и подумать о более важных вещах.

– Стабильно, без изменений, – отвечает друг, в два шага оказываясь у небольшого шкафа и беря бутылочку уже открытого бурбона. Мужчина не стеснялся пить прямо из горла, ужасно уставший за целый день. Коди закатывает глаза, по-доброму усмехаясь. Кажется, скоро понадобится пополнять запасы. Парень откидывает на кресло голову, массируя виски. В последнее время голова стала болеть всё больше и даже травяной чай Сары ему не помогал.

– Орланд, как думаешь: можно ли каким-то образом взять под наш контроль Аннкорт?

Парень давится бурбоном, громко кашляя.

– Я же просто пошутил тогда…

Орланд нервно посмеивается, вытирая рот и смахивая капли с рубашки.

– Ну а я не шучу. Он приносит много проблем, распространяет глупые слухи о других базах, держит людей насильно, – Коди злился. И не просто злился, а желал покончить с этой невыносимой дуростью. Ситуация с Аннкортом беспокоила его задолго до появления Хейли, когда он бежал оттуда со всех ног, надеясь, что однажды люди там узнают всю правду.

Сандерс приехал на базу с своим братом в самом начале распространения вируса, и находился там в течение четырёх месяцев, которые Коди может назвать самими худшими в жизни. Ему не нравилось там ничего, это была лишь одна сплошная клетка, где тебе кое-как разрешали дышать. Ему хотелось перемен, изменения правил и лучших условий для жизни людей, которым итак пришлось несладко. Последней каплей стал разговор о вакцине и лечении эльроинов.

Высказав своё мнение, он сделал хуже. Сначала было лишь предупреждение, после ещё одно, и Дерек защищал его как мог. Однако Форбс не считал необходимым оправдывать младшего брата, и уже заранее продумал наказание.

Коди отгоняет воспоминания прочь, желая забыть своё сбившейся от долгого бега дыхание, царапающие его ладони ветки, и босые ноги, замёрзшие от холода. Он знал, куда ему идти, знал дорогу и вскоре добрался до Тагрона: замёрзший и исхудалый. Отец Орланда – его лучшего друга, принял его на своей