Личная жизнь Антона Романова - Анастасия Сидорчук

– Денис рассказал.

– А Сережа? Он знает?

Светлана посмотрела на нее с недоумением.

– Конечно, знает. Лиза, ему пятьдесят лет. И баб у него, уж прости, была куча. И знает он о себе все. – Светлана запнулась. – А ты не знала, да?

– Я? Да, да, знала, конечно… Я сейчас.

Лиза встала, вышла из кухни, прикрыв за собой дверь. Так же тихо вышла из квартиры – чтобы никто не заметил.

Значит – все кончено! Значит, надо уходить. Даже если ему никто не расскажет – Сережа все поймет сам.

Смотреть ему в глаза было стыдно.

Дура! Так глупо упустить свое счастье!

Лиза приняла решение: сегодня она погуляет. Возможно, заночует у кого-нибудь из подруг. А завтра – тихонько соберет свои вещи и уйдет. Лучше ничего не объяснять – тогда не так стыдно…

Как-то Маша читала книгу про законы кармы. И пересказывала Лизе.

Получалось – что трудности даются человеку в наказание за плохие поступки.

«Кого же я так сильно обидела, – подумала Лиза, – что мне сейчас так плохо?».

Подумала – подумала, и отправилась к Изольде.

Где жила Изольда, она знала, поскольку раньше, еще до войны за Гарика, они дружили.

Изольда открыла дверь не сразу. А когда открыла… удивились обе.

Они стояли – обе в слезах – и смотрели друг на друга.

– Прости меня за Гарика! – сказала Лиза. – Ты его любила, а я – нет. Я не должна была его отбивать!

Изольда посторонилась, пропуская ее внутрь. В руках у нее был бокал с шампанским. На ней было красивое полупрозрачное белое платье, очень похожее на свадебное.

Жестом она пригласила Лизу к столу, и тоже налила ей шампанское в бокал.

– Что отмечаем? – сквозь слезы спросила Лиза.

– Гарик сегодня женится, – сквозь слезы ей ответила Изольда. – А у тебя что?

– А мы расстались, – ответила Лиза. Вдаваться в подробности она не хотела.

А потом Изольдочка предложила найти себе новых мужиков.

Обе они, выпив по бокалу шампанского – вдруг расслабились.

– Ну, где мы их найдем? На улице что – ли? – засмеялась Лиза.

– Да хоть бы и на улице. Лето же!

Изольда открыла шкаф и достала оттуда безумной красоты черное шифоновое платье. Полупрозрачное, в блестках.

Рукава у платья – так же, как и на белом платье Изольды – ниспадали с плеч длинными воланами.

– Как крылья у птиц, – восхитилась Лиза, глядя на них.

– Так мы и играли в них райских птиц в театре. Они списаны уже. Я их себе забрала – не пропадать же такой красоте!

А дальше они танцевали на набережной, полностью растворяясь в танце. Выкинув из головы все заботы.

Откуда их и забрал Антон.

***

Лиза лежала на кровати, отвернувшись к стене.

Сережа сначала кричал на нее, говорил, что она – истеричка. Что позорит его перед гостями, не умеет себя вести. Потом лег спать – далеко, не обнимая ее – хотя этого ей так хотелось!

«Вот и все, – снова и снова повторяла она. – Пожили и разбежались. А сейчас куда? К Егору? А вдруг это он подкинул эту записку?».

Рано – часов в пять утра, пока все спали, она очень тихо встала, очень тихо покидала в небольшую спортивную сумку первое, что попалось под руки, и вышла из дома.

«Как хорошо, что на улице пока еще никого нет», – подумала она, выходя из подъезда – и нос к носу столкнулась с Антоном, который провожал на такси Изольдочку.

Лиза попыталась быстро прошмыгнуть мимо него, и заскочить в такси, где уже сидела Изольда.

Антон перехватил ее одной рукой. Другой рукой – свободной – он помахал Изольде.

– Ты куда опять собралась? – как всегда спокойно и занудно спросил Антон. – Ой, а ты чего горячая такая?

Он, не отпуская ее руки, другой рукой потрогал ей лоб.

– Я домой не вернусь, – предупредила Лиза.

Антон на несколько секунд задумался. Потом сказал:

– Ладно, ко мне пошли. – Собственно, он уже тянул ее за руку к своему подъезду, не дожидаясь согласия. – Ты можешь толком объяснить, чего тебе дома не сидится?

Молчание.

– Ты беременна? Да?

Лиза кивнула. Ни за что бы ни призналась! Но под взглядом Антона раскалывались все.

Он открыл дверь в квартиру.

– Давай так. Ты иди – полежишь у меня пока, а я дяде – так и быть, ПОКА ничего не скажу. Пойдет так?

Лиза кивнула и стала разуваться.

– Скорую бы надо вызвать вообще-то. А то мало ли что, ты вон вся горячая…

– Я скорую не хочу.

– А я тебя разве спрашивал? Давай, проходи.

По привычке, Лиза пошла в комнату, где ночевали все гости – с коричневой шторкой. Но, открыв дверь, остановилась как вкопанная.

Вся постель тут была перевернута вверх дном.

«Ай да Изольдочка!».

– Нет, нет. Давай-ка лучше не сюда, а на диван, – смущенно развернул ее подошедший Антон.

Когда она легла на диван (а чувствовала она себя и вправду не очень), Антон сел рядом, взял ее руку, погладил, спросил:

– Лиза, ты можешь объяснить мне, что происходит?

Она покачала головой.

– Ладно. Спать будешь?

– Не хочу.

Он подал ей пульт от телевизора.

– Ну, телевизор посмотри тогда. А я посплю еще часа два.

Через пятнадцать минут – когда он привел в порядок постель в комнате с коричневой шторкой – Антон заглянул в комнату.

Лиза уже спала…

Сергей Васильевич.

Антон зашел к Сергею Васильевичу в восемь утра.

– Дядя, ты на работу идешь?

Сергей Васильевич выглядел усталым и не выспавшимся.

– Нет. Лиза куда-то пропала, – сердито ответил он.

– Она у меня спит. Но это секрет.

Сергей Васильевич удивленно посмотрел на племянника.

– Что?

– В пять утра она вышла из дома с сумкой. Хотела от тебя уйти. Я развернул ее к себе. Нет, ну куда она пойдет – беременная и с температурой?

– Что? – снова удивился Сергей Васильевич.

– Дядя, ты бы на жену свою смотрел хоть иногда. А то ты, кроме отца с этой его, похоже, вообще перестал кого-нибудь замечать.

– Подожди, как беременная? Ааа… так вот что мне Светлана в уши льет…

Сергей Васильевич задумался.

– Ну? – Антон ждал от него хоть слово.

Сергей Васильевич молчал.

– Сережа!!!

– Слушай, Антон, давай я потом тебе объясню…

– Да вы задолбали! – Антон не выдержал. – Одна молчит – ни слова из нее не вытянешь. И плачет постоянно. Дядя! Она после того, как ее чуть не убили, минут пятнадцать всего плакала! Неразлучники свалили куда-то,