Драконы любят погорячее - Илана Васина

Доля секунды — и передо мной барс исполинских размеров!

Из бесполезной руки вываливается клинок, когда одним прыжком с перекатом я ухожу из поля досягаемости. Из-за адреналина боль, охватившая руку, не ощущается в полную силу. Благоразумия все же хватает на то, чтобы осознать: все, отстрелялась, пора отступать.

Но куда здесь отступишь?!

От барса не спрячешься на дереве, а сбежать я не успею. Шумное дыхание зверя наступает мне на пятки, и я делаю единственное, что мне остается, чтобы выжить, - резко разворачиваюсь и швыряю в пасть огненный шар, размером с теннисный мяч.

Пламя забивается хищнику в глотку, но ожидаемой реакции я не вижу. Барс просто наступает на меня дальше, как спятивший терминатор.

Понимаю, что не успею ни подпрыгнуть, ни подтянуться, ни увернуться от хищных клыков. И все же не могу не попытаться сбежать.

Внезапно за моей спиной раздается грохот столкнувшихся поездов. Шум нарастает и становится все мощнее и выше. Скрежет зубов, хруст когтей, челюстей, рычание…

Так и не убежав далеко, поворачиваюсь и вижу двух драконов, сцепившихся зубами и когтями прямо в воздухе.

Они одинакового размера, и чешуя у обоих цвета металлик…

Который из них Харальд я понятия не имею, но уверена на все сто: после заклинания ему охота терзать меня, а не себе подобного.

Одна частичка моего сердца желает ему победы, другая талдычит: они оба должны погибнуть!

Не знаю, сколько времени продолжается бой крылатых ящеров.

Вдруг ощущаю, что потихоньку слабею. Прислоняюсь к стволу дерева и съезжаю по нему на землю. Сознание мутнеет. Перед глазами плывут радужные круги.

Подношу к глазам раненое запястье.

Сквозь порванную кожаную защиту ничего не разберешь. Срезаю коричневую кожу и отшвыриваю в сторону — все равно элемент защиты безнадежно испорчен.

Когда поврежденный участок руки отрыт, прихожу в ужас. Из разодранной в мясо плоти пульсирующей струйкой вытекает кровь. Повреждена артерия…

Черт…

Откладываю на землю топорик. Уцелевшей рукой отрываю от подола хорошую полосу ткани и потуже обматываю рану. Пыльный бинт, извозюканный в грязи, лучше, чем ничего.

Ведь от инфекции не умирают в считанные минуты, в отличие от потери крови. Если повезет, успею добраться до целителей!

Когда мое запястье неумело перевязано, - бинтовать одной рукой оказалось гораздо труднее, чем думалось! - наступает тишина. Осматриваюсь.

Драконов больше не видно и даже не слышно. Возможно, сегодня меня не сожрут, если успею спрятаться в безопасное место.

Всего пол часа назад я бы устремилась в замок Вейзеров. А сейчас понимаю: туда ход закрыт.

Мысль о Харальде когтями царапает душу, рвет на части, превращая эмоции в кровавое месиво похуже запястья.

Да, он меня не прикончил, вопреки заклятию. Да, он накинулся на другого оборотня, чтобы меня прикрыть... наверно. Но это не значит, что теперь, когда я узнала его тайну, лорд отпустит меня обратно в академию живой и невредимой.

По сути, шагнув за ним в портал, я передала власть над собой в его руки. Ведь заклинания для самостоятельного возвращения в кабинет ректора мне не известно. Наверно, я стала первой в истории академии охотницей, что доверилась нечисти.

Молодец, Варя!

Круто подставилась.

Наивность тебе второе имя!

Думала, раз Вейзер помог с ректором и Клея спас от верной смерти, значит, он добро во плоти?

Решила, раз выучила пару новых заклинаний, то сразу стала непобедимой?

Хотя нет.

О победе я как раз не думала.

Думала о женщинах, что выли на всю деревню, оплакивая сына, брата, племянника. И о том, что не позволю больше им оплакивать близких из-за поганого оборотня.

С трудом встаю и бреду, спотыкаясь об каждую кочку, в сторону деревни. Единственно место, куда, возможно, осилю дорогу.

Попрошу там убежища.

Может, меня не откажется приютить какая-нибудь сердобольная старушка.

Наверно, в каждой деревне такие есть… Добрые, хорошие… Как Мария...

Как же хочется присесть… Отдохнуть чуть-чуть…

Шевелись, тряпка!

Шаг… Еще шаг...

Когда перед моими глазами вырастают первые деревенские избы, сил не остается ни грамма. Земля стремительно выскальзывает у меня из-под ног, и я проваливаюсь в темноту.

Глава 24

Просыпаюсь от того, что меня зверски мутит. Успеваю метнуться к краю кровати, чтобы не запачкать рвотой постель. Однако из горла ничего не выходит, кроме сухого, сдавленного кашля, и я снова откидываюсь на подушку.

Желаемого облегчения так и не наступает.

Чувствую себя отвратительно. Слабость, тошнота, саднящая боль в запястье. Будто каждую клеточку тела отбили, прожевали и выплюнули.

Хотя в зашторенной комнате полумрак, даже слабый свет режет глаза.

Почему-то мне кажется очень важным осознать, где я оказалась, поэтому сквозь прищуренные веки осматриваю помещение.

Нежно-салатовые стены вдоль и поперек исписаны черными исцеляющими рунами, а прохладный воздух пропитан ароматом пряных трав, в составе которого узнаю лишь эвкалипт.

Мое тело обволакивает пепельное облако энергетической подпитки, немного холодящее и приятно покалывающее кожу. Оно следует моим движениям, как живая одежда, сплетенная из тумана. Стоит мне поднять руки, чтобы протереть глаза, как их тут же обволакивает дымка.

Я слышала, что подобная магия используется высшими целителями в академии.

Вроде меня подлечить пытались, причем высшие маги, так почему же мне так хреново?

Роюсь в закутках памяти и та услужливо рисует красочные картинки.

Оборот Харальд. Схватка двух драконов. Я, истекающая кровью, плетусь к деревне.

Наверно, меня нашли деревенские и доставили целителям. Так однажды Мария помогла мне перенестись в академию. Хотя… если бы Харальд не втянул меня тогда в кабинет ректора, как испуганного котенка, может, я и не решилась бы сама переступить открытый портал.

Очередное воспоминание о Харальде припечатывает меня к кровати неподъемной тяжестью.

Первый мужчина в этом мире, который мне по-настоящему понравился. Таинственный. Сильный. Умный. То ли нахальный, то ли смелый. Плюющий на правила, но при этом живущий по своему кодексу чести.

Черт, мне нельзя с ним сближаться.

Даже целоваться нельзя!

Во время укуса у оборотней выделяется особый яд, заражающий нормального человека. Укуси он меня за губы в порыве страсти, - и я пополню ряды тех, с кем училась бороться.

И, тем не менее, эта нечисть дважды спасла мне жизнь. В первый раз от безумного ректора. Второй раз от оборотня универсала. Это же какой железной выдержкой надо обладать, чтобы воспротивиться силе заклятия!

Я перед ним в долгу. В двойном.

А, с другой стороны, мой первоначальный долг - сообщить о нем академическому совету.

Сегодня лорд Вейзер, может, хороший. Но кто знает, что будет потом? Вдруг завтра у него что-то переклинит в мозгу