Проблема полковника Багирова - Кристина Майер

— А если позвонит кто-то из ребят? — на случай, чтобы знать, что делать или отвечать.

— Не позвонят, — с такой уверенностью, что не могло остаться сомнений. — Если отпишутся, сообщения не удаляй. Ложись, меня не жди, — командным тоном, который как мог пытался смягчить.

— Не скажешь, куда идешь? — это знание могло бы меня успокоить, но Север ответил:

— Нет.

Складывалось ощущение, что в его голове идет сложный мыслительный процесс, который не стоило тревожить. Я не стала больше задерживать Мирона, хотя тревога меня не покидала, а в голове роилось много вопросов, которые я могла ему задать. На миг проскользнула предательская мысль, что при желании я могла бы его остановить, но я тут же ее отмела.

Спать я не пошла, мое беспокойство с каждой минутой возрастало, и, чтобы отвлечься, я занялась полезным во всех смыслах делом — уборкой спален. Во-первых, физический труд помогает отвлечься и не смотреть каждые несколько минут на часы, во-вторых, не придется ложиться в запыленных комнатах.

Отвлекая себя, что-то напевала под нос. На улице, где нас поселили, не светили фонари, не горело ни одной самой экономной лапочки перед домами соседей, лишь редкий свет в окнах и дальний лай собак сообщал, что здесь кто-то живет. Выходя во двор, чтобы вылить грязную воду, оглядывалась по сторонам, будто за каждой темной тенью построек может кто-то прятаться.

Время шло, Север не возвращался. Волнение нарастало. Как тут уснуть? Заняв пост у темного окна, ждала, что он появится через ворота, за которыми я пристально наблюдала. Ожидание — та еще мука! Реагируешь на каждый звук, в каждом скрипе слышишь звук открывающейся калитки.

Телефон, который за весь вечер так и не отозвался, лежал передо мной, я смотрела на время и ждала…

Стрелки часов давно перевалили за полночь, Север не вернулся.

Где он?

Сколько можно осматриваться?

Вдруг с ним что-то случилось?

Лишь около двух ночи тихо, не издав скрипа, открылась калитка, во дворе появилась темная фигура, которую я сумела разглядеть лишь благодаря святящей в эту ночь луне.

— Ты где был? — нервно выдала, хотя понимала, что он вряд ли захочет откровенничать.

— Не спишь? — строго. Недоволен, что я не выполнила приказ?

— Нет. Ты ответишь на мой вопрос? — я тут несколько часов с ума сходила и сдаваться просто так не собиралась.

— Нет. Тебе нужно отдохнуть, — чуть более мягко, и даже губы дернулись в улыбке, когда он заметил сжатые кулаки. Проходя в гостиную, поставил автомат на предохранитель и убрал его в шкаф. Потом развязал арабский платок и сложил его, убрав обратно в рюкзак.

— Где ты был? — чеканя каждый слог. Север понял, что я не сдамся. Да, я могу быть очень упрямой.

— Наблюдал за домом Иссама, — спокойно произнес он, подходя вплотную ко мне.

— Зачем? — стараясь не поддаваться томлению от его близости.

— Хочу понять, что он за человек, — спокойно объясняя. — Нужно выяснить, с кем он общается, для того чтобы понять, с кем нам предстоит иметь дело.

Почему-то у меня возникло ощущение, что Север знает больше, чем говорит.

— У тебя какие-то подозрения на его счет? Какие? — заволновалась я.

Несмотря на внешнее спокойствие Мирона, я была уверена, что он от меня что-то скрывает. Не стоит надеяться на то, что Север откроет мне свои соображения или поделится раздобытыми сведениями, но я сойду с ума, находясь в неведении относительно судьбы моего брата.

— Никаких, — положив руки мне на плечи, несильно их сжал, будто хотел передать ту уверенность, что отображалась в его глазах. Вот ни одним жестом себя не выдал, а мне неспокойно на душе.

— Юрке… и Владимиру грозит опасность? — умоляюще глядя ему в глаза.

— Аврора, давай ты не будешь себя накручивать, — чуть строже. — Я хотел, чтобы ты успокоилась, а не впадала в истерику, — мигом пристыдив меня. — Нам придется отсюда выбираться. Я не доверяю Иссаму, считай, что это моя интуиция. Он — темная лошадка, играет по своим правилам, я не думаю, что он просто так позволит нам уйти, моя задача сделать так, чтобы он нам не препятствовал…

Глава 33

Север

Лежа в своей комнате на перестеленных чистых простынях, прислушивался к тому, что происходит в соседней спальне.

Тишина.

Надеюсь, уснула.

Я не хотел Авроре ничего рассказывать. Не только потому, что не привык отчитываться перед бабами, но и потому, что бабы — это неизведанная Вселенная, где любое слово может быть использовано против тебя. Они себе такого надумают на ровном месте… успеют испугаться, довести себя до истерики и вынести мужику мозг, не прилагая особых энергетических затрат.

Спокойнее, когда женщина не беспокоится понапрасну, а для этого ее нужно как можно меньше информировать о том, что мы сейчас находимся в конкретной такой заднице, и я пока не знаю, как мы будем выбираться…

Конечно, есть исключения: моя мама, например, но таких женщин немного. Многие жены военных со временем привыкают к командировкам мужа, но в схожей ситуации вряд ли кто-то из них будет сохранять хладнокровие.

Не входило в мои планы рассказывать о своих подозрениях, но… что-то в этой девушке заставляет меня забывать о своих принципах. Ей многое пришлось пережить за последние дни, наверное, я просто не хотел подвергать ее новым тревогам.

Моя вылазка и наблюдение за домом Иссама не могли много дать. Все прилично на первый взгляд, но есть к чему присмотреться. Чтобы выяснить, что творится за высоким забором, тут целой группе ребят нужно круглосуточно следить за всем окружением Иссама, прослушивать их разговоры. Одно ясно: Иссам грамотно делает бизнес на этой войне. В его дом заезжают под покровом ночи тонированные машины без номеров, если их не останавливают, значит, знают, что связываться с этими людьми не стоит.

Два раза при мне к воротам подходили курьеры, к которым выходили охранники, передавали в руки небольшие сверки: наркотики, поддельные лекарственные средства или деньги?

Сложно шпионить в чужой стране, когда не знаешь языка. Ни с кем не заговоришь, иностранец сразу вызовет подозрение. Даже если предположить, что Иссама не любят, то чужаков здесь не любят еще больше. Город контролируют боевики. Люди запуганы.

Многого я Авроре не рассказал, потому что многого и не знал.