Падшие наследники - Лаура Ли

— Шон, не надо.

Он усмехается.

— Прости, Жас. Я от этого не отступлю. Этот смазливый ублюдок имеет наглость заявиться сюда.

Я выскакиваю из машины и догоняю его, как раз когда Кингстон догоняет нас. Двое мужчин смотрят друг на друга, враждебность между ними ощутима. На щеке Кингстона подрагивает мускул, а Шон сжимает и разжимает кулаки. Ни один из них не произносит ни слова. Они просто стоят в квадрате, пытаясь убить друг друга взглядом.

Я встаю прямо между ними. Меньше всего мне сейчас нужно, чтобы они бросались друг в друга кулаками, а потом пришлось бы разбираться с тем, кто вызовет полицию. Оба мужчины довольно равны по габаритам, и у Шона есть законная уличная смекалка, но после того, как я увидела, как Кингстон дрался на дне рождения Пейтон, я думаю, что он может нанести реальный ущерб своему противнику.

— Жас, двигайся, — выдавливает Кингстон.

— Не говори с ней в таком тоне, — отвечает Шон.

На губах Кингстона появляется жестокая ухмылка.

— Или что?

Я раскидываю руки по обе стороны, когда они оба делают шаг вперед.

— Вы оба. Прекратите это.

Глаза Кингстона впервые встречаются с моими.

— Так вот с кем ты была всю ночь? — его глаза сегодня ярко-зеленые, почти светятся от напряжения, пока он ждет моего ответа.

Я вскидываю бровь.

— И что, если так?

Его глаза сужаются.

— Тогда у нас будет проблема.

Я усмехаюсь.

— О, у нас уже есть проблема, Кингстон.

Взгляд Кингстона переходит на Шона. Если бы он попытался, то не смог бы выглядеть более невозмутимым.

— Ты можешь идти. Я бы хотел поговорить со своей девушкой наедине.

Шон снова бросается вперед, но останавливается, когда моя ладонь прижимается к его выпяченной груди.

— Пошел ты. Я никуда не собираюсь уходить. И, насколько я понимаю, она больше не твоя девушка, — он отпускает сардонический смешок. — Но не волнуйся, я хорошо позаботился о ней прошлой ночью.

Дерьмо.

Ему просто нужно было пойти и разбудить зверя, не так ли? В одну секунду Кингстон оттаскивает меня с дороги, а в следующую его кулак сталкивается с челюстью Шона. Шон немедленно отвечает, нанося сильный удар примерно в то же место.

— Прекратите! — кричу я. — Кто-нибудь вызовет полицию, идиоты!.

Конечно, они не слушают и продолжают обмениваться ударами. Когда я вижу, что соседи выглядывают через занавески, я понимаю, что нужно покончить с этим побыстрее, пока обоих этих дураков не посадили в тюрьму. Я не настолько глупа, чтобы рисковать своим лицом, поэтому я делаю первое, что приходит мне в голову. Я снимаю туфли прямо посреди улицы и бросаю по одному на голову каждому из них так сильно, как только могу.

— Ой! — кричит Шон, потирая лоб.

— Какого хрена? — Кингстон ворчит в то же время, глядя на один из моих упавших на бетон ботинков.

Я кладу руку на бедро.

— Вы, засранцы, заслужили это.

Ноздри Шона раздуваются, когда он вытирает кровь с губы.

— Ты серьезно швырнула ботинком мне в лицо?

Я закатываю глаза.

— Да, черт возьми, я бросил ботинок тебе в лицо. Хватит быть таким ребенком. Не то чтобы это было больнее, чем кулак, но, очевидно, элемент неожиданности вбил в вас, идиотов, немного здравого смысла.

Шон морщится.

— Это жестоко, детка.

— Назови ее так еще раз и посмотри, что произойдет. Кингстон сплевывает кровь на землю.

Шон выпячивает подбородок.

— Я не боюсь тебя, плайя.

Я вскидываю руки вверх.

— Да заткнитесь вы оба. Если бы вы перестали меряться ч…

— Жас!

Все три наши головы поворачиваются в направлении голоса моей сестры. Она несется к нам по тротуару с огромной улыбкой на лице.

Я присаживаюсь на корточки и раскрываю руки, чтобы обнять ее, как только она окажется в пределах досягаемости.

— Привет, малышка. Я скучала по тебе.

Белль сжимает меня крепче и зарывается носом в мою шею.

— Я тоже по тебе скучала.

Я смотрю на обоих парней через плечо Белль, безмолвно говоря им, чтобы они собрались с мыслями.

Я перебираю пальцами прядь ее распущенных волос.

— Ты расплела косички. Как тебе удалось сделать такие красивые локоны?

Моя сестра кивает.

— Моника работает в салоне красоты. Она берет домой всякие штуки, чтобы попробовать. Она купила мне какое-то новое масло, которое пахнет как солнцезащитный крем, — Белль поднимает прядь своих волос, ожидая, пока я понюхаю. — Видишь?

Я вдыхаю аромат кокоса.

— Ммм, ты пахнешь так вкусно, что хочется съесть, — я игриво щелкаю зубами возле ее шеи, заставляя ее хихикать.

Белль отстраняется и хмурится, когда наконец замечает Шона.

— Что он здесь делает?

Шон смеется над ее обвинительным тоном.

— Привет, коротышка. Давно не виделись.

Белль сжимает кулаки и кладет их на бедра.

— Я не коротышка.

Он протягивает ладони в знак капитуляции.

— Моя ошибка. Ты простишь меня?

Теперь Белль скрещивает руки на груди и хмыкает.

Конечно, Кингстону нравится тот факт, что моя сестра оказывает моему бывшему не слишком теплый прием.

— Привет, малышка.

Улыбка растягивается на ее лице, прямо перед тем, как она бросается в объятия Кингстона. Шон не единственный, кому сейчас не по себе от того, что Белль так обожает Кингстона.

Кингстон стоит с Белль, гордо опираясь на бедро. Он поправляет один из ее локонов и говорит: — Твои волосы действительно выглядят красиво.

— Спасибо, — Белль осторожно прижимает кончики пальцев к уголку его рта. — У тебя клякса на губе.

Кингстон высовывает язык, вытирая капельку крови.

— Не волнуйся за меня, милая. Это совсем не больно.

Мы с Шоном оба качаем головами на очевидную подколку Кингстона.

Я говорю своему глупому сердцу оставаться твердым, когда Кингстон щелкает ее по носу.

— Ты не хочешь сходить сегодня в детский музей?

Ублюдок.

Лицо Белль озаряется.

— Да!

— Вообще-то… Белль, я тут подумала, что мы с тобой могли бы устроить день только для сестер. Может, сесть в автобус, как в старые добрые времена, и поехать в какое-нибудь веселое место?

Ее брови сходятся вместе.

— Но я хочу пойти в детский музей.

— Да, Жас, она хочет пойти в музей, — Кингстон победно улыбается.

Я мысленно отмахиваюсь от него.

— Ну, тогда мы можем поехать в музей на автобусе и все равно устроить день сестер.

— Или я могу отвезти тебя, — предлагает Шон. — Обещаю, что я не буду мешать. Я просто буду твоим шофером.

Белль смотрит сначала на Шона, потом на меня, потом на Кингстона. Кажется, она наконец-то почувствовала напряжение в воздухе. Ее брови нахмурились, когда она потянула Кингстона за