Испытание для невесты - Хелен Хоанг

– Очень плохо? – спросила она, боясь пошевелить пальцем.

– Нет, нормально. Что касается волос, то старайся натягивать пряди посильнее. Прямо очень сильно. Мне не больно. Только не прикасайся слишком легко, пожалуйста.

– Не слишком легко…

Собравшись с духом, Эсме начала разделять волосы на пряди.

– Так?

Когда он опустил веки и кивнул, девушка осмелела.

– Ну, нормально? – переспросила она через некоторое время.

– Хорошо.

У него были густые, шелковистые волосы, приятные на ощупь, и Эсме сама не заметила, как стала медленными, скользящими движениями делать массаж головы. Кай не протестовал, напротив, расслабился и закрыл глаза, дышал тихо и спокойно. У нее получилось.

Она потянула прядь, как обычно во время стрижки.

– Так?

Кай поморщился, однако глаза остались закрытыми.

– Сильнее.

Она потянула сильнее.

– Еще сильнее.

Она закусила губу и потянула еще сильнее, хотя боялась сделать больно.

– Так лучше.

Эсме покачала головой и улыбнулась. Ей никогда не удалось бы решить эту головоломку, если бы он не объяснил. Она любила трудные загадки, на первый взгляд, неразрешимые. Чем труднее, тем интереснее.

– Начинаю.

Он открыл глаза и посмотрел ей в лицо.

– Давай.

Эсме слышала его слова, понимала, что это разрешение, но не могла отважиться. От массажа щеки Кая разрумянились, а темные глаза приняли мечтательное выражение. Ее никогда так не тянуло его поцеловать. Желание превратилось в навязчивую идею; захотелось устроиться у него на коленях, прижаться к нему всем телом и впитывать, впитывать, впитывать…

Она отошла на секунду, пока не успела натворить глупостей, и собралась с мыслями. Обычная стрижка, не более. В ушах звучали его слова: «Ты должна это прекратить».

Если он хочет большего, пусть сам делает первый шаг.

Прикосновение холодного металла подействовало отрезвляюще. Эсме сосредоточилась, как хирург, взявший в руки скальпель. Учитывая его психологические проблемы, Кай проявлял просто ангельское терпение. И даже согласился отвезти ее в Беркли, искать отца. Надо его отблагодарить.

– Начинаю, – сказала она, зайдя ему за спину.

– Хорошо.

Эсме вновь охватил страх. Кай меня не видит. Что, если прикосновение окажется неожиданным и я все испорчу, не успев начать?

– Можешь поднести мою руку к своим волосам?

Он взглянул на нее через плечо, озадаченно улыбнулся и прижал ее руку к волосам.

Сначала ее движения были осторожными и нерешительными, однако каждый щелчок ножниц придавал уверенности. Собрав прядь между пальцами, Эсме натягивала как можно сильнее, обрезала и бралась за следующую. Постепенно сложился ритм. Придав форму сзади и по бокам, она перешла на переднюю часть головы. Последний щелчок ножниц – и темная прядь упала на пол. Эсме сделала шаг назад, чтобы оценить свою работу, увидеть не просто волосы, а общую картину. Преображение оказалось удивительным. Кай и раньше был красив, но теперь стал просто неотразимым.

Короткая стрижка открыла лицо, во всей красе явив его мужественные волевые черты. «Девчонки будут вешаться ему на шею», – подумала Эсме. Она их прекрасно понимала.

– Ну, как? – спросил Кай.

Избегая легких прикосновений, Эсме проверила симметричность стрижки.

– Мне нравится. – Постучав ножницами по подбородку, она позволила себе улыбнуться. – Хорошо получилось!

Кай достал из кармана мобильный, разблокировал и протянул ей.

– Сделай, пожалуйста, фото для Вай. Она – мой инспектор по стрижке.

Эсме сделала несколько снимков под разным углом и отправила самый красивый себе.

– Надеюсь, ей понравится.

Кай почесал шею, к которой прилипло несколько волосков, и отправил ту же самую фотографию сестре.

– Посмотрим.

Не успела Эсме подмести волосы с пола, как пришел ответ от Вай: «Наконец-то! Кто тебя стриг? Чаевые пятьдесят процентов! Мой маленький братик – красавчик!»

– Действительно понравилось.

– Я же говорила, – расплылась в улыбке Эсме.

– Спасибо.

Кай улыбнулся в ответ – своей настоящей улыбкой, c морщинками в уголках глаз и ямочками на щеках, открывшей белоснежные зубы.

Святые небеса! Как ей хотелось ощутить вкус этой улыбки! И этих ямочек. Накатило желание, мощное, словно удар током, и все до единого волоски на теле встали дыбом. Эсме показалось даже, что она качнулась к нему. Сможет ли он меня полюбить?

– Что с тобой? – насторожился Кай.

– Я хочу тебя поцеловать, – не соображая, что делает, сказала вдруг Эсме.

Услышав сорвавшиеся с собственных губ слова, она залилась краской, развернулась и высыпала содержимое корзины в мусор.

Зачем я это сказала? Зачем?

Кай подошел к ней.

– Эсме…

Она обошла его и с преувеличенным тщанием стала сметать остатки волос.

– Извини. Я нечаянно.

Закончив подметать, она отнесла веник в кладовку.

– Когда поедем в Беркли?

– Думаю, надо перекусить, и я приму душ, – потерев шею, сказал Кай.

– Тогда я пошла собираться.

Она похромала в коридор.

– А ты что, есть не хочешь?

Я тебя хочу.

– Спасибо, нет.

– Я тебя позову, когда буду готов, – сказал Кай, проведя рукой по непривычно коротким волосам.

– Ага.

А Эсме посидит в своей комнате, стараясь не думать о нем.

Глава 13

По дороге в Беркли Кай никак не мог выкинуть из головы признание девушки. Она хотела его поцеловать. Он тоже хотел. Но не мог.

Мужчина целует женщину, если намерен встречаться с ней, приглашать на свидания, любить и быть любимым, если он способен любить. Человек, который целует женщину, не будучи в состоянии дать ей все остальное, подонок. Лучше уж дрочить в душе.

Правда, теперь у него не было и этой возможности. С тех пор как в доме стала жить Эсме, Кай постоянно находился в состоянии возбуждения. Разрядки не наступало, не считая случайных конфузов во сне. За эти дни ему уже четыре раза приходилось вставать среди ночи и менять трусы. Чудовищный позор – словно тебе опять двенадцать. Эсме снилась ему каждую ночь. Чаще всего – в цветастых шароварах, в которых выкорчевывала дерево.

В реальной жизни он их давненько не видел. Сегодня она надела голубые джинсы, точно нарисованные на ногах. Сами джинсы Кая не интересовали, зато его так и тянуло провести рукой по соблазнительному изгибу ее бедер. Даже странно. Для человека, который не выносит прикосновений, он слишком много о них фантазировал.

Проехав через кампус, Кай припарковался как можно ближе к административному зданию, но им все равно надо было пройти несколько десятков метров. Эсме хромала.

– Лучше бы этот доктор дал тебе костыли, – вспомнил Кай, – а не свой номер. Сволочь, решил воспользоваться случаем… Ты как? Тебе помочь?

– Могло быть и хуже.

Эсме одарила его солнечной улыбкой, затмившей даже ярко-желтую футболку с длинными рукавами, на одном из которых красовалась оранжевая надпись