Два принца для попаданки - Майя Хоук

Затем партнер касается моей груди языком и это настоящее блаженство. Вот теперь, мне кажется, что Роберт недорабатывал или то, что он явно шел на постельные утехи, как на отработку. Когда мужчина, особенно такой, обученный тому чтобы доставлять удовольствие даме, отдается процессу, это выглядит по-другому. Не успеваю заметить, как Дэниел раздевает меня почти полностью, сам же оставаясь в собственной форме. И я понимаю, почему: он думает, что худоба меня оттолкнет и в этом Дэниел неправ. Я приду его любого — кажется, в этом и есть суть настоящих искренних отношений. Разрываю на мужчине рубашку, и тогда он впивается в мой рот страстным и горячим поцелуем. Мы падаем назад. Я — на него. Я давно уже ощущаю его твердость между своих бедер. Дэниел поспешно освобождает себя от штанов и это я тоже понять могу. Ему не терпится, так же как и мне. Наше объединение пронзает меня словно горячей иглой. Одно дело чувствовать мужчину в себе — этого тут, в доме Эми, я могла бы получить в достатке, причем самую редкую экзотику и в любых, не сомневаюсь, что неизвестных мне позах. Совсем другое — ощущать к этому мужчине что-то, что больше страсти. И понимать, что это взаимно. Дэниел смотрит не меня влюбленными глазами, и я осознаю, что отвечаю ему тем же. Он касается моей груди и продолжает ласкать ее, сопровождая все это мощными, но медленными и размеренными толчками. Я понимаю, что просто плавлюсь от каждого нового и при этом на периферии сознания витает неприятная мысль в том, что мой мужчина видит сейчас перед собой не меня, а ее, ту женщину, которая заставляла его спать с собой и уж точно не вызывала светлых чувств. Женщину, которой я и в подметке не гожусь по внешности и красоте… Прикрываю глаза, чтобы только не допускать этой мерзости в свою голову. Да, возможно, мы расстанемся. Возможно, мне будет больно. Но сейчас-то мы вместе и мне хорошо. Дэниел набирает темп, и я достигаю оргазма позорно быстро. Понимаю, что очень хотела бы сама доставить ему удовольствие. Мое тело еще сотрясается в конвульсиях, в то время как Дэниел довольно резким и ловким движением отводит в сторону мое бедро и мы переворачиваемся. Любовник нависает надо мной, закинув одну мою ногу себе за спину. Сейчас его движения становятся властными и сильными. Меня практически пронзает током от очередного толчка, мне кажется, я чувствую Дэниела каждой клеточкой своего тела. И это бесподобно! Теперь я вспоминаю, что он, так же как и Роберт, умеет читать по глазам, а значит, увидел и исполнил мое желание доставить ему удовольствие — похоже, Дэниел хотел побыть сверху и я понимаю, что это возбуждает меня куда больше, чем даже целый, покорный любым желаниям гарем. В эту ночь мой мужчина доводит меня до экстаза и мы засыпаем обнявшись. Но утро… Утро по традиции не удается прожить без неприятных сюрпризов. Один из них — голос Эми. — Вставай, вставай, вставай! — верещит он. — Книга Ирвина Торна, живо читать ее! Я еле шевелюсь, стараясь разлепить глаза. В теле приятная истома. — У меня тут, знаешь ли, возникли проблемы, — добавляет хозяйка тела. «Даже знать не хочу, какие», — замечаю про себя. — Рецепт от них должен быть у Торна! — голос неожиданно замирает. — О, брачная татуировка! Ну ты прямо… золото! Иначе не сказать! Мой взгляд падает на шею мужчину, где я вижу, как переливаются замысловатые золотистые узоры. Вот это я попала! Вот это мы попали…

Глава 26

«Брысь из моей головы!» — мысленно приказываю мерзкой хозяйке тела и бубнеж, кажется, заканчивается. По крайней мере, я не ощущаю ее присутствия. Присаживаюсь на покрывало, пытаясь перевести дух и собраться с мыслями.

Та-а-ак! У меня есть один брат, но остался еще второй. Это не конец, но уже неплохая заявка на возвращение обратно. Растираю глаза ладонями и нервно передергиваю плечами.

В возвращении меня вроде бы ничего не пугает, но, надо отдавать себе отчет в том, что я таком случае оставлю мужчин с совершенно неуправляемой чекнутой хозяйкой.

Протягиваю руку к Роберту. На языке так и вертятся слова: «Вставай, давай решим, что нам делать с этой проблемой», но в последний момент мне становится его жалко.

Встаю с постели. Может, мне действительно стоит поискать поискать дневник Торна — раз там есть что-то, что нужно Эми, может, я найду что-то, что ее убъет? Надежды, конечно, мало, но попробовать стоит.

И только я тянусь за сброшенной вчера на пол юбкой, как распахиваются двери в спальню. Едва успеваю натянуть на себя покрывало.

В дверях Иштван.

— Тебя стучаться не учили, — бурчу. — Или это такая добрая традиция — врываться к хозяйке в спальню?

Затем я замечаю то, что лицо Иштвана более чем серьезно. Укутываюсь в покрывало и подхожу к дворецкому.

— Что случилось? — говорю в полголоса, оглядываясь на Дэниела, надеюсь, так Иштван поймет, что я не хочу будить его подопечного даже плохими новостями. Бедняге надо прийти в себя.

— Э’Килл оказалась умней, чем мы предполагали, — скалится Иштван.

— Мы? — машинально переспрашиваю я. У меня лично нет даже идей о том, кто такая эта Э’Кил.

— Роберт, — выдыхает мой собеседник. — Мальчишка просидел почти всю свою жизнь взаперти, все что он знает о внешнем мире — рассказы Ирвина Торна.

Почти насильно выпихиваю Иштвана из спальни.

— А теперь давай поконкретней: что ему теперь грозит? — понятия не имею, отчего я вдруг становлюсь настолько решительной. Возможно, очередное явление Эми поставило точку на моих планах остаться в Элирне и теперь я могу воспринимать все, происходящее тут как сон, очень реальный, но не имеющий шанса обернуться чем-то серьезней воспоминаний.

— Зря я дал мальчишке проявить себя, как он сам того хотел! — блестит глазами Иштван.

— Так, мужик, успокойся, — прикасаюсь к предплечьям собеседника и пытаюсь привести его в себя.

Иштван в этот миг как будто смотрит на меня новыми глазами — должно быть, ему становится неудобно оттого, что моральную пощечину такому матерому защитнику выписала женщина.

Дядька выдыхает и отступает на шаг. Следом я вижу как он расправляет плечи и демонстрирует поистине военную выправку.

— Ларди Э’Вилн, у нас возникли проблемы, — чеканит Иштван.

Хлопаю его по плечу.

— Другое дело. Спустись вниз и приготовь нам чай, я скоро буду.

Иштван коротко кланяется. Наверное впервые с тех пор как я оказалась тут он делает это искренне, как преданный слуга, а не как человек, который задумал поиздеваться.