Будущий бывший - Харли Напьер

— Ну что, Огарев, — задирая подол юбки и растрепывая волосы, мстительно проговорила Вика. — Простит тебя твоя мышь?

Глава 12. Алиса

Самой не верилось до конца, что мне удалось уговорить Руслана. Пришлось пустить в ход не только свои женские чары, но и подключить тяжелую артиллерию в виде девичьих слез. Зато радости моей небыло предела. Семья Огарева на деле оказалась просто замечательной!

Стараясь не запутаться в дверях, коих в коридоре было целое множество, четко следовала инструкции от приветливой женщины в строгом костюме. Судя по всему она здесь работала и контролировала официантов. Продолжая улыбаться схватилась за ручку двери, которая должна была вести в уборную, и резко дернула. Дверь чрезвычайно легко поддалась, а меня… Я словно оказалась с головой погруженной в воду. Без возможности сделать вдох.

Видимо нервная система не сразу восприняла увиденное, так как я продолжала с улыбкой наблюдать за Викой, чей зад сверкал ажурными трусами, и Русом, лицо которого буквально перекосило от злобы. Того и гляди он начнет убивать. Только непонятно до конца кого…

— Упс, — наигранно удивилась моему появлению Вика, — Руся, твоя девушка пришла.

— Алис, — смотря в мои глаза, холодно произнес Огарев, — мы просто… Черт. Это не то, что ты подумала.

— А что я подумала? — словно эхом отозвалась я. Губы не слушались, а сердце болезненно сжалось.

— То-то, — активно кивала Вика. — Прелюдия у нас. Что еще тут можно подумать? Выйди и дверь закрой с той стороны.

— Ты совсем отбитая?! — взревел Огарев, в два шага преодолевая разделяющее их расстояние и хватая за шиворот платья начавшую визжать Вику. Раздался оглушительный треск.

— Пусти! — брыкалась она, стараясь ногтями расцарапать лицо Руса, который как мог уклонялся от ее рук. — Ублюдок неблагодарный! Я тебя любила!

На последних словах децибел голоса Вики повысился настолько, что Руслан инстинктивно поморщился. Этого мгновения промедления блондинке оказалось достаточно, чтобы с силой дотянуться до его шеи и оставить на коже несколько стремительно краснеющих борозд.

— Деньги ты любила! — словно дикий зверь зарычал Рус, отталкивая Вику к стене и заламывая руку. Казалось, его практически не волновала рана. — Если из-за тебя, твари, мы поругаемся…

— Больно! — сквозь слезы взвыла девушка. — Не было ничего, — обратилась она ко мне. Юбка ее так и была задрана, тушь размазалась по лицу, а сама она стояла в полусогнутой позе. — Я обманула. Пусти!

— Руслан, отпусти ее, — будто очнувшись, подбежала к Огареву и попыталась оттащить его от Вики. — Ей больно…

— Ничего ей не больно, — проигнорировал мою просьбу Огарев. — Эта лживая сука ради спасения своей шкуры и не такой спектакль разыграет.

— Руслан, я верю, что между вами ничего не было, только, пожалуйста, остановись, — не на шутку испугавшись за девушку, затараторила, практически повиснув на руке Огарева.

Сейчас мне увиденное и правда казалось слишком неправдоподобным. Когда я открыла дверь, Руслан был полностью одет, стоял не рядом с Викой, да и она уж слишком вызывающе себя вела. Явно провоцируя меня и очерняя моего любимого.

— Что здесь происходит? — раздался позади разгневанный бас Огарева-старшего.

Я же зажмурилась, представляя какую колоритную композицию мы представляем.

— Охренеть, — почти по слогам проговорила Алёна, тоже прибежавшая на шум. Видимо мы собрали весь дом, так как и мама Руслана была здесь.

— Русланчик, сынок, — запричитала она сердобольным тоном, — я же говорила тебе, что бить девочек — это плохо…

— Мам, — шикнула Алёнка, — пойдем за стол. И без нас разберутся.

— Руслан, Алиса отпустите мою дочь! — как-то визгливо проговорил Владимир, решивший что мы вдвоем истязаем Вику.

Огарев видимо придя в себя, наконец-то разжал руки, отталкивая от себя девушку. Я наивно полагала, что та радостно убежит, однако мои предположения оказались далеки от правды.

— Ты конченная сволочь, Руслан! — кричала она, растирая остатки макияжа по лицу. — Променял меня на эту… дворнягу. Мы могли бы стать самой завидной парой. А ты выбрал дешевую столовку, вместо дорогого ресторана.

— Очнись, чокнутая! Какие столовки? Какие рестораны? Если так сильно извела себя сраными диетами, что постоянно жрать тянет, то стол накрыт, газуй.

— Да пошел ты, Огарев! Все вы… — она обвела взглядом собравшихся, говоря с ненавистью, — …пошли! Папа, мы уходим.

Владимир, бросив недовольный взгляд на Руслана, подхватил под локоть свою дочь и они торопливо покинули уборную.

— Для этого? — как только мы остались втроем, развернувшись с вызовом спросил у отца Рус. — Для этого ты меня позвал? Прекрасно зная, что я приду с Алисой, — ты пригласил и ее.

— Она практически член нашей семьи, — непоколебимо выдал Александр Юрьевич. О моем существовании будто все забыли. — И я не думал, что мой сын опустится до такой низости, как разборки с бывшей любимой возле унитазов.

— Ах, простите папа! Я ваше огромное разочарование, — выплюнул зло Рус.

— Это не так, — потерев устало переносицу, спокойнее возразил Александр Юрьевич. — Ты просто никого не слышишь кроме себя. Какого мне наблюдать, как мой сын гробит своё будущее? Я хочу для тебя достойного образования. Я мечтаю передать тебе бизнес, построенный мною с нуля. И да, прости уж сердобольного старика, я хотел для тебя достойную партию. Соответствующую твоему уровню и статусу.

— А мне плевать на статусы. На Америку твою. Здесь я нашел Алису и никуда от нее не уеду. Даже больше. Я докажу тебе, что сам в состоянии обеспечить нас. Алиса, теперь мы точно уходим, — грубо беря меня за руку и обходя отца, Рус двинулся на выход.

Видимо, можно было считать, что попытка примирения провалилась.

— До свидания, — стараясь быть вежливой проговорила торопливо, едва поспевая за любимым.

— До свидания, Алиса. Спасибо тебе, — с грустью произнес отец Руслана, провожая нас задумчивым взглядом.

Мы буквально неслись по коридору, так размашисто шагал Огарев. На встречу нам