Анатомия Джейн - Амелия Лефей

Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

— Я подумаю об этом.

Кем бы я была, если бы не стала горничной или помощницей бармена (менеджера, бухгалтера, стриптизерши)? Я не имела ни малейшего представления, но теперь мне стало любопытно.

Глава 8

Джейн

— А розы — не слишком банально? — нахмурился Макс, когда продавщица упаковала цветочные лепестки, а я схватила столько чертовых свечей, сколько смогла.

— Банальности становятся таковыми, потому что они работают! — сообщила я, присматривая поздравительную открытку для Уэса.

После того как в деталях продумали план действий, мы с Максом решили покинуть пентхаус. Однако Уэс выбрал самый неподходящий момент и вернулся домой. Мы не нашли лучшего объяснения кроме того, что сегодня утром у меня назначена встреча с доктором, и Макс предложил составить мне компанию. Я видела, что Уэс заподозрил неладное, но не стала ничего говорить. В любом случае он собирался пробыть в ресторане до вечера.

— Это все, мэм? — Женщина за прилавком весело посмотрела на меня.

Мне пришлось по душе, что она никак не отреагировала на синяки на моем лице. Надеюсь, это означало, что они наконец-то стали выглядеть лучше. Неделю назад я почти не воспринимала собственного отражения. Это было ужасно.

— У вас есть воздушные шары? — Я перегнулась через прилавок, чтобы посмотреть.

— Никаких воздушных шаров, — вклинился Макс, доставая кредитку.

— Какой день рождения без воздушных шаров? — возмутилась я.

— Возможно, если тебе исполняется пять.

— Значит, мне пять. — Я молитвенно сложила руки и наклонилась к нему, одарив самым трогательным щенячьим взглядом, на который только оказалась способна. — Пожалуйста?

Он пристально посмотрел на меня и, судя по всему, скрипнул зубами.

— Добавьте пару воздушных шариков.

— Дюжину, пожалуйста.

Я повернулась к продавщице. А она хихикнула и потянулась к двум разным наборам.

— Обычные или гелиевые?

— Гелиевые, — выбрала я.

— Обычные, — одновременно со мной произнес Макс и, прежде чем я снова попробовала убедить его в обратном, потянулся к обычным. — Как это будет выглядеть, если мы вернемся домой и нас застукают с гелиевыми шарами?

— Ладно. — Развела я руками в шутливом жесте, а он покачал головой, подписывая чек.

Где-то на задворках сознания я отметила, как Макс сказал «когда мы вернемся домой». Я гостила у него всего лишь второй день, а он уже называл это место моим. Мне не нравилось, как сильно я наслаждалась этим.

— В этом бесконечном списке осталось еще что-нибудь? — спросил он, хватая пакет.

Я потянулась за блокнотом.

— Цветы и свечи, галочка. Поздравительная открытка, галочка. Продукты, две галочки, потому что я никогда не забуду, каким растерянным ты выглядел, когда шел по рядам.

— Я не растерялся, просто в магазине все неправильно организовано, — пробормотал он немного смущенно.

Взрослый тридцатилетний мужчина и никогда не ходил в магазин за продуктами. Вот это жизнь, чувак.

— Как скажешь, — ответила я, когда мы вернулись к его машине.

Я была благодарна Максу, что вместо «Феррари» мы поехали на простом черном «Мерседесе», хотя слово «простой» для подобной машины абсолютно не подходило. Прежде чем сложить вещи и продукты в багажник, Макс открыл дверь для меня.

— Отлично, нам должно хватить времени, чтобы подготовиться.

— Ты же знаешь, что я могу кого-нибудь нанять.

— Это не романтично! — отрезала я, не позволяя ему продолжить. — Он знает, что ты богат. То, что легко дается, не ценится. Что ты делал в предыдущие годы?

Макс пожал плечами.

— Обычно мы просто…

— Обычно ты просто, что?

— Ты уверена, что хочешь знать?

Это походило на вопрос с подвохом, но мне было чертовски любопытно.

— Конечно, так что?

— Он увлекается БДСМ. Мне это отчасти нравится, но я не получаю такого удовольствия, как он. В день его рождения я позволил ему немного побезумствовать, — ответил Макс, и я больше не могла смотреть на него.

Вместо этого я молча пялилась на дорогу, пока он вел машину. Проблема была не в БДСМ, а в том, что я видела их обоих голыми и даже наблюдала Макса с кляпом во рту. А теперь вспомнила об этом.

— Я пытался тебя предупредить.

— Ну уж нет! Ты прекрасно знал, что я сразу поведусь.

— Ты что, покраснела? — рассмеялся он, и я схватилась за свои уши.

— Заткнись!

К счастью, он не стал упорствовать, что позволило мне успокоиться. Откинувшись на спинку сиденья, я снова просмотрела список.

— Уверена, ему понравится то, что мы устроим в этом году, — улыбаясь про себя, тихо проговорила я.

— Ты такая странная.

— Почему?

Макс бросил на меня быстрый взгляд.

— Ты становишься по-настоящему счастливой, когда помогаешь другим людям. Даже с Ирэн, после того как облила вином этих мерзких баб, я заметил, насколько ты горда собой.

— Я не признала своей вины. Насколько известно, это был несчастный случай. — Я подмигнула, на что Макс закатил глаза.

— Зачем ты вообще пошла с ней? Это же не входило в твои должностные обязанности.

— Ты не знаешь свою кузину? Все думают, что она недалекая, но она злой гений.

— Это все еще не объясняет, почему ты изо всех сил старалась ей помочь.

— Просто я хороший человек. — Я подняла голову, медленно подбирая слова. — Мне не нравится видеть других смущенными или страдающими, потому что это заставляет меня думать о том… что я могла бы оказаться на их месте. Таким образом, опять же, совершенно эгоистичная причина.

Он ничего не ответил. Мы подъехали к его дому, и один из швейцаров подошел за ключами Максвелла, а другой открыл мне дверь.

— Мы сами возьмем, — объявила я, бросаясь за пакетами в багажник. Я даже протянула несколько Максвеллу. Он только растерянно уставился на них. — Нормальные люди сами носят свои покупки.

— Я не хочу быть нормальным.

Я покосилась на него, и в ответ Макс лишь вздохнул и забрал у меня пакет. В этот момент он напоминал мне большого ребенка.

Швейцар немного обогнал нас и открыл перед нами лифт.

Богатым людям, по-видимому, трудно даже нажимать на кнопки.

— И чего это ты разулыбалась?

— Потому что могу. — Я раскачивалась на носках взад-вперед, наблюдая, как мы проезжаем этажи. — Вопрос: Уэс живет с тобой? Почему люди в фойе этого не знают?

— Отвечаю, — усмехнулся Макс. — Апартаменты Уэса прямо под моими. Он постоянный жилец. Просто большую часть времени проводит у меня. Кроме того, все здешние швейцары и горничные подписывают соглашение о неразглашении.

Они все предусмотрели.

— Пентхаус, — сообщил автоматический голос, когда мы добрались до нужного этажа. Максвелл открыл передо мной дверь, и