Трагедия в стиле свинга - Андрей Валерьевич Ганеша

Уже в Москве я встречаю Вику из аэропорта на такси, и мы мчим из Шереметьево ко мне домой. Вика рада снова видеть меня, я ее тоже. Дома я раздеваю Вику и набрасываюсь на нее:

— Ну что, бакинская блядюга, хаживали к тебе бакинские кобели? — спрашиваю я, овладевая Викой.

— Нет, я думала о тебе, — улыбаясь, врет Вика.

По сексу я, конечно же, понимаю, что у Вики в Баку что-то было.

По скайпу я звоню своему другу Максу. Максим долгое время руководил собственной транспортной компанией. Но в середине двухтысячных, как и многие в нашей стране, Максим не выдержал монополизации рынка. Рынок с помощью манипуляций власти переходит в руки крупных игроков. Два года подряд он пил водку, пока окончательно не пропил то, что осталось от руин бизнеса, а после просто стал висеть в интернете, живя дома у родителей. Я решил познакомить его с Викой. Макс начинает глумиться над Викой, прозрачно намекая на корыстный интерес в теплой квартирке. Вика плачет, я успокаиваю ее: «Максим всегда не любил моих женщин и всегда всех стебал». Но она как-то подозрительно серьезно относится к его словам.

Мы с Викой вернулись к нашей беззаботной жизни. В ее выходные мы гуляем по паркам, ходим на антрепризы в ЦДКЖ. В отличие от классического театра, я полюбил антрепризы, где не пытаются умничать, зрителя по возможности развлекают и делают это хорошо и с юмором. К зрителю тоже особых требований нет, можно демократично прийти в джинсах и кроссовках. Такие звезды, как Садальский, позволяют себе общение по душам со зрителем, и пусть я с ним не согласен, но его искренность достойна уважения. Скоро каникулы у моей дочери Маши, которые я хотел провести с ней в Египте, и, чтобы Вика сильно не расстраивалась, я вновь покупаю путевку в Индию. На этот раз нас ждет индивидуальный тур: золотой треугольник с городами Дели, Джайпуром, Агрой, а после мы должны лететь на самый юг Индии, в Кералу.

Поездка состоялась опять на Новый год, сестра Вики Юля, немножко побурчав, все же отпускает Вику. Хотя я не понимаю, какая ей разница, когда отдыхать — на Новый год или в другое время, на Новый год стоимость отдыха неправомерно повышается в два раза. У Юли появился новый парень — Рома. Рома — качок с огромным хуем, и у Юли теперь новая интимная проблема: ей стало больно трахаться. Но все же новые отношения улучшили ее настроение.

В Дели нас встречают водитель и гид, который очень плохо говорит по-русски, ну где-то процентов тридцать из сказанного понять можно. Проведя ночь в отеле и позавтракав, выхожу оглядеться на округу. Мимо меня люди толкают какую-то разукрашенную телегу и что-то весело напевают. Вначале я подумал, что это свадьба, но, поинтересовавшись, понял, что телега — колесница Кришны. Значит, какой-то праздник. С утра достаточно прохладно, ведь ночью температура в Дели +5, днем постепенно воздух прогревается до +20. Проезжая вчера по Дели, я видел, как ночью велорикши, развозящие днем людей, ложатся спать на голой земле в скверах. Даже для меня, представителя северного народа, это кажется круто. Днем мы с Викой ходим по музеям Дели, заходим в большую мечеть. Каких-то больших индуистских храмов, к моему удивлению, в Дели нет, но зато есть огромный белый сикхский храм. Нас спрашивают, есть ли у нас в карманах табак, мы оставляем вещи и обувь в специальной будке и идем в храм. Религия сикхов, представляющая собой некий микс ислама и индуизма, запрещает всякие наркотики, даже такие легкие, как табак. Сикхи верят, что после смерти душа человека не переходит никуда, а просто возвращается к Творцу. Душа, по поверьям сикхов, не исчезает, а сохраняется, как и все в этом мире. Храм предстает огромным пустым залом, никаких изображений религиозных сюжетов, в центре храма пять человек играют на струнных инструментах и поют медитативную музыку на пенджабском языке. Хочется побольше узнать об этих благородных воинственных людях, но спрашивать что-то у плохо говорящего гида даже не хочется.

Над Дели стоит постоянный смог, но после лета в Москве я уже не чувствую грязного воздуха. В дымке виднеется огромная статуя Ханумана — обезьяноподобного божества. Мы едем осматривать правительственный квартал. Вот мы уже добрались до арки «Врата Индии», которую зачем-то охраняет пара военных с карабинами. За забором виднеется большой Президентский дворец. Все-таки это азиатская традиция: пока народ живет в жуткой нищете, правители должны излучать роскошь.

На следующий день мы едем в Джайпур. Дороги переполнены транспортом, время от времени мы останавливаемся, чтобы оплатить следующий участок дороги. Кого только не встречаешь на этих дорогах Индии: коров, слонов, сбитых мартышек и даже детей, играющих в футбол или бадминтон. К вечеру мы въезжаем в Джайпур, там среди озера виднеется красивый дворец, за семиметровым забором — роскошная и очень дорогая гостиница. Интересно, что за люди живут в этой роскоши среди индийской нищеты. Может, там, за высоким забором, они играют в поло на слонах и щупают лучших мировых моделей, кто знает. Добравшись до отеля, мы идем гулять по городу, ловим тук-тук и пытаемся добраться до индийской дискотеки. Немного пообщавшись с местными, мы сделали вывод, что люди в Центральной Индии не так дружелюбны, как в Гоа, и, не дождавшись танцев, мы едем ужинать в отель, чтобы там упасть друг другу в объятия.

Нас возят по дворцам и музеям Джайпура, иногда заводя в специальные магазины для туристов. В одном из них я присмотрел красивое сари для мамы. Узнав цену, я обалдел, что этот местный Юдашкин продает сари за две тысячи долларов, что составляет три годовых зарплаты обычного индуса. Больше в подобные магазины я не заходил. От местной еды стал страдать мой желудок, острую пищу мы запивали чаем массала с молоком, даже в чае у индийцев обилие специй. В отличие от Южной Индии, в Центральной Индии в большом количестве присутствуют свиньи. Они преспокойно лежат себе в городских лужах, порой даже в двадцати метрах от мечети. По зданиям лазает множество мартышек, хранимых Хануманом. Несмотря на отсутствие белка в рационе местного населения, мартышек ни индусы, ни мусульмане не едят.

Днем с Викой мы едем кататься на слонах. Я в красной русской вышиванке с Викой на слоне, все это смотрится весьма психоделически, огорчает только индус, неотрывно идущий