Огонёк для трех монстров - Поля Потапкина

Уже замутнёнными глазами мы втроем замечаем вокруг искры светлой энергии. Настя отключилась, опять на наших членах, выдала огромную пропорцию света, и продолжала волнами производить отдачу чистой светлой энергии.

— нужно собрать энергию.

— нам нельзя ее хранить!

— нам нужно много на переход к Осирису. И оставить для древнего.

— усилим охрану.

— отдайте мне хрусталик!

Мол забирает малышку, укладывает под себя, прижимает ее как куклу, ещё урчит.

Наблюдая это с Лехшем мы молча встаём и убегаем, уже в виде монстров. Дел очень много.

22

Я вижу сон. Так много теней. Я стою на скале, а вокруг море душ.

Они тянут ко мне руки, щупальца, клешни.

— Помоги… — стоны, такие страшные и отчаянные.

— Оно жрет нас медленно… — стоны, стоны кругом.

У меня кровь в венах застывает от их воплей, рыданий. Тени и души. Разные расы. Их раздирает изнутри. Я хочу помочь, я отдам все чтобы им помочь. Моё сердце рвется от боли.

— Тише, тише… — меня гладят, укутывают любимые руки Мола.

— Их так много Мол, так много… — не удерживаюсь и плачу. — нам нужно быстрее на Осирис. Мне так больно. Где Шерх с Лехшом?

Выбираюсь из объятий Мола, и понимаю, что я не известно где! Черные стены, переплетение паутин и канатов жизни, мебели нет. Одна огромная кровать с черным бельем и множеством подушек. Высоко на потолке огромная паутина. Окон совсем нет. Пахнет сексом, нашими телами. Вспомнила! Покраснела. Вот ненасытные, я тоже хороша.

— Мне одеться надо, и я хочу рассказать вам троим, что видела!

— Братья придут скоро, иди ко мне, хочу тебя.

— Угомонись! — топаю ножкой.

— Злюка — Мол щелкает пальцами и прям передо мной возникает шкаф. Мол спрыгивает с кровати и подхватывает меня.

— Пойдем купаться злючка. — щекочет меня пока несёт, а впереди нас возникает бассейн с голубой подсветкой.

— Ого, мыться в бассейне?

— сладкая можем не только мыться, целует меня в висок.

Бассейн огромный и по виду очень глубокий.

Позже сидя уже одетой, в мягкие штаны — султанки и просторную блузку, да не очень сексуально — зато практично. На ножках удобные тапочки с загнутым носком, вся одежда под восточный стиль. Мне чалмы только на голове не хватает.

Меня старались накормить, пока я, всхлипывая рассказывала свой сон.

— Малыш, так может это просто сон был? — Лершх спрашивает, после закидывает горсть орехов к себе в рот.

— Нет! Это не сон! Нам нужно как можно быстрее попасть на планеты вблизи звезды Осириус. Я уверена, что на самой звезде уже есть пятно. Ваша мама так же указывала на этот путь. Если я правильно поняла, то там уже нет никого живых, и только души и сущности мучаются, их сейчас вот, прям в эти секунды пожирает изнанка! — слезы бегут ручьем, как мне передать всю боль, что я сама чувствую!

— Тшшш… хорошо мы сегодня же переместимся через портал, успокойся только. Лехш как давно была связь с планетами возле Осириуса? — Шерх укачивает меня на руках, запихивая мне в рот кусочки мяса. Вот только я не чувствую вкуса еды.

— Сегодня, пять часов назад. — отчет о разработке бактерий, нового вида и новые данные по растениям, все. — отвечает Лехш.

Мол все время разговора кушавший, вскакивает…

— Там нет растений! Какие растения, вы были на тех планетах? — рычит Мол на братьев, — А я там бывал и не раз, эти планеты сальники, там нет растений! За то много растений есть в близи нашей системы на Парауде, это совсем с нами рядом! Лехш смотри как давно был отчет с Парауда?

— Так же пять часов назад!

— Нужно допросить нашего нового друга, узнать, где находится его вселенная!

— Если твои мысли подтвердятся, то нужно эвакуироваться оставшимся арахнидам и кстати не только им.

— Стойте, эвакуация не поможет, заражение и распространение уже задело все миры и планеты, где-то меньше где-то больше. Нам нужен источник этой вечной жизни! — говорит Настя.

— Малыш мы не можем тобой рисковать! — Шерх прижимает меня к своей груди.

— У нас нет выбора, любимые мои, мы должны это остановить. Наши дети за пеленой вечной жизни. Это трудно объяснить, но мы рождены для уничтожения этой опасности. — они должны принять факт, что у нас нет выбора.

— Ты наелась? — Шерх заглядывает своими черными глазами.

— Да… — глубоко вздохнув, встаю и начинаю петь, я пою на неизвестном мне языке, очень грустную песню, она похоже на песнь эльфов из наших земных фильмов, мой голос волнами омывает, ласкает родное гнездо моих мужей.

Я не понимаю от куда льется знания языка песни, не понимаю слов, что пою. Только энергия вокруг меня меняется, и я вижу силуэт перед нами, вот появляется второй и третий силуэт. Через минуту вокруг нас уже десятки душ, они все прозрачного — белого цвета. Они поют со мной. Хор голосов разносится по всему гнезду.

Меня словно выносит из своего тела, я вижу нас с верху, чувствую всю жизненную систему гнездышка, оно впитывает мою песню, оно поет со мной, и я слышу голос ребенка — это и есть голос гнезда. Души, что ждут своего перерождения, это все родичи моих мужей. И вот я уже за пределами гнезда. На поверхности родина моих мужей оказывается красной и почти безжизненной. Вот почему они живут под землей.

А ядро планеты — это ребенок, странный, но ребенок, я энергетически чувствую, что он очень маленький и его обидели, не так давно, мда… арахниды думают, что тут древний монстр, а здесь… божество — не божество, но очень близкое к богам и звездам существо.

Я мысленно ласково глажу ребенка — монстра, или ребенка — планету не определилась еще, похоже эта планета сама еще не определилась кто он. По планете расходятся волнами песня, наша песня — голоса душ с тонким голосом ребенка — планеты и моим голосом.

Вздыхаю и открываю глаза, я снова посреди огромного черного зала. Мужья стоят возле меня, держат меня за руки, Шерх с Молом за правую руку а Лехш за левую. Они очень хмурые.

— Пора — говорю я — без вас гнездо