Тщательно отшлепанная - Тилли Коул

Мысль за мыслью проносились в моей голове с такой скоростью, что у меня закружилась голова. Когда все это стало невыносимо, я проговорила.

— Я не хочу, чтобы на меня мочились!

Гарри не отрывал глаз от дороги и даже не проявил ни малейшей реакции на мою вспышку.

— К счастью, я воспользовался туалетом перед тем, как покинуть офис.

— Нет, я не имела в виду, что думала, что ты на меня помочишься. На самом деле, из всех, кого я знаю, ты был бы последним человеком, от которого я ожидала бы такого. — Мы остановились в пробке, и я пожалела о том дне, когда узнала, что такое уро-блядь-филия.

Гарри потирал лоб, явно тоже пораженный направлением нашего разговора.

— Мисс Паризи, не могли бы мы прекратить говорить о моче. Мне кажется, это неподходящая тема для цивилизованной беседы.

Я быстро просмотрела список, гадая, что еще он мог увидеть. И застонала, увидев пятый пункт сверху. Фистинг.

— Ты видел строчку о фистинге в жестком или ином? Это список того, что я не буду делать. А не список желаний.

Гарри испустил долгий вздох.

— Мисс Паризи. Пожалуйста. Прекратите.

— Я видела, что ты его читал. И просто хотела, чтобы ты знал, что я не хочу быть сэндвичем.

— Сэндвичем? — спросил он с явным раздражением.

— Двойное проникновение. Один спереди, другой сзади. Секс с двумя сразу, понимаешь?

— Не особо.

Я поняла, что мои указательные пальцы направлены друг к другу, изображая именно двойное проникновение.

Опустив руки на колени, я закрыла глаза и попыталась придумать ложь, которой можно было бы объяснить наличие у меня такого списка. Салли сказала мне, что никто из высокого руководства не должен знать о «НОКС». Гарри был генеральным директором. Я не хотела, чтобы он, едва начав работу, отстранил меня от дел, чтобы не расстраивать своих высокопоставленных и влиятельных друзей, которые жили под множеством необычных масок, которые я видела.

Мои глаза распахнулись.

— Это для моей колонки, — сказала я. — Я составляю список предпочтений, которые немного выходят за рамки. Знаешь, то, что я могу обсудить в колонке в какой-то момент, что может показаться людям интересным.

Гарри вздохнул.

— Вы, безусловно, живете интересной жизнью, мисс Паризи. Мне кажется, я никогда не встречал никого, похожего на вас.

Я уставилась прямо перед собой, сомневаясь, не оскорбили ли меня только что в вежливой и мягкой форме.

— Ты назвал меня Фейт, — пролепетала я. Я понятия не имела, почему именно эта мысль занимала сейчас главное место в моей голове. Гарри никогда раньше не называл меня по имени. И он поднял меня с земли. И понес на руках в свою машину, прижимая к груди. В машину, где был подогрев сидений.

Его челюсть сжалась.

— Я просто сболтнул лишнее. Это было непрофессионально с моей стороны.

— Так же непрофессионально, как видеть «большие анальные пробки» в личном списке сотрудника?

После этого машина резко остановилась.

— Это твое здание? — спросил Гарри. Дождь из проливного превратился в туманную дымку.

— Да. Это мой дом.

Гарри потянулся за курткой и сумочкой. В этот момент пришло уведомление на мой мобильный телефон. Я сразу же заглянула в сумочку и прочитала сообщение.

За тобой заедет лимузин. Не опаздывай.

Это был номер, который, как я знала, принадлежал «НОКС». Невероятно сложные часы на приборной панели машины Гарри подсказали мне, что я должна шевелить задницей.

— Черт, — сказала я и выпрыгнула из машины. Гарри обошел капот и протянул мне мою туфлю без каблука. — Спасибо. И спасибо, что подвез домой.

— Давай я провожу тебя до двери.

— Нет! Все в порядке, — сказала я, махнув рукой в неловком прощании, когда подошла к перилам крыльца.

— Фейт? — я обернулась и увидела Сейджа, идущего по улице.

— Сейдж! — сказала я с облегчением.

Сейдж прошел мимо Гарри, и глаза его расширились, когда он встретил мой взгляд.

— Гарри Синклер? — пробормотал он, и я натянуто улыбнулась Гарри через плечо Сейджа. Лицо Гарри было твердым, как камень, когда он смотрел на нас. — Фейт, на тебе нет обуви.

— Понеси меня, — прошептала я. Сейдж нахмурился в замешательстве, но сделал то, что я просила. Он подхватил меня на руки и направился к двери.

Гарри стоял на тротуаре как статуя, сложив на груди мускулистые руки.

— Доброго дня, мисс Паризи, — нейтрально сказал он и сел в машину.

— Он считает меня идиоткой, — сказала я Сейджу, когда мы благополучно вошли в фойе, и Гарри уехал.

— А тебе какое дело? Ты ведь ненавидишь этого парня, верно?

— Точно, — сказала я. — Конечно. — Я указала на лифт. — Быстро соображаешь, мой хороший человек. Maître ждет, и его личный лимузин заберет меня с минуты на минуту.

Лифт закрылся и доставил нас на наш этаж.

— А почему твой босс вообще здесь оказался? — спросил Сейдж. — Это был он, верно? Я узнал его по фотографиям в Интернете.

— Да, но это долгая история, а сейчас я должна подготовиться к тому, что меня может отшлепать по заднице сексуальный француз.

— Ну вот, еще один обычный день, — Сейдж покачал головой, забавляясь.

— Просто еще один обычный день.

«Фейт», — услышала я голос Гарри, раздеваясь. Не мисс Паризи, а Фейт. По мере того, как я погружалась под горячую струю душа, его голос становился все громче.

Потом я вспомнила, как он улыбнулся в лифте. Эта чертова улыбка с ямочками. Странное трепетание под грудиной снова вернулось. Я закрыла глаза. Стеки, которые висели у Maître на стене, с каждой минутой казались мне все более привлекательными.

Когда в моей глупой голове в очередной раз раздался обеспокоенный крик Гарри «Фейт», я взмолилась, чтобы Maître выпорол меня сегодня до смерти.

Мне не нравился виконт Гарри. Он был напыщенным и гордым ослом… мне просто нужно было постоянно напоминать себе об этом.

Глава девятая

— Хорошо, что я уверена в себе, — сказала я, посмотрев на свое отражение в отдельной раздевалке в «НОКС». Вчера вечером Банни сказала мне, что наряды в моем шкафу были подобраны с учетом особых предпочтений Maître. Похоже, Maître Огюст любил кожу, но минимальное ее количество.

На мне был комплект из бюстгальтера и трусиков, но чашечки бюстгальтера, как ни странно, отсутствовали, открывая миру голую грудь. Чтобы дополнить этот образ, промежность трусиков отсутствовала. Во всем остальном я была полностью обнажена. Я накинула вуаль на волосы, которые по инструкции были распущены, и закрыла лицо, сохранив анонимность.

Вздохнув, я направилась к лифту,