Тайна Эвелин - Имоджен Кларк

коже цветочками. Если бы их делали большего размера, я бы и себе такие купила – будь у меня деньги, конечно. По дороге домой мы купили малиновое мороженое, слопали его на набережной, а потом гоняли чаек, забежали в воду и намочили себе подолы. Море было ледяное, у нас посинели ноги, но нам было хоть бы что. Надо чаще бывать у моря, пока мы здесь. После возвращения в Лондон это станет гораздо труднее.

Только в Лондон они так и не вернулись. Одри сказала Пип, что Эвелин по-прежнему здесь. Сколько та ни твердила, что заберет отсюда Скарлетт и продолжит актерскую карьеру, Саутволд стал для нее ловушкой. Скарлетт уже должно быть около сорока лет. Пип надеялась, что хотя бы она расправила крылья и улетела.

18

Решив побеседовать с Джезом, Пип уже на следующий день поймала его после завтрака.

– Привет, – начала она. Вышло немного вымученно, но надо же было с чего-то начать.

– Привет, – отозвался он без особого тепла в голосе.

– Послушай, мне стыдно, что после возвращения я еще с тобой не разговаривала, – сказала Пип. – Мне было как-то… ну, ты понимаешь. Прости. Я должна была постараться.

На лице Джеза читалось: «До тебя это только сейчас дошло?» Но он промолчал и явно не собирался облегчать ей задачу.

– В общем, – продолжила Пип, – я тут подумала, может, нам сходить выпить вместе, вспомнить былые времена? Надо наверстывать упущенное, сам понимаешь…

Ответа все не было, и Пип слегка поджала хвост. Уж не обманулась ли она? Вдруг у него властная девушка, которая не одобрит, если он согласится выпить со своей бывшей, пускай со времени их связи минула вечность. У его молчания могла быть и другая, более неприятная причина: слишком много воды утекло с той поры и ему уже неинтересно тратить время на ту, кем она стала за эти годы. Пип очень надеялась, что это не так.

Джез наконец поднял голову и посмотрел ей в глаза. На мгновение этот взгляд перенес Пип в детство. Он совсем не изменился, подумала она, не то что я…

Он улыбнулся ей.

– Продолжай, раз так бодро начала, – сказал Джез. – Вспомним старое, говоришь? Заодно я поведал бы тебе все, что знаю, о старушке Маунткасл. – Он приподнял бровь, и она поняла, что он ее разгадал – это было нетрудно. Он знал ее, по крайней мере знал раньше, и достаточно хорошо, чтобы так легко купиться.

У Пип вспыхнули щеки, она закатила глаза.

– Ты меня поймал! – сказала она с улыбкой. – Но все равно упущенное пора наверстывать. Где тут нынче выпивают?

– Как насчет «Головы клячи»? Примерно в семь тридцать?

Пип с облегчением кивнула.

– Самое то!

* * *

Почти весь день Пип ломала голову, что надеть. Конечно, встреча с Джезом – это не свидание: у него была девушка, а тут еще свежая, кровоточащая история с Домиником. И все же ей хотелось выглядеть привлекательной. В последнее время Пип махнула рукой на свою внешность и довольствовалась джинсами и мешковатыми свитерами, но мысль о предстоящей встрече с Джезом послужила щелчком. Она не могла разобраться в своих чувствах, потому что вообще отвыкла от каких-либо чувств; возможно, это была гордость, требовавшая, чтобы она не ударила в грязь лицом, возможно, что-то даже более важное, ее неотъемлемая часть, о которой она запамятовала, но которая теперь попыталась ожить.

Одновременно ее не оставляло чувство, что она не заслуживает ни прилично выглядеть, ни развлекаться – учитывая содеянное. Как наряжаться, когда мать убитого ею мальчика никогда уже, наверное, не позаботится о своей внешности?

В конце концов она остановилась на джинсах и на белоснежной блузке – нейтральный выбор, не слишком стильно и без выпячивания своих стараний; в любом случае Джез вряд ли обратит на это внимание.

Не желая привлекать внимание родителей к своим делам, она попыталась улизнуть, оставив на столе записку с адресом, где будет находиться, но ее мать, опять проявив незаурядное чутье, появилась в кухне как раз в тот момент, когда она натягивала куртку.

– Куда-то идешь, милая? – спросила она со смесью любопытства и радости на лице.

– Так, опрокинуть стаканчик, – ответила Пип в напрасной надежде, что дальнейших вопросов не последует.

– Вот и хорошо. С кем?

Иногда это смахивало на допросы в гестапо. Пип знала, что мать не зря интересуется, куда она собралась, ведь, приехав, она почти никогда не покидала ферму по вечерам, но у нее не было привычки отчитываться, поэтому сразу возникла клаустрофобия. Велик был соблазн наврать, но этим она только себе навредила бы. Лучше быть честной и не обращать внимания на вскинутые брови.

– Всего лишь с Джезом, – ответила она, избегая пытливого материнского взгляда.

– О!.. – только и ответила мать, но Пип и в этом звуке расслышала одобрение. Родители всегда считали, что лучше бы она вышла за хорошего местного парня, а не сбегала в Лондон, и, если честно, это их мнение все больше казалось ей разумным.

– Не знаю, когда вернусь, – предупредила она. – Ложитесь спать, не ждите.

Это было не прощание, а сознательная провокация. Она знала, что вернется задолго до того, как родители отправятся на боковую, просто была раздражена тем, как мать лезет ей в душу. Она покинула кухню не оглянувшись и хлопнула дверью.

– Как ты доберешься назад? – крикнула мать ей вслед.

Проклятье, об этом она и не подумала! В былые времена она бы попросту поехала на машине, но теперь этого варианта не существовало. Машина стояла во дворе нетронутая с тех самых пор, как отец забрал ее из полиции. Даже если бы она решилась сесть за руль, машина не завелась бы – наверняка сел аккумулятор.

– Могу попросить твоего отца отвезти тебя, а потом забрать, – предложила мать.

Не ребенок же она! Сначала приносишь в жертву личное пространство, а потом независимость.

– Нет, спасибо, лучше поеду на велосипеде! – крикнула в ответ Пип, как бы ни хотелось ей принять предложение.

– Осторожнее на дороге, – напутствовала ее мать без всякой нужды: Пип была теперь сама осторожность.

В пабе было пустовато. Туристический сезон еще толком на начался, посетители были по большей части местными жителями. Джез уже был на месте – болтал с барменом, заказав пинту пива. Когда Пип вошла, оба повернулись в ее сторону. Джез подмигнул ей, и она опять почувствовала себя шестнадцатилетней.

– Ты же помнишь Пип, Уилл?

Уилл утвердительно кивнул.

– Привет!

Обошлось без вопросов, чего это она вернулась и как поживает; Пип предположила, что они успели это обсудить