Незримые тени - Дея Нира

– Замуж? – София подняла брови и звонко рассмеялась. – Но, дорогой брат, я вовсе этого не желаю. Мне хорошо здесь с вами.

И от этих слов сердце Деметрия забилось чаще.

– Папочка, как я теперь стану учиться музыке? – девушка надула губы.

– Прости, девочка, не знаю! – отец развел руками.

– Ничего, папочка. А ты поищи другого учителя.

Петер схватился за голову. За что ему это все на старости лет? Но спорить с дочкой было невозможно, да он и не мог.

На этот раз смотритель нашел одну монахиню, которая играла в церковной школе на органе и фортепиано, посулил хорошее вознаграждение и уверил, что его Софиюшка – настоящий ангел и с ней не будет никаких проблем. Монахиня любезно согласилась приходить три раза в неделю, чтобы обучать прелестное дитя музыкальным премудростям.

Надо сказать, девушка и в самом деле оказалась способной. Она быстро соображала, что к чему, и вскоре стала играть довольно сложные произведения. К тому же монахиня сообщила, что у девушки чудесный голос, который можно и нужно развивать.

– Вот видишь, папочка, и ты, дорогой братец, у меня получается! – София хлопала в ладоши от радости, мечтательно закатывая глаза. – Еще певицей стану! Буду выступать на сцене, появятся сотни поклонников!

Перспектива иметь множество воздыхателей особенно ей льстила. У отца с братом, конечно, имелось свое мнение на этот счет. Но возражать Софии никто не решался. С ней бесполезно было спорить. Она всегда поступала так, как ей хотелось.

Последнее слово оставалось за ней.

Вслед за учителем музыки жертвой чар Софии стал заезжий циркач, потом сыновья трактирщика, галантерейщика, и множество других молодых людей. Смотритель то и дело замечал испуганных юнцов у себя под окнами, мечтающих издалека увидеть объект своего обожания.

– София, девочка, что ты им говоришь, почему они так липнут? – раздраженно интересовался Петер.

– Уверяю тебя, что абсолютно ничего, – уверяла его дочь. – Кто в городе увидел, кто на берегу. Не могу же я сидеть взаперти, в самом деле. Ну, глазеют, что с того?

Смотритель качал головой.

– Не нравится мне все это. Ох, не нравится. Пусть держатся подальше.

Теперь, когда дети выросли, Петер смог убедиться, как он ошибался насчет сына.

Такого предупредительного и внимательного молодого человека надо было еще поискать. Он рассуждал, как взрослый мужчина, вежливо вел себя с окружающими и никогда не укорял отца в том, что случилось в детстве.

Сам смотритель частенько терзался чувством вины и потому всячески поощрял теплые отношения между братом и сестрой. Особенно сейчас, когда София превратилась в прелестную девушку и стала доставлять этим столько беспокойства своему отцу. Деметрий всегда откладывал занятия, чтобы сопровождать Софию. Экономка Клара совсем одряхлела и еле передвигалась по дому, да и сам Петер был далеко не молод.

Удивительно, насколько близнецы были похожи внешне и насколько разными оказались их желания.

Разговорчивая, порывистая София и молчаливый, сдержанный Деметрий всегда, впрочем, находили общие темы для разговора. Его не утомляла ее живость, а она не скучала с братом. Так странно и удивительно сошлись они несочетаемостью характеров, как две половинки одного целого.

Софию увлекали другие люди. Ей страстно хотелось поведать о себе миру, поэтому мечта стать знаменитой певицей тешила ее самолюбие.

Деметрий же находил радость в уединении, разыскивая новые книги в старой городской библиотеке или приобретая новые в книжной лавке. Он впитывал знания, как губка, насыщаясь ими. И сколько бы ни прочел, ему казалось, что он узнал слишком мало.

Конечно, стоило Софии позвать его, как он без промедления спешил к ней. А в те моменты, когда сестра принимала дома подруг, ездила с отцом в город за покупками или в гости, он мог посвятить время себе. Больше всего ему нравились история, философия, алхимия и анатомия.

Приобщение к знаниям, в том числе и тайным, вызывало у него восторг.

Тетка Агата говорила не раз, что с такой светлой головой ему стоит отправиться на учебу в университет. Мысль эта была невероятно заманчивой. Но как же покинуть сестру на долгий срок? Вдруг он понадобится ей?

Вновь и вновь в его памяти всплывало страшное воспоминание: маленькая девочка падает со скалы.

А если бы он не оказался там в тот день? Разумом юноша понимал, что не сможет находиться с ней всегда рядом и что настанет время сделать выбор, каким путем им предстоит идти.

С тех пор, как он спас Софию, ему ни разу не удалось проявить свою силу вновь, как бы он ни старался.

Деметрий пришел к выводу, что та приходит или проявляется в какой-то ужасный момент жизни, когда угрожает опасность или он достигает наивысшей концентрации психического напряжения.

Как только семья воссоединилась, Деметрий успокоился.

Сила в нем задремала.

Он даже не был уверен, увидит ли он когда-либо ее проявление или она угасла насовсем. Вероятно, это проявилось в тот самый миг, когда сестре понадобилось его спасительное вмешательство.

Хотя он колебался между выбором жажды знаний и необходимостью присутствовать рядом с Софией, его подвижный ум нуждался в упражнениях и новых открытиях. Порой он был уверен, что способен видеть и понимать гораздо больше, чем оно представлялось на первый взгляд.

Ему стали открываться невероятные вещи. Он не только чувствовал людей, но и видел насквозь их помыслы и скрытые желания. Большинство окружавших его людей он понимал, а потому не слишком интересовался ими. Гораздо увлекательнее было наблюдать за теми, кому удавалось скрывать свое истинное лицо, и, чтобы разгадать человека, с ним приходилось повозиться.

Это исследование человеческих душ и сердец превратилось в занятное действо. Деметрий даже завел большую тетрадь, в которую скрупулезно записывал собственные наблюдения и мысли.

Тем временем жизнь островитян текла своим чередом.

Сотрясаемый штормами Тровос, такой негостеприимный поздней осенью, становился настоящей приманкой для приезжих торговцев в летнее время.

Резкий северо-западный ветер менял свое направление и становился юго-восточным. С конца мая до середины октября в городскую пристань заходило бесчисленное количество кораблей, больших и маленьких.

Вот это было событие!

Городок, отрезанный от Материка, наполнялся всевозможными товарами, а состоятельные гости могли вдоволь насладиться дружелюбным отношением местных жителей.

Люди ждали лета, чтобы распродать все, что было заготовлено, сделано долгими месяцами ожидания: одежду для взрослых и детей, кожаную обувь, неплохую деревянную мебель, разнообразные сорта варенья и сыров. В свою очередь приобрести заморские товары от женских побрякушек до породистых лошадей, привезенных в тесных корабельных трюмах.

Для Софии и большинства женщин, живших на острове, прибытие кораблей в порт означало пополнение гардероба: покупок платьев, чулок, лент, туфель и шляп, пудрениц и разноцветных флакончиков с потрясающими ароматами.

Ну, а Деметрий мог увеличить свою коллекцию книг и необычных предметов, которые собирал с большим воодушевлением. Так бы случилось и на этот