Услышь мой шёпот - Ника Браун

— Спасибо, сын! Я ценю твою отдачу короне и горжусь твоей выдержкой. Давай переживем этот день, сделаем выводы и будем строить планы на завтра. На Совете мы должны присутствовать все и твоя пара, будучи главным свидетелем, также будет там. Поэтому сегодня настройся быть наблюдателем, прочувствуй настроение дракона. Если будет тяжело даже просто находиться с девушкой рядом, дай знать. Гор будет присматривать за тобой. — он перевел взгляд на моего друга и тот с готовностью кивнул. — Ты уже, будучи драконом, смог принять решение в сторону королевских дел и оставить девушку. Поэтому будем надеяться, зверь ничего не выкинет.

— Я почти уверен в этом, отец. Но, да, понятнее станет после… Я готов.

— Отлично! Я верю в тебя, сын! — он похлопал меня по плечу. — Итак! — повысил он голос, потерев ладони друг о друга. — Через три часа у нас заседание с Советом и судьями. Нам надо выбрать тактику. Выкладывай, Гор, что мы имеем?

19. Киана. | Мысли, блины и Уголёк

Сегодня я проснулась раньше, чем обычно. Какая-то тревога всю ночь не давала мне спать. После того дня на балконе что-то изменилось во мне, что-то в моем подсознании сидело и не давало мне расслабиться. Будто бы крохотный колокольчик, каждый раз задеваемый воспоминаниями того дня, тонко брюзжал где-то глубоко в подсознании, тревожа и сердце и душу.

Сны теперь тоже изменились, несостоявшаяся трагедия повлияла и на них. Всё чаще мой «шептун» напоминал о себе, с той только разницей, что теперь я знала зовущего. И это был дракон. Тот самый. Каждый раз во сне оборачиваясь, я просыпалась, не успев рассмотреть его.

Нет, страха перед чудищем не было. Был интерес, желание задержаться во сне и разобраться в его тоске и зове. Желание узнать чуть больше…Возможно, чем-то помочь…

Поэтому и наяву, моё отношение к произошедшему не изменилось. Я, всё также, была уверена, что у зверя был правильный, благородный мотив и, что Моросс — неблагодарный участник этого события. Нет, конечно, я понимала опасения Совета и настаивала на дружелюбном настрое со стороны нашего королевства. Факт, что драконы существуют (кому, как не мне это знать!), не изменить, а вот какие отношения будут у нас с ними явление переменчивое и всецело зависящее от нас. И то, как вёл себя сейчас Совет, мне совсем не нравилось. Моё терпение уже заканчивалось и все чаще я ловила себя на мысли готовой крикнуть этим брюзжащим политиканам: «Угомонись, истеричка! И включи уже мозг!»

Я часто задавалась вопросом, что бы сделала я, будь у меня влияние на Совет и внешнюю политику. И я четко осознавала, что с огромным удовольствием отправилась бы с дипломатической миссией в Шатан, познакомилась бы с их культурой и традициями, что называется, в живую. И постаралась бы завоевать их доверие, которое подорвали бывшие правители Моросса и Голя. Постаралась бы наладить мирный, выгодный для обоих сторон диалог.

Первые лучи солнца коснулись моего носа, торчащего из-под одеяла, напомнив мне и приземленности моего бытия.

— Нужно идти готовить завтрак. — прошептала я маленькому черному комочку, уютно устроившемуся в моих ногах. Дэни принёс котенка неделю назад, заявив, что в моем доме, со слов мальчугана, «так хорошо, что скоро и мыши об этом пронюхают и мне срочно нужен охотник!» И гордо вручил мне дрожащий мяукающий комок.

На следующий день всеобщим голосованием класса этому крохе было выбрано имя Уголек. «Клякса» был вторым по популярности именем, но, по-моему, оно больше подошло бы девочке.

— Ты пришел всё таки спать ко мне? Затискали тебя мальчишки? — почесала я за ухом зевающий Уголек. — Сбежал от них?

Сегодня у меня полный дом гостей. И мне это очень нравилось, оставаться одной до сих пор было диковато для меня.

После того, как однажды Дэни остался у меня с ночевкой, когда его родителям нужно было срочно уехать и Дэни не захотел оставаться со старшим братом, и после его хвастовства об этой прерогативе перед классом, все мои подопечные ревностно заявили, что «это не честно!» и теперь переодически дети по двое остаются у меня с ночевой. Мы весь вечер читаем, играем в слова, и пьем молоко с печеньем. Вот и сегодня была очередь Гарварда и Нолика, одних из самых младших мальчишек.

Возраст в классе был очень разношерстным, от 6 до 12 лет. Я брала всех детей, что не умели ни читать, ни писать. Были и дети постарше, знающие грамоту, которые приходили просить книги по математике и прочим дополнительным предметам и я все чаще задумывалась открывать группу в послеобеденное время для таких детей. Хотя бы часа на два. Чтобы изучать с ними точные науки.

И очень не помешал бы мне помощник, в последнее время я часто просила Лили вести за меня уроки, т к все заседания проходили в первой половине дня, когда мы учились. И я начала намекать ей, что у нее прекрасно получится быть преподавателем. Но она пока сомневалась, но помогала мне охотно.

Вот и сегодня в соседней спальне еще посапывала моя временная помощница. Лили всегда с удовольствием оставалась у меня, а я была и рада. Ей вновь придется заменять меня сегодня в школе.

Прошмыгнув в кухню с Угольком под мышкой мимо развалившейся на диване ребятни, я тихо прикрыла шторы на окнах, чтобы солнечный свет не разбудил маленьких энерджайзеров. Мне очень хотелось еще в тишине напечь блинов. Детского смеха и шума мне хватает в течении дня… недель…

— Держи, только не шуми! — поставила я блюдце с молоком перед котенком.

Пока замешивала тесто, я размышляла над предстоящим днем. А сегодня важные день. Не только для меня и Моросса, но и для всех соседних королевств. Сегодня первое заседание с участием короля Шатана. Я немного волнуюсь, хотя даже не могу сформулировать причину. Единственное, чего я точно боюсь, — это разочароваться в народе Шатана. Я настолько искренне верю в их благородство, что боюсь обмануть саму себя.

Но я уже знакома с несколькими шатанцами, с которыми уже успела пересечься в эти дни разбирательств. И это обычные люди. Ничего примечательного я в них не увидела, ну, кроме глаз и размеров. Вполне милые люди.

И это пробуждало еще больший интерес, куда и как помещается в них дракон? Как это происходит и почему? Эта загадка, которая заставляет меня часами сидеть у камина и зависать, вглядываясь в огонь. Я размышляю над