Не верь глазам своим - Кейт Уайт

Я погрузилась в чтение. В отличие от большинства звезд, которые клянутся, что ненавидят внимание прессы, Ева им наслаждалась. Она никогда не бегала от папарацци и всегда с радостью отвечала на вопросы. Я достаточно долго работала в «Баззе», чтобы знать, насколько знаменитостям опасно раскрывать все свои карты. В один прекрасный день читатели могут пресытиться Евой. Она умудрилась засветиться на премьере диснеевского мультфильма, хотя не участвовала даже в озвучке.

С особой тщательностью я просмотрела последние статьи, вышедшие в рубрике «Клубничка». Ничего оскорбительного по здешним стандартам. Так что же вывело Кики из себя? «Базз» только собирался выпустить в печать нечто скандальное?

— Джесси, у тебя есть лишняя минутка? — спросила я, сбив ее с мысли. — Ты не знаешь, за что Ева Андерсон могла разозлиться на «Базз»?

Джесси выпрямила спину, от любопытства или удивления у нее расширились зрачки.

— Да вроде не за что, — ответила она. — Мы довольно лояльно к ней относились, несмотря на то что основной ее талант в рекламе духов, а не в пении и актерском мастерстве.

— Почему Мона так ее обхаживала?

Джесси глубоко вздохнула:

— Мона всегда любила Еву. Мне кажется, Мона достигла такого успеха, потому что была помешана на звездах. Она выпускала статьи о том, что интересовало ее больше жизни: изменяет ли Брэд Питт Дженнифер Энистон, сколько съела на ужин Кристи Элли. Еву она обожала больше всех, не спрашивай у меня почему. Ева наполовину мексиканка, наполовину датчанка, а в Моне тоже невероятная смесь кровей. Видимо, это их и связывало. Однако Брэндона Мона не жаловала, по крайней мере в последнее время.

— Что ты имеешь в виду?

— Она нелестно говорила о нем на планерках. Брэндон раздражал ее, понятия не имею почему.

— А у кого я могу спросить о причине такого отношения?

— Мэри Кей может знать. Она консультант с западного побережья. Хиллари тоже в курсе, но Мэри Кей будет откровеннее с тобой.

— Ясно, — сказала я.

— А куда ты клонишь? Очень уж любопытно.

— Просто пытаюсь понять, что происходило вчера на вечеринке.

— Ты же не думаешь, что Мону убила Ева? Телохранители не отходят от дивы ни на шаг.

— Я не собираюсь выяснять, кто это сделал. Моя задача описать тот вечер во всех подробностях.

— Брось, Бейли. Ты сама себе противоречишь.

— Этим делом занимается половина полицейского управления Нью-Йорка. Без меня справятся.

Я вернула журналы и взглянула на часы. День близился к концу, а я до сих пор не связалась с Катей, потому что Нэш не достал мне ее номер. Надо зайти к нему в приемную, чтобы ускорить процесс.

Подобно главной помощнице Моны ассистентка Нэша походила на классическую секретаршу: женщина среднего возраста, которая печатает сто слов в минуту и носит короткую стрижку. Несомненно, она сумеет зарезервировать стол в любом ресторане города. Когда я вошла, Ли с усталым видом положила трубку телефона — случай беспрецедентный.

— Бейли, Нэш на совещании. Он придет к вам сам, когда освободится.

— Знаю, мне скоро уходить. Я зашла только спросить, выяснил ли он номер Кати, той уборщицы, что подверглась нападению вчера вечером.

— Он ничего мне не говорил.

— Это очень важно. Я срочно должна опросить ее для статьи.

— Гм… Давайте я позвоню одному знакомому в агентстве по обслуживанию жилья. Возможно, он состыкуется с бюро уборки.

Я вернулась обратно, чтобы собрать вещи до встречи с Нэшем. Джесси ушла и, судя по чистоте на столе, сегодня не вернется. Зато Райан наконец-то оказался на месте.

— Эй, Райан, — окликнула я его. — У тебя есть минутка?

— Только одна, — ответил он таким тоном, будто действительно очень занят.

Сначала я подумала позвать его в конференц-зал (там уж точно никто бы не подслушал разговор), но и в редакции было достаточно шумно, чтобы заглушить любой голос. К тому же он не собирался рассыпаться в любезностях. Я подошла к столу с ноутбуком и присела на ящики с папками. Никогда раньше не находилась так близко от Райана и впервые заметила круги вокруг голубых глаз. На их фоне острый крючковатый нос придавал ему недобрый, суровый вид. Мой коллега заерзал на стуле, и я поняла, что вторглась в его личное пространство. Пришлось встать.

— Я слышала, ты был вчера на вечеринке, — начала я. — Там ничего примечательного не произошло?

— Примечательного? — презрительно переспросил он. — Ты имеешь в виду, упился ли кто в ноль? Просвечивали ли соски Евы через платье? Сунул ли кто Кимберли Ченс сотенную, приняв ее за проститутку?

— Примечательного касательно убийства, — уточнила я нейтральным тоном, не обращая внимания на его язвительность. — Ты видел стычку между Моной и Кики Бодден?

— Нет, пропустил.

— А Кимберли часто попадалась тебе на глаза?

— Один раз. Она брала выпивку в баре, стояла там в шортах. Такую задницу за милю видать.

— Она не подходила к Моне?

— Не знаю.

— Ты не заметил, как Мона ушла с вечеринки? Вроде как через задний ход.

— Тоже упустил момент.

Вот вредина. Будто специально не хочет мне помогать. Нет смысла задавать вопросы.

— Ладно, и вот еще, — сказала я. — Не хочешь обсудить наши статьи, чтобы избежать совпадений?

— Откуда им возникнуть? — подозрительно спросил он. — Мой очерк о жизни и карьере Моны. Там ни слова об убийстве.

— Ну, мы только… Впрочем, не важно. Если будут какие проблемы, Нэш позаботится об этом при редактировании.

— Точно, — выдал Райан и вернулся к работе. Он и раньше не проявлял ко мне симпатии, но теперь был просто крайне нелюбезен.

Я вернулась к столу и стала собираться домой. Пока рано делать первые наброски. Буду надеяться, завтра мне повезет больше, и я начну писать статью. Я забросила ноутбук и тетрадь в большую сумку и потянулась за папкой со списком приглашенных.

Папка пропала. Я поискала среди разбросанных журналов, старой почты и прочих листов. Нигде нет.

Кто-то забрал ее.