Есть ли жизнь после льда? - Ann Li

— Хуже уже не будет. Что они нам сделают? — усмехнулся Денис.

— Наверное, под домашний арест отправят, — вздохнула я, не представляя, что ещё меня может ждать «в наказание», а потом вспомнила про то, что мама должна поговорить на счет зала для тренировок под руководством учителя физкультуры и шумно выдохнула. Вдруг передумает?

— Я тебя украду, — уверенно заявил Денис, явно поняв мой вздох разочарования неправильно, и уткнулся носом в мою макушку, но я промолчала.

— Ты плохо на меня влияешь, — рассмеялась я, — я действительно переживаю…

— Или ты на меня? — ответил ехидно он, а я резко оторвала голову от его груди и взглянула на него, намереваясь доказывать обратное.

Но Денис чмокнул меня в нос, отчего я растерялась.

— И всё-таки почему физрук? — вернулся Денис к этой теме.

— Нужно чтобы кто-то за мной приглядывал, — непроизвольно поморщила нос я, ведь фактически призналась, что больше тренировать меня некому. По крайней мере пока.

— Давай я? — улыбнулся Денис.

Я искренне рассмеялась.

— После сегодняшнего, боюсь, ты станешь персоной нон-грата для моей мамы.

Денис не успел ответить, потому что мой мобильный завибрировал в кармане. Дисплей высвечивал имя звонившего. «Мама Ира». Я торопливо ответила на звонок.

— Да, мам.

— Где ты?

— На первом этаже, там было слишком душно, — обыденно ответила я.

— Я так поняла, — строго ответила мама, — я иду с твоим классным руководителем к учителю физкультуры. Жди около спортзала.

— Да, мам, — согласилась я и скинула звонок.

Развернулась и взглянула на Дениса, глаза которого внимательно меня рассматривали. Он что-то явно хотел спросить или уточнить, но не делал этого.

— Мне нужно вернуться, — сообщила я, стараясь держать голос ровным, хотя готова была уже сорваться с места и побежать к спортзалу.

Я не знала, как положено паре, каковой вроде как мы являлись, прощаться. Опыта у меня ноль. Поэтому я растерялась, беспомощно смотря на Дениса.

— Пойдем, — выдохнул, наконец, Денис и взял меня за руку.

Идти нам было буквально двадцать шагов.

— Значит, ты планируешь вернуться в спорт? — задумчиво спросил Денис, когда мы дошли до входа в спортзал.

— Конечно… — ответила я мягко, не понимая, чего боюсь.

Осуждения? Не понимания? Боже, когда я стала такой зависимой от чужого мнения?

— Понятно, — сухо ответил Денис, — ты уже не хромаешь, пробовала встать на коньки?

— Нет… я… мне… — замялась, потому что, по правде говоря, я не спрашивала можно ли мне попробовать хотя бы стоять на льду, ведь тренировки полноценные мне запрещены.

— Ясно, — хмыкнул Денис, — разберемся.

Денис хотел меня обнять, но я сама быстро чмокнула его в щеку и пробормотала:

— Наверное, тебе лучше уйти. Кто знает, чем закончились разборки наших родителей.

Денис демонстративно состроил такое лицо, выражение которого я с трудом смогла бы повторить, но оно кричало, что ему плевать. Мне бы такую непоколебимость и уверенность.

— Иди, — сделала я шаг назад, — на урок.

— Ладно, — без энтузиазма согласился Денис и ушел.

Мама появилась буквально спустя несколько секунд и без сопровождения нашего классного руководителя. По ее выражению лица я не могла понять, что не так, но от нее явно шли волны раздражения, от меня же наоборот веяло спокойствием. Неужели Денис так на меня влияет? Ведь в кабинете директора мне столько хотелось высказать, но сейчас я молчала, ожидая, когда мама заговорит первая.

— Через десять минут урок закончится, тогда и зайдем, — ледяным голосом произнесла мама, а я лишь кивнула.

Мама смотрела прямо на меня, но молчала. Под ее пристальным взглядом я чувствовала себя непривычно неуютно.

— Мам… — не выдержала я, но мама перебила.

— Алёна, Денис тебе не пара, его мама… просто ужасна. Она мне такие гадости о тебе говорила. Например, что ты с одним братом встречалась, теперь с другим.

Я удивленно хлопала глазами, не зная, что сказать в ответ.

— Я согласна поговорить с учителем, согласна даже тебе тренера начать искать. Ничего не обещаю на счет «большого спорта», но, если разрешат врачи, подчеркиваю, если, только тогда мы подумаем и про операцию.

Сердце мое радостно подпрыгнуло и забилось так часто, что казалось опять выпрыгнет.

— Но только при одном условии, — добавила мама.

— Каком? — хрипло спросила я, не ожидая ничего хорошего.

— Ты не общаешься ни одним из братьев. Вообще. Не говоря уже о чем-то большем. Хочешь спорт — будет. Но тогда только учёба и спорт. Всё.

— Но…

— Никаких «но». Выбирай.

Это было жестоко. Она мной манипулировала так явно, не скрываясь, что ком сжал горло. Денис или фигурное катание? Прости, Денис… Выбор слишком очевиден.

— Я выбираю спорт, — тихо произнесла я, ощущая, как что-то отравляет меня.

Мама кивнула, будто и не ожидала от меня другого ответа. Хотя она была права. Выбора у меня действительно не было. Только в этот момент, кажется, я начала ее тихо ненавидеть.

— Так будет лучше для тебя, — то ли себе, то ли мне сказала мама.

Глава 15

Алёна

…Три недели спустя…

— С днем рождения, Алёнка! — обнимает меня Аврора при встрече.

— Спасибо, — смущаюсь я.

— Это тебе, — она вручает небольшую коробку, перевязанную бантом.

— Спасибо большое, — ещё раз выдыхаю я и беру подарок в руки.

Врожденное любопытство берет верх, и я на ходу открываю коробку. Внутри лежит брелок: девочка держит в руках пару коньков. Красивый.

— Просто сувенир, — сообщает мне Ава смущенно.

— Нет, он такой классный. Спасибо, — на этот раз я крепко обнимаю сама Аву, чем ее удивляю. Обычно инициатором всех тактильных контактов является она.

За последние недели я сблизилась с Авророй, да и вообще со всеми девочками. Особенно после девичника, который мы весело провели у Авы дома, я взглянула на дружбу с девочками по-другому. С ними можно было отдыхать, не думая о серьезных вещах. Как ни удивительно, родители не стали меня наказывать домашним арестом.

Я продолжала свою терапию, поэтому теперь до позднего вечера была в клинике. Нога все реже меня беспокоила, что меня бесконечно радовало. Только теперь чаще о себе начала напоминать спина. Видимо та боль, которая сильнее, на ней и концентрировалось внимание.

Два раза в неделю я ходила в танцевальный класс в школе. Наш учитель физкультуры оказался мировым человеком, который не только согласился за мной приглядывать, но и дал мне ключ от зала, чтобы я могла заниматься сама, если вдруг он не может побыть со мной. За три недели он только дважды прерывал мои тренировки, сообщая, что время вышло. Ему я была очень благодарна.

Ещё два раза в неделю я начала ходить в бассейн под