Счастливый удар - Ханна Коуэн

– Я не знаю, что еще тебе рассказать. Конкуренция гораздо сильнее, игроки агрессивнее, а внимание СМИ слегка зашкаливает.

– Внимание СМИ? Ты привыкший к этому дерьму, Ли. С пятнадцати лет отвечаешь на вопросы интервью.

Я качаю головой и сильнее сжимаю мяч, словно один из мягких мячиков, которые сжимает Мэтт, когда нервничает перед игрой. Считается, что они успокаивают. Может, мне стоит купить один, когда вернусь.

– Знаю. Просто все это внезапно.

Этого следовало ожидать, и в некоторой степени я ожидал. Наверное, я просто не был готов к тому, что всем будет любопытно, почему я так долго тянул с драфтом. Особенно с учетом того, что скауты осаждают меня с семнадцати лет.

Не то чтобы я поступил в университет или решил подождать и попутешествовать по миру, прежде чем посвятить свою жизнь профессиональному хоккею. Я ждал по чисто эгоистичным причинам.

Причинам, которыми не делился ни с кем, кроме своей семьи, тренеров и Андре.

Вина за любопытство СМИ лежит на мне. Но это не делает его менее раздражающим.

Особенно когда наш менеджер по соцсетям не может даже выложить простую фотку, как я играю в пиво-понг с девушкой, без того, чтобы она оказалась на сотнях страниц в «Твиттере».

– Ты всего лишь человек, Ли. Никому не нравится, когда посторонние люди суют нос в их дела.

– Однако выбора у меня нет. Придется привыкать. Предпочтительно до того, как я ляпну что-нибудь, что не следует.

Я расслабляю хватку на мяче и бросаю его Андре. Он легко ловит мяч и крутит в руках.

– Ты что-нибудь придумаешь. Всегда придумываешь.

– Твоя уверенность во мне слегка настораживает, – дразню я.

Он откидывает голову и смеется.

– Возможно. Но ты заслужил эту уверенность.

– Спасибо, чел.

Андре кивает и бросает мяч мне.

– А теперь расскажи, кто та горячая цыпочка, которую я видел с тобой в соцсетях «Сэйнтс». Ты действительно играешь там в пиво-понг без меня?

В сознании всплывает образ Авы, и я бессилен его остановить. С тех пор, как я возил ее на каток, прошла неделя, но все это время мы виделись лишь мельком. Я знаю, что она учится как безумная, даже в начале учебного года, но черт. Я многое отдал бы за то, чтобы хоть час посидеть с ней в библиотеке, ничего не делая.

Я не замечаю, что улыбаюсь, пока это не делает Андре. Его губы растягиваются в нехорошей ухмылке.

– Настолько хороша, а?

Я бросаю мяч обратно ему намного сильнее, чем необходимо.

– Оу! Обязательно бросать так сильно? – Потирая живот, он поднимает мяч с травы и запускает его в меня. – Никогда не думал, что доживу до дня, когда Оукли Хаттон решит, что женщина стоит его времени.

– Не говори так, – хмурюсь я.

Андре садится на траву и хлопает рядом с собой. Я падаю рядом с ним и вытягиваю ноги, вращая ступнями.

– Ты знаешь, что я имел в виду, – говорит он.

Я знаю, но по какой-то причине его слова до сих пор меня цепляют.

– Помнишь ту девушку, с которой я был на своей прощальной вечеринке?

Его расширившиеся глаза встречаются с моими.

– Та с длинными темными волосами и упругими сиськами? – В ответ на мой испепеляющий взгляд он быстро продолжает: – Помню. Черт, Ли. Ты не прекращал говорить о ней до самого отъезда в Ванкувер.

– Да, оказалось, что она живет в Ванкувере. Последние пару недель мы много времени проводим вместе.

Андре продолжает таращиться на меня, разинув рот.

– Ну это уже оскорбительно. У меня нет аллергии на женщин.

Он трясет головой, как будто ему действительно пришлось отходить от потрясения.

– Я просто удивлен. Не думал, что ты увидишь ее еще раз, не говоря о том, чтобы гоняться за ней, если все-таки увидишь.

Я сердито смотрю на него.

– Что значит «еще раз»? Я не гонялся за ней раньше.

– Иди ты, Ли. Ты охранял ее, как бешеный пес, когда вы наконец вернулись с заднего двора, а потом пошел провожать ее куда-то посреди ночи. Она могла заманить тебя одного и ограбить или еще что.

Я резко смеюсь:

– Точно. Ты смотришь слишком много криминальных документалок.

Он отмахивается.

– В любом случае я знаю, что видел. Ты хотел ее той ночью.

– Неважно, что я хотел. Тот кретин, который не умеет держать член в штанах, разбил ей сердце, – ворчу я.

– Бли-ин. Точно. Ты выяснил, кто он?

Я раздраженно выдыхаю.

– Ага. Играет в моей чертовой команде.

Андре хмыкает:

– Тогда будет сложно ему навалять.

– Ага. Каждый раз, как я его вижу, хочется сломать ему челюсть.

Дэвид этого тоже не замечает. Он как будто специально игнорирует мои злобные взгляды. Словно верит, что у меня нет причин, чтобы смотреть на него с нескрываемой ненавистью.

Он настолько же оторван от реальности, насколько не способен к верности.

– Уверен, ты все равно найдешь способ его уделать.

– И чтобы этот способ не испортил мне репутацию и шансы на драфт.

Андре озорно сверкает глазами.

– Тебе придется творчески подойти к вопросу. – Он хлопает меня по спине. – Я знаю, ты что-нибудь придумаешь.

– Может быть. Спасибо.

Надо поговорить с Мэттом. Уверен, в его злобной голове есть идеи.

– Всегда пожалуйста. Ты знаешь, я всегда прикрою твою спину. Если тебе нужно, чтобы команда организовала небольшой выезд, чтобы встретиться с тобой в темном переулке, только скажи.

Он подмигивает.

Я толкаю его голову, отчего он заваливается назад.

– Ага, буду иметь в виду.

В груди теплеет от напоминания, что моя местная хоккейная семья до сих пор заботится обо мне.

Видит Бог, я никогда не перестану заботиться о них.

Глава 15

Оукли

Мама заключает меня в медвежьи объятия, как только мы с Грейси возвращаемся домой. Я не ожидал, что так соскучусь по этому жесту.

– О, милый. Я соскучилась по тебе. Боже! Чем тебя там кормят?

Она отстраняется, держа меня за предплечья.

– Я тоже скучал по тебе, мам.

Грейси со смехом протискивается мимо меня.

– Я так и сказала, мам. Он выглядит как протеиновый наркоман. Лучше спрячь его коллекцию шейкеров, пока он здесь.

Я хмурюсь и дергаю ее за волосы, собранные в хвост, пока она не успела сбежать.

– Заткнись.

– О, в доме было слишком тихо без ваших бессмысленных пререканий, – вздыхает мама.

Она быстро тянет меня на кухню и сажает на один из стульев за обеденным столом, после чего садится напротив меня.

Ее улыбка теплая, а глаза светятся от восторга. Я знаю, что, должно быть, выгляжу так же. Во