Месть преданной жены, или Спокойствие! Я - мама! - Кристина Юрьевна Юраш

Я повернулась к двери: “Несите!”.

Кряхтя Матильда и Гербальд втащили статую в камеру. Гербальд отряхнулся и направился за наручниками. Матильда же осталась стоять рядом со статуей.

- Я дарю тебе твою любовницу! - улыбнулась я. - Правда мило?

- Так, тут реально интересней, чем в книге! - послышался изумленный голос ректора.

Взгляд мужа сложно было передать словами.

- Согласись, не каждая жена подарит тебе на годовщину свадьбы такой роскошный подарок! - заметила я, чувствуя, как меня передергивает в горькой улыбке.

- Браво! - послышался голос ректора и хлопки. - Поздравляю! Мадам, еще немного, и вы меня покорите!

Он смеялся, как ненормальный, а Северин нахмурил брови.

- С чего ты взяла, что эта женщина - моя любовница! - возмутился Северин, дернув рукой. Кандалы прозвенели, а я посмотрела на Фрезию, чтобы тут же взглянуть на фрезеровщика.

Послышалось сопение и лязганье.

- Принес, мадам! - выдохнул Гербальд. - Там есть еще одни и все. Так что вы сильно на сад из статуй не рассчитывайте!

Гербальд пристегнул руку красавицы и застегнул кандалы на стене.

- Придется делать дамскую уборную! - проворчал он. - Сейчас принесу занавеску и ведро!

- Ты что такое вообще говоришь! - повысил голос Северин. - Какая любовница?! Мне некогда заводить любовниц!

- Она утверждает иначе, - уклончиво произнесла я, видя, как бегает туда - сюда Гербальд, сооружая дамский уголок для потребностей.

Я поднесла кольцо к Фрезии, и с нее посыпался камень.

- А! - закричала она, как вдруг задергалась. - Северин! Северин! Что это значит?! Северин!

Она задыхалась, а ее красивая грудь подпрыгивала от нервного дыхания в корсете. С ужасом глядя на наручник, она попыталась его снять.

- Поверь, я не знаю эту женщину! - резко произнес муж, а красавица запаниковала.

Глава 28

- Что значит “не знаю”? - задохнулась красавица, - Северин! Ты мне в любви клялся! Как ты можешь такое говорить!

- Ты что? Не видишь, что она сумасшедшая? - повысил голос муж, не сводя с меня взгляда. - Эта женщина - сумасшедшая!

Он снова говорил так убедительно, что раньше я бы поверила безоговорочно.

- Ты… ты считаешь меня сумасшедшей! Да! Я сумасшедшая! Да! Да! - в сердцах воскликнула Фрезия. - Я сумасшедшая, потому что люблю тебя! Потому что бросила все ради тебя! Мне больше некуда возвращаться, Северин! Ты же обещал!

Послышался смешок.

- Знаете, мадемуазель, он на третьем курсе взял у меня книгу по проклятиям. И обещал вернуть. До сих пор жду, - рассмеялся ректор. - Я бы на вашем месте не надеялся.

В этот момент глаза Северина вспыхнули.

- Ты что? Веришь этой безумной женщине? - спросил он, повышая на меня голос. - Ты на нее посмотри! Она сумасшедшая. Я вообще ее не знаю. Мы с ней незнакомы! Я всегда считал тебя здравомыслящей! Мадам, как вас зовут?

- Ты шутишь? - прошептала Фрезия, дергая наручник.

Я перевела взгляд на рыдающую Фрезию, которая рвалась к Северину.

Сначала я хотела заковать ее в статую, а потом передумала. Наличие в камере истерички быстро сделает любого мужчину самым сговорчивым и отзывчивым.

- Итак, а чем красавица может доказать любовную связь? Может, есть особые приметы того, что данный мужчина снимал перед вами штаны? - с явным интересом спросил ректор. Он просто развлекался.

- Я люблю свою жену! У меня и в мыслях не было ей изменить!- твердо произнес Северин. И снова посмотрел на меня. - А ты пытаешься настроить нас друг против друга! Я что? Тебя не знаю?! Ты всегда пробивал себе путь хитростью и подлостью.

- Ты про меня всегда всегда интересно рассказываешь, - с улыбкой заметил Элизар. - Продолжай!

Северин брезгливо поморщился, глядя на ректора.

- Так ты освободишь меня? - спросил муж, глядя мне прямо в глаза.

Я посмотрела на любовницу, которая хныкала и пыталась высвободить руку, потом на мужа.

- Нет, - ответила я, выходя из камеры.

- Неужели ты поверила какой-то сумасшедшей?! - слышался крик.

Я прошла мимо Гербальда.

- Гербальд, я прошу тебя, сделай звукоизоляцию, - вздохнула я, глядя на дворецкого.

- Конечно, мадам! Я все приготовил! Вот! - дворецкий показал мне какую-то тетрадь с магическими знаками, исписанную ровным убористым почерком. - Мой конспект!

Мне удалось вымучено улыбнуться. Я чувствовала себя разбитой, сломанной, растоптанной.

Я поднималась к сыну. Именно он всегда придавал мне сил… Он - мой смысл жизни.

Открыв дверь, я увидела Матильду, которая бережно вытирала губы ребенка салфеточкой.

- Молодец, юный господин, - ласково произнесла Матильда. - Сейчас мы еще уголочки рта промакнем…

От этой картины у меня защемило сердце.

- Мы снова покушали бульон… - отчиталась Матильд, убирая миску и пипетку. - Я добавила в бульон специй. Он такой вкусный. Вам принести?

- Давай, - обреченно кивнула я, сменяя ее в кресле. О, боже! Как мой малыш исхудал… Щечки впали, под глазами залегли тени…

Мне тяжело на это смотреть. Невыносимо!

Где взять сил? Где бы взять сил?

Я смотрела на себя в зеркало.

Горькое чувство подбиралось к горлу, а мне хотелось зареветь: “За что?”

Мне было так гадко думать о том, сколько времени я, глупая, полагала, что у нас с мужем все хорошо. Сколько тешила себя надеждой, что так оно так будет всегда! Я старалась быть хорошей женой, никогда не пилила, нервы на кулак не мотала, истерики на ровном месте не устраивала… Я всегда ставила