Цвет счастья - Саяна Ковирова

Артём уткнулся лицом в ладони, и Карина, не удержавшись, обняла его за плечи. Тот отстраняться не стал.

— Ты ни в чём не виноват, слышишь? — дрогнувшим голосом прошептала она. — Ты не можешь нести такую ответственность за взрослого дееспособного человека.

Что-то подсказывало Карине, что даже если бы Артём встречал Есению, караулил её у дверей ресторана, это ничего бы не изменило. Она невольно вспомнила хитрый взгляд бабушки-ведуньи, которая в определённых кругах славилась своими паранормальными способностями. Карина всегда считала себя здравомыслящей девушкой и обычно посмеивалась над теми, кто верил в привороты, порчу и прочие суеверия. Но, увидев однажды Артёма с Есенией, которые казались такими счастливыми вместе, она впала в настолько всепоглощающее отчаяние, что готова была ухватиться за любую соломинку.

Вступать в открытую борьбу за сердце любимого Карина не хотела. Ей казалось, что это означало бы проиграть заранее, прослыть завистницей, разрушившей такую красивую пару, какой выглядели Артём и Есения. Случайно попавшаяся на глаза листовка и привела девушку к ведунье, укрепляя в решении попытаться разлучить их чужими руками. Но, когда ей пообещали, что скоро Артём станет свободен, девушка рассчитывала, что он просто разругается с Есенией, и они разойдутся.

С особенно острым чувством вины Карина вспоминала, как в день корпоратива, глотая слёзы в туалете ресторана, связалась с ведуньей по телефону и требовала срочно что-то предпринять или вернуть деньги. Как она, поддавшись эмоциям, обронила фразу, что хочет, чтобы соперница её просто исчезла. Ведунья только посмеялась и пообещала, что ещё не вечер и что деньги Карина потратила не зря. Следующим утром стало известно, что Есения так и не вернулась из ресторана домой.

Артём отстранился, подхватил со столика бутылку и залпом допил остатки.

— Извини, что вывалил на тебя всё это, — пробормотал он.

— Мне ты можешь рассказывать всё, что у тебя на душе. — Карина осторожно приложила ладонь к его груди. — Не держи это в себе.

— Спасибо, что пришла. — Артём качнулся к ней и нерешительно замер в считаных сантиметрах от её лица. — Для меня это много значит.

Судорожно выдохнув, Карина свела на нет расстояние между их губами. Первый их поцелуй оказался каким-то неуверенным и неуклюжим, словно они оба были неопытными подростками. Сердце девушки замирало в груди от переизбытка торжествующей радости: наконец-то!!! Она так долго этого ждала!

Карина и не заметила, как оказалась у него на коленях. Она отчаянно цеплялась за Артёма, её пугала мысль, что он вот-вот опомнится и прогонит прочь. Но тот лишь с жаром терзал её губы и, жадно облапав девушку везде, где только мог дотянуться, повалился с ней на постель.

Всё дальнейшее случилось совсем не так, как Карина представляла себе. С самой юности она упрямо берегла себя для Артёма и знала, что первый секс с мужчиной может быть болезненным. Но не ожидала, что всё будет настолько неловко, влажно и… невероятно. Карина знала, что такое оргазм. Она временами доставляла себе удовольствие, воображая рядом с собой Артёма. Но сейчас, когда боль от первого проникновения немного отступила, девушка прислушивалась к совершенно новым ощущениям, к нарастающему внутри волнительному напряжению, которое с каждым движением Артёма, с каждым поцелуем, граничащим с укусом, с каждым толчком, проникающим, казалось, до самой глубины её сердца, закручивалось всё туже. Настолько, что терпеть это становилось невыносимо, и Карина уже сама не замечала, как срывалась на громкие стоны, почти крики, как требовательно подавалась Артёму навстречу, яростно стремясь к разрядке.

После она долго лежала без сна, стараясь запечатлеть в памяти каждую чёрточку любимого лица, малейшую деталь раскинувшегося перед ней обнажённого мужского тела. Она не знала, что принесёт грядущее утро: как Артём отнесётся к тому, что между ними произошло. И к тому, о чём она должна будет ему рассказать. Карина не хотела отношений, построенных на трагедии и замалчивании правды, что было, по её мнению, сродни лжи. Девушка была убеждена, что Артём должен знать о её роли в исчезновении Есении, даже если это разрушит всё то, чего она так отчаянно желала.

Лишь когда над городом начала подниматься заря, Карина провалилась в сон, свернувшись трогательным комочком на краю постели. Она уже не почувствовала, как Артём притянул её к себе вплотную, внимательно вгляделся в лицо девушки и, удовлетворённо вздохнув, уткнулся носом ей в макушку. Минувшая ночь оказалась для него настоящим откровением. Артём неожиданно понял, в чём была причина всех его неудачных отношений — он просто смотрел не на тех девушек, не замечая ту, что всегда, с самого их детства, была готова оказаться рядом. Ту, что поддерживала его всякий раз, когда он в этом нуждался, что увлечённо разделяла его интересы и заливисто смеялась над его шутками, даже самыми нелепыми.

Только теперь, нежа в своих руках крепко спящую Карину, он осознал, что никто и никогда не вызывал в нём таких чувств, какие он испытывал сейчас с этой девушкой. Артём не знал, как его подруга детства отнесётся к тому, что между ними произошло. С некоторым опасением задумался, станет ли она обвинять его в том, что затащил в постель, воспользовавшись её сочувствием и нетрезвым состоянием? Но тут же отмёл эту мысль: Артём не мог не заметить, что она этой ночью хотела его так же сильно, как и он её.

Он прикрыл веки, полностью погрузившись в ощущение нежного желанного тела в своих объятиях. Артём понимал, что совсем скоро наступит утро, которое поставит их перед необходимостью посмотреть друг другу в глаза на трезвую голову и объясниться. После чего они либо больше не захотят видеть друг друга, либо положат начало чему-то прекрасному вместе.

Эпилог

Первый рассветный лучик солнца робко прокрался в окошко, когда уже проснувшийся Кродан довольно потянулся и притиснул супругу к себе покрепче. Через связывающую их магию он отправил яркие картины того, что очень хотел сейчас сделать, прямо в сновидения Есении. Та тихонько застонала и, не открывая глаз, скользнула ладонью вниз по его животу. Туда, где в нетерпеливом ожидании подрагивала восставшая плоть.

Несколько мгновений он томно наслаждался её уверенной лаской, пока Есения не приподняла голову и с игривыми искорками в глазах демонстративно облизнулась, словно предвкушая любимое лакомство. Кродана при виде этого соблазнительного зрелища будто прошил разряд молнии.