Соблазнительная капитуляция - Челси М. Кэмерон

время она стала очень эмоциональной, поэтому я сказала ей, что ей нужно перестать хандрить и слушать Evanescence и зайти к нам. — Вероятно, это была хорошая идея. Я не разговаривала с ней несколько дней, но знала, что Слоан часто звонила и писала ей, чтобы убедиться, что у нее все в порядке.

— Бедняжка. Я никогда не видела, чтобы она так тяжело переживала расставание. Нам нужно с ней переспать. Ты знаешь каких-нибудь привлекательных одиноких лесбиянок? Или кто-нибудь, кто би? Нам просто нужно немного восстановиться, и тогда с ней все будет в порядке.

— Я работаю в здании, полном мужчин. Так что, нет.

— Хм, нам придется что-то с этим делать. Но в любом случае, расскажи мне о грязном трахе в офисе. Мне нужны все подробности. Кто был сверху?

Это должна была быть веселая ночь.

* * *

Стало еще хуже, когда приехала Хлоя, потому что она тоже хотела услышать все подробности, потому что она не хотела говорить о своем расставании, или о восстановлении, или о чем-то еще о себе, поэтому я была вынуждена рассказать историю снова, и против моей воли мне стало жарко и обеспокоенно, и я просто хотела уйти в мою комнату с вибратором и пережить этот опыт в одиночестве.

— Вау, — одновременно воскликнули Слоан и Хлоя, когда я закончила свой второй пересказ.

— Да, — сказала я, потягивая второй бокал вина, взяла еще чипсы из миски и обмакнули их в хумус. Да, мы были классными сучками. У нас также была сальса, крекеры в виде животных, банка глазури и морковь, и сельдерей с заправкой ранчо. Это была неофициальная ночь отрыва.

— Я ревную, а мне даже не нравятся пенисы. Знаешь, множественное число действительно должно быть пени (прим. перевод с итал peni — пенисы и с англ penises — пенисы), — сказала Хлоя, хватая еще один чипс и отправляя его в рот.

— Так и должно быть, — согласилась я.

— Так ты собираешься сделать это обычным делом? — Лукас (я перестала называть его мистером Блейном. После того, как мужской пенис побывал внутри тебя дважды, ты не можешь называть его так, не чувствуя себя странно), спросил меня о том же самом, и я действительно не знала ответа. Ставки были чертовски высоки, а я не собиралась бросать свою карьеру из-за какого-то парня.

— Не знаю. Я должна сказать, что собираюсь покончить с этим, но не хочу этого. И начинаю чувствовать себя ужасно из-за того, что даже думаю об этом. Я люблю свою работу и никогда бы не сделала ничего, что поставило бы ее под угрозу, и, о БОЖЕ, если бы мой отец когда-нибудь узнал, я не могу себе представить, что бы он сказал. — Я содрогнулась, просто подумав об этом. Это было бы намного хуже, чем в тот раз, когда я подростком пошла на вечеринку без взрослых, напилась и вырубилась на лужайке перед домом, и меня нашли родители участника вечеринки, когда вернулись с Мартас-Винъярд на день раньше.

— Я не должна даже думать о том, случится ли это снова. Я ужасный человек, — сказала я, утыкаясь лицом в диван.

— Нет, это не так. Ты просто давно не трахалась, и тебе нужен кто-то, чтобы прочистить твои трубы, — сказала Слоан, и мы с Хлоей издали одинаковые звуки отвращения.

— Именно в такие моменты я радуюсь, что я лесбиянка. — Мы все выпили за это.

— Не знаю, что делать. Я имею в виду, знаю, что нужно делать, но проблема в том, что я на самом деле делаю.

— На самом деле, в данном случае это бездействие, — отметила Хлоя.

— Да, это полезно. Ладно, мы сделали это однажды. Это было здорово, и я выбросила это из головы. Но этого больше не случится. Ставлю на это свою ногу. Больше ничего.

— Мы услышали! — сказала Слоан. Мы все снова подняли тосты, и довольно скоро подносы с едой опустели, как и вторая бутылка вина.

— Почему он не мог просто быть обычным парнем? Почему он должен быть моим секретарем? — сказала я, заглядывая в свой пустой бокал.

— Ты имеешь в виду секс-секретарем? — сказала Слоан, хихикая. Две секунды спустя я присоединилась к ней, и мы все беспомощно захихикали.

— Ты должна заставить его написать записку, — добавила Хлоя, и хотя это было не так уж смешно, мы еще больше разразились истерикой из-за этого, а затем начали с бесконечной череды грязных офисных шуток.

— Ты должна спросить его, не поместит ли он свое досье в твою учетную запись!

— Дефрагментируй свою женскую систему!

— Засунь его спам в свой почтовый ящик!

Через некоторое время мы все смеялись так сильно, что выступили слезы, и мы задыхались и катались по полу, и я знала, что мой живот, в дополнение к спине (от энергичного секса за столом), завтра будет болеть.

— Асс-истент! (прим. перевод с англ ass — попа)

И мы снова захохотали.

* * *

Хлоя решила завалиться на наш диван, и поднять ее было непросто, даже когда у меня не было легкого похмелья. Дурацкое вино.

— Вставай! — Я прибегла к тому, чтобы ударить ее подушками по лицу. Эта девушка спала как убитая. Серьезно, иногда мне приходилось проверять ее дыхание, чтобы убедиться, что она все еще жива.

Она издала стонущий звук и скатилась с дивана. Что ж, это было только начало.

Слоан склонилась над кофейником, как Голем над Рингом, и зарычала на меня, когда я попросила у нее чашку. Я опаздывала, но меня это не волновало так сильно, как обычно. Был тот период «почти опоздания», когда, если вы спешили как сумасшедшая, то могли опоздать всего на несколько секунд, а как только он прошел, то вы сильно опоздали, так что черт с ним. Это утро было одно из таких. Я знала, что опоздаю как минимум на десять минут, поэтому мне нужно было написать Лукасу, чтобы он не подумал, что меня сбило такси или что-то в этом роде.

При резком свете дня все выглядело немного менее забавно. У меня не могло быть сексуальных отношений с Лукасом. Я была безумной, даже подумав об этом на мгновение. Это было неправильно, неправильно, неправильно.

Опаздываю. Нам нужно поговорить, когда я приду. Я нажала «Отправить» и стала ждать ответа.

Не забудь мой вишневый датский пирог.

И это было все. Я осталась пялиться на свой телефон и снова думать о том, что парни странные.

Всем троим из нас удалось привести свои задницы в порядок и подготовиться к работе. Одним из плюсов того,