Соблазненные смертью - Марго Харт

– Мне было сказано лишь немного припугнуть тебя, но с такой красавицей не получится немного. – Его свободная рука потянулась к груди девушки, и та, приложив все имеющиеся силы, яростно забрыкалась.

Незнакомцу это явно не понравилось, и он дернул Селию за волосы с такой силой, что у нее из глаз посыпались искры.

– Самоуверенная сука! – выплюнул он и поволок Веласкес в сторону кабинок.

Крупная дрожь вперемешку с болью окутали тело девушки. Она почувствовала себя ничтожно слабой, беспомощной и чем сильнее сопротивлялась, тем более грубую получала отдачу.

– Пожалуйста, прошу вас! – срывающимся голосом взмолилась Веласкес, ощущая на губах соленый привкус слез. – Не надо!

Перед глазами пронеслась вся жизнь, когда, почувствовав свободу, Селия рухнула на кафель.

Растрепанная, с перекошенной одеждой и потекшей тушью, она повернулась на звуки борьбы и оцепенела.

Дамиан сначала ударил кулаком в живот, а затем резким движением приложил ублюдка лицом об свое колено. Тот заскулил и схватился за сломанный нос, из которого хлынула кровь. Но наемник не остановился: припечатав мужчину к стене, Бланко схватил его за горло и удерживал на расстоянии вытянутой руки.

– Что он тебе сказал? – процедил Дамиан, испепеляя мужчину взглядом.

Селия ничего не ответила, провалившись в состояние прострации от перенесенного шока.

– Что он тебе сказал, Селия?! – повторил Бланко уже громче, настойчивее, пресекая попытки соперника высвободиться.

– Я не… – Нижняя губа Веласкес задрожала, к горлу подступил ком. Щеки обожгло от нового потока слез. – Что меня надо припугнуть.

Стоило этим словам прозвучать, как Дамиан сорвался с цепи. Наемник вновь ударил мужчину по лицу, но тот сгруппировался и кинулся в атаку.

Бланко отшатнулся и жестко ударился спиной о каменный выступ, зашипев от пронзившей тело боли.

– Насчет тебя меня тоже предупредили, – сплюнул кровь противник, достав из кармана нож. – Так что я припас это!

Он вновь ринулся вперед, но Бланко быстро среагировал – выбил орудие из рук соперника и мощным ударом отправил того на пол. Мужчина со стоном отполз в сторону и, привалившись к стене, едко рассмеялся.

– В каком же ты дерьме, чувак. За ваши шкуры выставили такие бабки.

Веласкес выпрямилась на трясущихся ногах и обхватила себя руками, ожидая дальнейших действий наемника. Но тот лишь тяжело дышал, не оборачиваясь к девушке, а затем поднял с пола нож и, подойдя к мужчине, присел на корточки.

– Плохо тебя предупреждали, – холодно произнес Дамиан, после чего вложил в ладонь противника рукоять и вонзил лезвие ему в бедро.

Истошный вопль сотряс воздух. Селия вздрогнула и зажала рот ладонью, переводя взгляд с истекающего кровью на того, кто этому поспособствовал. Бланко уже встал в полный рост и сосредоточенно осматривал Веласкес на наличие повреждений.

Когда он сделал шаг навстречу, девушка дернулась и замотала головой.

– Нет! – выкрикнула Селия, не веря своим глазам.

Теперь она воочию увидела истинную сущность человека, к которому ее влекло. Веласкес стало понятно, почему ее на клочья разрывали сомнения.

– Селия…

Сердце девушки сжалось, как только она услышала свое имя, произнесенное с нескрываемой тревогой.

Веласкес выбежала из туалета и, протиснувшись сквозь пьяную толпу, оказалась на улице. Никто не обратил на ее внешний вид и состояние никакого внимания, вероятно посчитав, что Селия просто поругалась с парнем и развела жгучую драму, но все было намного хуже.

Девушка отчаянно сдерживала желание разрыдаться и закричать во весь голос, судорожно хватая себя за волосы. Ее жизнь погружалась в непроглядную мглу хаоса, и причиной тому был один-единственный человек.

– Селия! – Бланко оказался рядом с девушкой и схватил ее за локоть, разворачивая к себе.

Он почувствовал вселенское давление в грудной клетке, как только увидел застывший на лице Веласкес страх. Словно загнанный в угол зверь, она пыталась оставаться на плаву и бороться, хотя в глубине души уже смирилась с неизбежным. В ту секунду Дамиан испытал неведомое, непонятное ранее, удушающее чувство.

Страх за другого человека. За чужую жизнь.

За нее.

– Успокойся, прошу тебя, – мягко воззвал к девушке наемник, но она рьяно оттолкнула его, взглядом насылая безжалостное проклятье.

Как жаль, что оно уже давно было наложено на Бланко.

– Это все из-за тебя! – прошипела Веласкес, ткнув в парня указательным пальцем. – Все из-за тебя! Ты превратил мою жизнь в сущий ад!

Дамиан оцепенел.

Всегда он был тем, кто ранил хуже пули. Ударом, словом, взглядом. Но теперь… Теперь наемник ощутил, каково это: когда человек, от которого ты меньше всего этого хотел бы, резал без ножа. Снимал скальп заживо. Распарывал кровоточащую дыру вместо сердца.

– Ты просто чудовище, – отчаянно, тише прежнего произнесла она.

С болью и сокрушительным разочарованием, что захотелось похоронить вместе с собой на дне Дьявольского треугольника[11].

Глава 15

Давящая тишина висела в комнате. Холод окутывал со всех сторон, хоть в самой квартире было тепло. Ощущение пустоты отравляло разум Дамиана, и без того затянутый мрачной пеленой. Виски уже не обжигал после очередного стакана, но и расслабления также не приносил.

Бланко хотел как лучше. Пытался уберечь Селию настолько, насколько мог и умел. Когда он не сопровождал девушку, делегировал это доверенному лицу, платя за дежурства у дома Веласкес и у офиса, где она работала, немаленькие деньги. Дамиану казалось, что этого было достаточно, однако он просчитался.

Держать Селию в неведении и на расстоянии оказалось глубочайшей ошибкой. Возможно, прояви себя наемник чуть более человечным, девушка смогла бы ему довериться.

Глупость.

Дамиан сидел на диване в растрепанной одежде, небритый и безразличный к бардаку на журнальном столе: бутылки, тлеющие в пепельнице окурки, заветренная еда навынос. Не хотелось уже ничего. Пустой взгляд был прикован к высокому потолку.

Раньше парня не волновало, насколько аморальные поступки он совершал, но что-то щелкнуло в тот момент, когда Веласкес воочию стала свидетелем насилия от его рук.

Она не должна была этого видеть. Бланко не хотел, чтобы она это видела. Впервые в жизни. Почему – сам не понимал.

Можно было списать все на Мануэля с его идиотизмом. Вломившись на следующий день к другу в дом, нарушив негласную традицию, по которой это обычно делал Кастильо, наемник сначала вежливо попытался узнать о причине небывалого безрассудства – завести интрижку с