Двойная жизнь - Кэрол Маринелли

– Я не буду играть в игры. Твое предложение справедливое, и я приму его. Я дам указание готовить бумаги.

Зандер посмотрел на стену за спиной Нико. Там висела картина, на которой был изображен сад. На траве сидели двое детей, но Зандер не спросил, был ли одним из них Нико. Он даже не подошел и не рассмотрел полотно внимательнее. Просто отвел взгляд. Зандер хотел забыть о Ксаносе, уехать подальше и начать все с нуля.

– Я говорил с твоей ассистенткой… – он попытался произнести эти слова небрежно, естественно сменить тему разговора, – и узнал, что Шарлотта не работает больше на тебя.

– Так и есть. – Нико был слишком на него похож, и обмануть его было нелегко.

– Ты уволил ее?

– Мои сотрудники – не твоя забота.

– Я не спрашиваю о твоих сотрудниках. – Зандеру было ужасно неприятно, ему вдруг захотелось ослабить галстук, но он сдержался. – Я спрашиваю о Шарлотте.

– Я не могу обсуждать ее личные обстоятельства.

– Она в порядке?

– Может, тебе стоит спросить ее саму?

– Я бы спросил, если бы знал номер. Полагаю, тот был рабочий телефон?

– Я позвоню ей, – предложил Нико. – Спрошу, как она, и дам тебе ее номер.

– Пожалуйста, не надо. – Зандер встал. – Я просто хотел узнать, что с ней все в порядке. Я не хочу общаться…

– Почему?

– Потому что… – начал Зандер и опять не закончил. Как он мог довериться брату, как мог выразить свои чувства, да и кто на земле поймет его?

– Почему ты не хочешь говорить с ней?

– Потому что это было просто… – Он не произнесет этого вслух, не назовет случившееся интрижкой на одну ночь.

Зандер молчал. Ему стало жарко, галстук сильно давил. Тишина густела, даже дышать стало тяжело.

– Я говорил с нашей матерью… – Нико сменил тему, но Зандер не почувствовал облегчения.

– Молодец, – процедил он и захотел уйти. Сейчас же.

– У нее были причины…

– Да, у нее было тридцать лет, чтобы сочинить правдоподобную историю.

Сердце Зандера было холодным, и он знал это. Слишком холодным для теплоты Шарлотты. Годы ненависти сделали его таким, и он не будет ее мучить.

– Всего хорошего. – Он встал, собираясь пожать руку брату, но передумал.

Зандер почти не мог смотреть на Нико, потому что, казалось, он смотрит на самого себя, на улучшенную копию. Ведь у его брата было все, о чем мечтал Зандер.

Он слышал болтовню Константины в кухне, чувствовал любовь, наполнявшую дом, – все то, от чего должен был отказаться.

– Хочешь увидеть племянника? – спросил Нико.

Зандер не хотел. Он не желал восхищаться ребенком – еще одним напоминанием о потере. Но Нико уже шел по коридору, совершенно уверенный, что Зандер следует за ним.

«Взгляну одним глазком и уйду», – твердил Зандер. Ради Шарлотты он решился на этот шаг. Ради нее он, миновав коридор, приблизился к детской кроватке.

У него есть сердце, иначе почему так больно? Зандер смотрел на ребенка, на его малюсенький носик, на глазки, на ротик. Интересно, ребенок знал, что перед ним не папа, а всего лишь фальшивка? Видимо, нет, потому что сын Нико сладко зевнул и мирно заснул.

Нико понимал, что сейчас чувствует Зандер. Его самого всякий раз охватывали странные ощущения, когда он всматривался в глаза сына. Будто смотришь на самого себя. Зандер должен помнить хотя бы малую часть того времени, когда они с Нико были вместе. Они связаны навеки – дети одной матери, близнецы, братья.

«Когда ты обижаешь Нико, ты обижаешь меня», – сказала Шарлотта.

Зандер почти слышал ее голос снова и больше всего на свете хотел, чтобы в этот сложный и мучительный момент она была рядом. Он хотел повернуться и увидеть ее.

– Примерно в этом возрасте нас разлучили, – произнес Нико, но Зандер слышал его будто издалека. – Когда нам было столько, сколько сейчас Лео. Он выгнал ее и оставил себе только старшего – тебя.

– Она ушла и выбрала тебя, – поправил Зандер. – Лучшего из двоих.

– Нет.

Зандер не мог принять правду, не мог дослушать ее до конца, не мог поверить, потому что это меняло каждую минуту его прошлого. Он выбежал из дома, не получив ответы на свои вопросы. Бродил по пляжу и улицам, как пьяный, в припадке ярости, потому что боялся оставаться один, пока его напыщенный, везучий, избранный брат сидел в доме, который действительно принадлежал ему. Жизнь Нико была насыщенной и настоящей.

Зандер полетел на Родос, ввалился в казино и проигрался в пух и прах. Он ненавидел себя. Он хлестал бренди столетней выдержки, но даже не захмелел. Он хотел, чтобы все снова стало проще, как раньше, хотел заниматься любовью с женщинами, вьющимися вокруг него, но для их же блага решил остаться один. Зандер мерил шагами номер люкс, и ничто – ни деньги, ни алкоголь – не могло принести ему удовлетворение. Ничто в этом роскошном мирке не могло успокоить его. Он ждал рассвета, чтобы с солнечным светом пришла ясность ума, но до утра оставалось еще пара часов. И вообще – это не Солнце, это Земля двигается, подумал он. Зандер вспомнил первый утренний звонок, первый разговор с Шарлоттой, и ему стало еще хуже. Их свела случайность, раннее хмурое утро Лондона.

Шарлотта заморочила ему голову, решил Зандер. По ее вине все стало другим, мир перевернулся с ног на голову. Он зашагал еще быстрее. Он жаждал сесть на самолет и гнаться за бесконечной тьмой, а не за утром и болезненным светом, который оно принесет. Он устал кудато нестись и знал наверняка, что сейчас сделает все ради Шарлотты.

Но Зандер не знал, как найти ее. Как он будет двигаться вперед без нее? Да и вернуться назад уже не получится.

Нико тоже не мог найти покоя. Он понимал это отчаяние, эту боль, снедавшую брата. Он и сам пережил нечто подобное. В ту ночь Нико бродил по темному саду, сопереживая брату. Зандер страдал, и никто не поможет ему, если он сам не ступит на верный путь.

Нико сразу почувствовал момент, когда брат принял решение, хотя они и находились далеко друг от друга.

– Нико, – послышался голос Константины.

Он посмотрел на свою жену и увидел беспокойство в ее глазах. Его ушей достигло журчание воды фонтанов, реальность возвращалась.

Как хорошо, что у Нико есть Константина. И тут он ясно осознал, что это она спасла его. Она! Сам бы он никогда не выбрался из пучины отчаяния.

– Я хочу помочь, – произнес Нико, хотя сомневался, что Зандер позволит ему.

– Тогда помоги, – только и сказала Константина.