Мисс хочет приключений? - Энн Вулф

Но все же… Сонда привыкла доверять подруге, и та никогда не подводила ее. Почему же сейчас Хэтти нарушила обещание? Проболталась — едва ли. Хэтти была из тех людей, которые держат рот на замке, когда речь заходит о чужих секретах. Припереть ее к стенке Эрику было бы не под силу… Оставалось лишь два варианта: либо Хэтти умышленно хотела расстроить ее свадьбу (движимая, разумеется, благими намерениями), либо почувствовала неладное и решилась поделиться своими подозрениями с самым близким Сонде человеком — женихом.

Только Хэтти отлично знала, что Эрик не так уж ей близок, как должно быть на самом деле…

К телефону подошел брат Хэтти, шестнадцатилетний паренек Дэвид.

— Привет, Дэвид. — Сонде не терпелось побыстрее объясниться с подругой, поэтому обычный вопрос «как дела, Дэвид?» был благополучно опущен. — Позови, пожалуйста, Хэтти.

— Я бы с радостью, Сонда, но она уехала.

— Как уехала? — опешила Сонда. Сделала пакость и уехала… накануне свадьбы подруги. Правда, после того, что сделала Хэтти, свадьба могла не состояться… Но убегать от последствий своих пакостей совсем не в ее духе. Равно как и делать их…

— Срочная командировка, — ответил Дэвид. — Она никак не могла отвертеться. Но просила тебе передать, что постарается закончить свои дела как можно быстрее и успеть на твою свадьбу.

Вот как? Значит, в планы Хэтти не входило сорвать ее свадьбу. Сонда окончательно запуталась в своих предположениях.

— Послушай, Дэвид, я смогу дозвониться ей на мобильный?

— Не выйдет, Сонда. — В голосе Дэвида скользнула хитринка. — Я конфисковал его до ее возвращения.

Вот черт! Сонда совсем забыла, что пронырливый братец Хэтти давно мечтал попользоваться дорогим мобильником сестры. Видеокамера, фотоаппарат, куча разнообразных мелодий…

— Добрался до телефона сестры?

— Ага, — радостно подтвердил Дэвид. — Выиграл целую битву — она так не хотела с ним расставаться.

— Эх ты! — раздосадовано сказала Сонда. — А мне так нужно с ней поговорить…

— В чем вопрос? Приезжай, поболтаем. — Дэвид был весьма привлекательным пареньком, считал себя неотразимым «мачо» и не пропускал ни одной юбки, даже если эта юбка принадлежала подруге его сестры. — Я угощу тебя вкуснейшим коктейлем…

— Мне нужна Хэтти. — Обычно Сонда реагировала на его заигрывания шутливо, но сейчас она была слишком огорчена, чтобы кокетничать с шестнадцатилетним парнем. — А коктейль я и сама приготовлю.

— Что с тобой, Сонда? — удивился Дэвид ее холодному тону. — Поездка не удалась? Я без шуток — приезжай, поговорим…

— Все в порядке. — Сонде стало неловко — ведь Дэвид совершенно не виноват в ее злоключениях, более того, он даже не знает о них. — Просто немного устала. Ну пока. Кстати, передай сестре: как только она объявится, пусть сразу же мне позвонит. Свадьба назначена на двадцать шестое. Ты же не хочешь стать подружкой невесты.

— А почему бы и нет? — развеселился Дэвид. — Ты только представь: я в пышном розовом платье ловлю твой маленький букетик…

Сонда представила себе эту поистине забавную картину и расхохоталась.

— Если Хэтти не вернется, я подумаю над этим, — успокоившись, сказала она. — Эрик, наверное, оценит нашу задумку.

— О да! Твой пижон будет в восторге… — Дэвид, как и Хэтти, терпеть не мог Эрика.

— Дэвид! Для своего возраста ты слишком уж нахален.

— Брось, Сонда, тебе не идет учительский тон. Ты слишком молода и красива для этой роли.

— А ты не по возрасту мудр!

— Весь в сестричку!

— Пока, умник. И не забудь передать сестре мою просьбу.

Сонда положила трубку. Шутки Дэвида подняли ей настроение, но не надолго. Через некоторое время она опять загрустила. Мысль о предстоящей свадьбе не радовала, а скорее раздражала ее. Список гостей, покупка свадебного платья, оформление зала и прочая дребедень, о которой мечтает большинство девушек, приводили Сонду в ужас. Хорошо еще, Эрик не настоял на заключении брачного контракта — этой волокитой ей меньше всего хотелось бы заниматься.

Интересно, если бы она выходила замуж за другого, подготовка к свадьбе раздражала бы ее так же сильно? Например, Кэрри… Он вообще не стал бы устраивать ничего подобного — увез бы ее куда-нибудь далеко-далеко… А потом бросил бы одну-одинешеньку, как и в этот раз, раздраженно оборвала Сонда свой невесть откуда взявшийся романтический настрой.

Ей пора было перестать думать о Кэрри уже тогда, в аэропорту, в тот момент, когда она решила плыть по течению и сказала Эрику, что не хочет ничего менять. Но «контролировать чувства» Сонде удавалось не слишком хорошо, и память о поцелуе Кэрри как заноза впилась в душу, беспрестанно раздражая ее нежную оболочку. Если, конечно, у души есть оболочка, усмехнулась своей метафоре Сонда. Надо садиться и строчить стихи, пока настрой не улетучился. Глядишь, станешь поэтессой с мировым именем, издевался над ней внутренний голос.

Злость на Хэтти быстро улетучилась, словно растворилась в воздухе, как только Сонда поняла, что нуждается в подруге как никогда. Выяснилось, что только Хэтти могла скрасить ее предсвадебную тоску, только Хэтти могла составить толковый список гостей, только Хэтти могла оценить, какое платье ей действительно к лицу, а какое — нет… И только с Хэтти она могла поболтать о Кэрри.

Роль отсутствующей Хэтти взяла на себя мама Сонды — Дайан Тальбот. Она, со свойственным ей безграничным энтузиазмом, тут же ринулась на помощь дочери. Нельзя сказать, чтобы Сонда была в восторге от энтузиазма Дайан, но другого выхода у нее не было. Не просить же, в конце концов, Дэвида подбирать ей свадебный наряд и составлять список гостей?

Дайан Тальбот была натурой энергичной и поистине непредсказуемой. Эта хрупкая сероглазая женщина носила в себе маленький вечный двигатель — казалось, она никогда не устает и успевает решать все проблемы одновременно: работать, воспитывать дочь, заводить романы…

Сонда никогда не знала, как мать отнесется к тому или иному ее поступку. В детстве главная ее проблема заключалась в том, чтобы угодить матери, а это было нелегкой задачей. Если вчера Дайан хорошо отзывалась о том или ином фильме или картине на вернисаже, то завтра вполне могла назвать тот же фильм или картину «ни на что не годной пошлятиной».

У Дайан было много мужчин и много мужей. Это, правда, не мешало ей свято беречь в своем любвеобильном сердце память о первом муже, отце Сонды — Викторе Тальботе. Дайан так и не рассталась с его фамилией, несмотря на то, что еще два раза вступала в брак.

Этот замечательный человек, которого Сонда, к огромному своему сожалению, почти не помнила, умер, когда ей исполнилось три года. Молодой и полный сил мужчина умер от глупой детской болезни — ветрянки, которую легко переносят дети, но для взрослых людей она иной раз кончается весьма плачевно. К сожалению, Виктор Тальбот не переболел ветрянкой в нежном возрасте и слишком рано оставил жену и маленькую дочь.