Три сказки для Анны - Энн Вулф

– Не торопитесь, Дин. Мне хотелось бы поговорить с вами о моей дочери.

Черт, вот дерьмо! Я опустился на стул, желая этого разговора, как висельник – эшафота.

– Вам не кажется, Дин, что вы слишком жестоко… если не сказать хуже… обращаетесь с Энни? Я молчала несколько лет, но больше не могу сдерживаться… Вы морочите голову несчастной девушке, не хотите на ней жениться, кричите на нее. И это – благодарность за все, что она для вас делает? Энни ухаживает за вами, как за грудным младенцем… Правда, младенцы пьют молоко, а вы, насколько я поняла, предпочитаете виски…

– Текилу, – спокойно вставил я, чем лишь подлил масла в адский огонь, полыхавший внутри мисс Макфел.

– Ах, вы еще язвите, – усмехнулась Тифони. – Ну-ну, молодой человек, продолжайте в том же духе. Я думаю, очень скоро вы пожалеете об этом.

– Боюсь, это будет не ваша заслуга, Тифони, – перебил ее я. – Алкоголь доконает меня раньше, чем ваши магические заклинания.

– Как ты живешь с ним, Энни?! – Тифони Макфел упивалась своей миссией, ей явно доставляло удовольствие разыгрывать из себя обиженную тещу. – Как ты живешь с этим человеком?!

На месте Энни я бы сказал: живу, и все тут. Или собрал вещи и ушел к чертовой матери. Ох, пардон, к владелице салона «Магия любви»… Но Энни не сделала ни того, ни другого. Она лишь продолжила скверную игру своей матери.

– Не знаю, мама… Я так устала… Я смертельно устала…

Спору нет, я страшный грязнуля. Но чтобы утомить человека до смерти… И потом, я же не просил Энни убираться каждый божий день, по десять раз за час менять пепельницу и драить ванну после каждого мытья! К тому же я ни разу в жизни не сказал Энни, что люблю ее, не попросил остаться. Она все сделала сама, именно так, как хотела…

Меня так и подмывало выложить все это Энни и ее мамаше. Но я изо всех сил старался выйти из этой игры если не победителем, то, уж точно, не проигравшим. Однако мое смиренное молчание только раззадорило этих фурий.

– Сколько это будет продолжаться, Дин Такер?! – взывала к моей справедливости Тифони. – Сколько вы будете мучить мою дочь?!

– Может быть, ты ответишь, Дин! Не будешь сидеть, как истукан?! – подыграла ей Энни. – Ну скажи хоть слово, Дин. Или тебе совершенно наплевать на меня?!

Я посмотрел на обеих с нескрываемой тоской в глазах. Похоже, место победителя мне не светит…

– Чего вы от меня хотите?

– Правды! – горячо воскликнула Тифони Макфел.

И тогда я выложил им всю правду. Ту самую долбаную правду, из-за которой они сотрясали воздух, вконец добивая мою больную голову…

Энни Макфел под предводительством своей матушки немедля собрала вещи, которых оказалось много больше, чем моих собственных. Естественно, половину пришлось оставить – вдруг я передумаю и позову ее обратно. Я созерцал это зрелище с чувствами человека, который только что отнес на помойку груду ненужного хлама, занимавшего весь дом. Ей-богу, мне было плевать. Нет, скажу больше – я радовался. Радовался тому, что лимонно-кислое лицо Энни Макфел и ее глаза побитой кошки больше не будут преследовать меня в собственном доме.

Похоже, она заметила это и, уходя, раздраженно бросила:

– Счастливо оставаться, Дин.

Покедова, Энни, усмехнулся я про себя. Через час я уже сидел за работой, окрыленный и полный новых впечатлений. Энни Макфел ушла, и ко мне вернулась долгожданная муза, которой, очевидно, Энни надоела не меньше моего… Так-то, мисс Тифони, злорадно усмехался я, а вы-то пророчили мне совсем другое…

Все шло прекрасно. Я настолько резво оседлал конька своей излюбленной атмосферы, что даже о времени забыл. Негодяй, который всячески пакостил моей героине, творил такое, от чего даже у меня кожа стала, как кактус. Злата Блажева, моя героиня с болгарским именем, не знала, куда спрятаться от его домогательств.

Эдак я ее, бедняжку, совсем уделаю, решил я ближе к вечеру. Должна же она дотянуть до конца романа… Пришлось отложить писанину, чтобы проветрить голову. Правда, похмелья уже не было – все как рукой сняла моя золотая муза…

Не знаю почему – клянусь, романтического во мне так же много, как мяса в дешевом хот-доге, – я снова поехал в тот район, где встретил вчера незнакомку. Я обошел всю аллею и почувствовал себя разочарованным: моей закатной леди нигде не было.

Разозлившись на самого себя, я взял пиво и сел на лавочке, чувствуя себя героем долбаного дамского романа. Честное слово, я сам не ожидал от себя такой глупости: приперся в чертов пригород затем, чтобы встретить женщину, которая наверняка бы меня отшила. Пнула бы, как щенка, – слишком уж я не в ее духе. Сразу видно… Я даже не сомневался, что ее муж – крутая шишка, какой-нибудь известный адвокат или юрист. Только что она делала здесь, да еще с таким обреченным лицом? Может, навещала мать или тетку? Да черт с ней…

Не успел я распрощаться со своими дурацкими мыслями, как вдруг увидел… Ну разумеется, ее, мою закатную леди. И, черт возьми, мое сердце застучало, как крошечный маятник! Я тут же пожалел, что взял пиво. Бутылка, да еще и эта идиотская поза, в которой я сидел, едва ли могли бы привлечь эту женщину. Я нервно вцепился в бутылку и собрался засунуть ее под скамеечку, но возмущенное таким поведением пиво задумало мне отомстить и немедленно вылилось на штаны.

– Мать твою! – тихо просипел я, сознавая, что все мои надежды на знакомство исчезли вот с этим пролитым пивом. – Ну это надо же…

Я глупо пялился на облитые штаны и даже не заметил, как она подошла ко мне.

– Возьмите салфетку, – долетели до меня ноты ее музыкального голоса. – Она впитает часть жидкости…

Впитает часть жидкости… Не веря своим ушам, я поднял голову. Это действительно была она. В том же платье, с тем же шарфиком. И с теми же удивительными оливковыми глазами, изучавшими меня, как доисторическое ископаемое.

– Спасибо, мисс… – пробормотал я, изо всех сил стараясь казаться невозмутимым. – Простите, не знаю, как вас зовут.

– Злата…

Имя, произнесенное ею, заставило меня вздрогнуть. Бывают же такие совпадения. Решив прощупать судьбу, я поинтересовался:

– Мисс?

– Мисс Льюис, – почти прошептала она, опустив взгляд долу.

У меня от сердца отлегло. Признаться, Злата Льюис устраивала меня гораздо больше, чем Злата Блажева.

– Пятно останется, – кивнула она на мои светлые джинсы.

Я пожал плечами, пытаясь изобразить равнодушие к таким незначительным вопросам.

– Да бог с ним. А вы… Вы живете неподалеку, Злата?

Она покачала головой.

– Я нигде не живу.

От ее откровенности я опешил.

– Так не бывает, – покачал я головой. – Все где-то живут.

Она поймала мой удивленный взгляд и поспешила объясниться.