Первая - Алиса Ковалевская

— Кто над тобой смеётся?

— Кто?! Да вы с ней! Или, скажешь, нет?!

— Тебе показалось.

— Ах, мне ещё и показалось?!

Ярость зашкаливала. От него пахло её духами.

— Что у тебя с ней?

— С чего ты взяла, что у меня что-то есть с Ангелиной?

— С того! Думаешь, я не заметила, как ты на неё смотрел?!

— И как я на неё смотрел?! — он повысил голос.

— Да так! — крикнула я в ответ.

— Как «так»?!

— Да вот так! Как на шоколадку, которую хочется развернуть и съесть! Или, думаешь, я ничего не заметила?! Да она с тобой в открытую флиртовала! Если решил так мне моё место показать, не выйдет! Она отсюда уберётся! Я…

Он схватил меня за плечо. Рванул на себя и собрал волосы.

— Ну что ты? — спросил сипло, глядя в глаза.

Взгляд его пронзал, голос был натянутым, а мышцы каменными. Он пристально смотрел на меня, а я только и чувствовала его твёрдый пах. Во рту пересохло, мысли спутались. Что-то пугающее было во взгляде Ярослава, — угроза, которой раньше я не видела.

— Ты — девчонка. Дерзкая, взбалмошная…

— А она кто? Не девчонка? — с вызовом поинтересовалась я и, вместо того чтобы оттолкнуть, прижалась к Яру.

Коснулась его живота, провела ладонью вверх по груди, не отводя взгляда. То опасное и угрожающее, что было в его глазах, проникло в мою душу. Я повела рукой выше, коснулась плоского соска Яра и опустила вторую ладонь на его пах. В его груди зародился рокот. Он сжал мои волосы до боли. Я тихо вскрикнула, но вскрик оборвался — Яр, резко склонившись, накрыл мой рот своим. Поцеловал стремительно и грубо, не давая мне ни секунды на осознание.

— Ты этого добивалась?

Толкнул меня к кровати. Но упасть не дал — схватил и опять привлёк к себе. Ворвался в рот языком и поцеловал глубоко, горячо. Мои руки вспорхнули к его плечам. Кончиками ногтей я провела по его коже, по шее, запуталась пальцами в волосах.

— Тебе бы бояться надо меня.

— А я не боюсь, — ответила, почти касаясь его губ своими.

Линия его рта изогнулась. Яр потянул моё платье вверх. Скатывал его всё выше и выше. Голой кожи касался прохладный воздух и его пальцы, от этого контраста внутри всё стягивалось, низ живота сладко ныл, а я дрожала, понимая и не понимая, что со мной. Платье исчезло, волосы хлестнули меня по голой спине, взгляд Ярослава опустился к шее и груди и метнулся к лицу. Я задрожала сильнее — ощущение было, что он обжёг меня не касаясь, просто посмотрев.

Резким движением он расстегнул джинсы. Ещё секунда, и на нём не осталось ничего — ни нитки.

— Ещё недавно ты была смелая, — напряжённо сказал он, заметив, должно быть, мою растерянность.

— Разве для этого нужна смелость? — решительно подошла и провела одним пальцем по дорожке тёмных волос.

На его шее вздулась вена. Я обняла его обеими руками за шею и прильнула. Нашла его жёсткие губы и поцеловала сама.

— В твоей жизни не будет других женщин, — прошептала я, потихоньку прикусив его губу. — Только я. Я стану хозяйкой этого дома, Яр, — поцеловала его в уголок губ. — И хозяйкой твоего сердца я стану. Вот увидишь.

Он обхватил меня за талию, приподнял и уронил на постель. Одним стремительным движением стянул с меня трусики и отшвырнул в сторону. Ладонь его легла на моё колено. Он погладил меня по ноге до лодыжки и, обхватив стопу, приподнял. Прикусил кожу возле косточки и подул на влажное местечко. Ещё раз прикусил выше и отпустил. У меня кружилась голова. Яр опустился на меня и положил ладонь мне между ног, надавливая, провёл пальцами по плоти, и уголок его губ дрогнул.

— Серафим бы прикончил тебя в первый же день.

— Но ты не Серафим, — ответила ему, чуть разведя ноги в стороны.

От собственной смелости было чуть страшно. Я почувствовала Яра совсем близко и, не отводя взгляда, развела ноги шире. Его запах пробирался в меня, пальцы были нежными и грубыми одновременно, и сейчас я точно знала — я больше его не боюсь. Кого угодно, даже себя, но не его.

Ярослав

Невинный цветок, обольстительница или опытная куртизанка? Кем она была сейчас, я не понимал. Её глаза манили, голос околдовывал, и я больше не мог себя останавливать. Резким движением подался вперёд, в неё, и взял. Камила вскрикнула.

— Яр! — она вцепилась в мои плечи и изогнулась. — М-м-м…

Вскрик смешался со стоном.

Её ресницы дрогнули, на лице появилась гримаса боли, но она исчезла тут же. Склонившись, я поцеловал её, стараясь не двигаться, хотя это было чертовски сложно. Уже который день меня разрывало от желания сделать её своей. А она, маленькая стерва, провоцировала…

— Всё прошло, — шепнула она мягко, дразня губами.

Кончиками жёстких ногтей царапнула по шее и повела бёдрами. Перед глазами поплыло, и я, соображая всё хреновее, подался назад.

— М-м-м…

— Можем остановиться, если попросишь.

— Не дождёшься, — она обхватила мою голову и потянулась за поцелуем.

Её поцелуи были откровенными и наивно робкими, по-женски страстными и нежными, словно прикосновение ветра. Я дотронулся до её лица, до мягкой щеки, и она прикрыла глаза. Ещё секунду назад я был готов сорваться, и плевать, что только что лишил её девственности. А теперь смотрел на опущенные веки, на шею и понимал — сдохну, но с ней будет красиво.

Поцеловал её в шею, в плечо, и она неровно выдохнула. Её пальцы дрогнули.

— Ты слишком наглая, Ками.

— С тобой по-другому не получается. — Её веки приподнялись. — Если ты заведёшь любовницу…

Ноготки впились в плечо. Я зашипел. Красиво. Чтоб её?! Да, красиво.

Я схватил её руку и припечатал к постели. Поймал вторую. Камила лежала подо мной, чёрные волосы рассыпались по бледно-голубому белью, а отдельные прядки змеями разбегались в стороны. Я брал её неспешно, получая от этого удовольствие, сродни мазохистскому. Её грудь приподнималась и опускалась, дыхание вырывалось из приоткрытых губ.

Наш брак ничего не значит, и всё же она — первая.

Камила

С каждым проникновением боль отступала, а я хотела быть к нему ближе, хотя куда уже?

— Ярослав, — прошептала, ловя его губы.

Он поцеловал меня и стал двигаться быстрее. Хотела дотронуться и не могла — он приковал мои руки своими и не отпускал, доказывая, что главный — он. Но его желание говорило само — он хотел меня.

Я облизнула губы, и в глазах его вспыхнул огонь. Яр